Чукотка
Шрифт:
Ко мне подбежала группа учеников.
– А мы пойдем в баню?
– Нет, вы не пойдете. Я ведь приглашал желающих, вы сами не хотели.
– Нет, мы тоже хотим!
– кричали они.
Учеников разбили по группам, и они направились в баню с учителями. Девочки отвоевали первую очередь. Они пошли с учительницей. За ними заковыляла и Панай. Надо же взглянуть "своим глазом" что это там такое?
По рассказам учительницы, вторая очередь была значительно интереснее. Там уже героиней была старуха Панай.
Баня сразу же завоевала большое место
– Когда будет еще баня?
Через школьников о бане узнали далеко за пределами культбазы. Не говоря уже о том, что наша "классная дама" Панай усвоила привычку мыться, многие чукчи стали приезжать в баню.
Около бани собирались целые очереди желающих "обливаться теплой водой". Правда, вымывшись, бронзовые чукчи напяливали меховую кухлянку прямо на влажное тело, не обтираясь и не надевая рубашки. Но брешь была пробита.
КЛАССНЫЕ ЗАНЯТИЯ
Однажды Таня, войдя в класс, увидела больничного сторожа Чими. Наверное, интерес к грамоте возник и у него. Чими стоял около классной доски и вслух протяжно читал написанное слово:
– Со-па-ка.
Все ученики сидели на своих местах и, по-видимому, писали в тетрадях ту же "со-па-ку".
Таня остановилась в дверях, но как только Чими увидел ее, он смутился и поспешил немедленно скрыться. Однако ребята уже успели научиться у Чими неправильно писать слово "собака". Целый урок учительница вынуждена была посвятить исправлению "сопаки". Некоторые звуки, обычные для русского языка, отсутствовали в чукотском.
Переводчик Алихан знал русский язык, но круг его представлений был такой же, как и у всех его сверстников. Поэтому Алихан очень часто, не уясняя себе мысли учительницы, говорил чепуху с видом человека, выполняющего исключительно сложное и ответственное дело.
Два месяца труднейшей работы миновали. За это время много узнали и сами учителя. Они нащупали какие-то неведомые пути взаимопонимания. Они почувствовали себя ближе к детям. И на третий месяц, при исключительном внимании и интересе со стороны детворы, Таня уже отлично "рассыпала" чукотские слова на отдельные отрывистые и протяжные слоги. О том, что можно дробить и складывать слова, дети не подозревали. Они никогда не слышали, что речь содержит отдельные слова, слова - слоги, слоги - звуки. Но когда узнали об этом, то и русская речь стала понятней и ясней.
Наши классные занятия ни в какой мере не напоминали занятий в обычных школах.
Не проходило и одного дня, чтобы на наших уроках не присутствовал кто-нибудь из приезжих родителей. Они тихо сидели, старались никому не мешать, а дети с восторгом щеголяли перед ними своими маленькими знаниями. Класс представлял замечательное зрелище: стоят чистенькие столики, за ними десятка полтора остриженных и одетых в школьные блузы чукотских детишек, среди них - учительница, а на полу - в проходах, в углах - сидят в меховых одеждах отцы и матери чукчи.
Эти взрослые люди не понимали:
Что такое? Эта белолицая девушка сказала что-то по-чукотски? Язык ее произнес "ватап"*. Ватапом питаются олени. Зачем она шутит с этим словом и "рассыпает" его? Не лучше ли поосторожней обращаться с таким словом? Без ватапа олени становятся худыми и замерзают в пургу.
[Ватап - по-чукотски - ягель.]
Учительница, как фокусник, быстро показывает то одну бумажку, то другую, на которых нарисованы буквы, и дети, видимо, узнают то, что показывает она.
Вот они все разом повторяют за учительницей слово "ватап". Учительница ставит слово - буквы разрезной азбуки - на доску и "разрезывает ватап" на части. Одну часть учеников заставляет произносить, "ва", другую - "тап", потом всех вместе - целиком все слово. Такое обращение со словом "ватап" пугает чукчей. Разве это слово - тяжесть, что нужно разбивать его на части? Ведь это не морж, которого человек не может поднять целиком!
Какой-то старик, полный тягостных сомнений, поднимается с полу и медленно подходит к учительнице. Старик тихо что-то говорит, упоминая слово "ватап".
– Что такое сказал старик? Переведи мне, Алихан.
– Старик спрашивает: "Скажи, белолицая девушка, разве ватап имеет голову и хвост?"
Таня в полнейшем недоумении. Она стоит со стариком рядом и смотрит на него растерянно. Старик озадачил учительницу и, довольный собою, ожидает, что скажет эта "белолицая".
– Наверно, начало этого слова - голова, а конец - хвост!
– поясняет Алихан.
– Да, да, старик!
– с радостью подхватывает Таня объяснение Алихана. Голова и хвост. Вот это - голова, а это - хвост, - показывает она старику на отдельные слоги слова "ватап".
Теперь старик и вовсе ничего не понимает. А дети, ухватившись за такое сравнение, легче осваивают механику словообразования.
– А скажи, Таня-кай, бывают такие слова, которые имеют и голову, и туловище, и хвост?
– спрашивает Таграй.
– Бывают, бывают!
– весело отвечает Таня.
– Назови одно! Интересно узнать, - говорит он.
Таня ищет это слово, но на скорую руку никак не попадается подходящее. Наконец она останавливается на слове "А-ли-хан" и расставляет его на классной доске по слогам. Самые бойкие ученики читают, и вдруг в классе проносится:
– Алихан! Алихан!
Разом все оглядываются на мальчика и довольно смеются.
– Вот оно, какое туловище!
– Это - голова, это - туловище, это - хвост, - с холодной рассудительностью, не позволяя отклоняться в сторону смешного, говорит Таня.
– Только это не настоящая голова, туловище и хвост. Это все равно что начало, середина и конец. Первый слог, второй и третий.