Дань

Райская Ольга

– Простите, мой Хан, - женщина облегченно вздохнула, кажется, гроза миновала, так и не затронув ее.
– А что с эмегтэй Эйлин? Она тоже виновата. Необходимо сообщать о пропаже вовремя.

– Эмегтэй Эйлин получит свое наказание, - Кайсар гневно взглянул на ундир, и та прикусила язык.
– Я сам накажу ее. Сегодня.

Эйлин вздрогнула. Отец-Заступник! Он выпорет ее! За то, что ее же обокрали, она будет наказана так унизительно и постыдно. Никогда еще не пороли представителей княжеского рода Калиши. В глазах предательски защипало. Нет! Она не покажет своего страха

и перенесет унижение с достоинством. Жаль только, что синяки не прошли. Значит, наказание выйдет более мучительным и болезненным. И Эйлин расправив плечи, положила в рот еще кусочек мяса, тщательно его пережевывая. Глупо голодать, когда тебя ждут более суровые испытания.

Санрай всхлипнула и вскочила.

– Я тебя не отпускал, - тихо сказал Хан.
– Сядь на место. Ты испытываешь мое терпение.

Санрай покорно плюхнулась на свою подушку и до конца вечера не произнесла ни слова, только сопела и показательно громко всхлипывала, но никого не трогали ее причитания. Ужин продолжался. Подносили все новые блюда. На смену мясу принесли сладости, сваренные в меду, различные каши, щедро присыпанные ягодами. К сладкому столу подали ложки - небольшие, выдолбленные из цельного куска дерева, похожие делали в деревнях родной Калиши. Эйлин решила попробовать смесь орехов и ягод, залитую густыми сливками и уже потянулась за лакомством.

– Ты наелась, моя Эмегтэй? – остановил ее вопрос Хана, и княжна точно знала, что обращается он к ней.

– Спасибо, мой Хан, - девушка сложила руки на коленях.
– Угощение было выше всяческих похвал. Вы щедрый и гостеприимный хозяин. Благодарю.

– Через час я жду тебя в своем гэре, - с этими словами Хан поднялся и неспешно удалился.

Глава 12 НАКАЗАНИЕ

Тут же вскочила Санрай, бегом бросившись за ним. Она плакала и умоляла пощадить ее, но мужчина прошел мимо, не удостоив ее и взглядом. Эйлин тяжело вздохнула и дотронулась до плеча, как научила ее служанка.

– Что случилось, моя Эмегтэй? – спросила подошедшая служанка.

– Ох, Сувда, - вздохнула княжна и коротко рассказала о произошедших событиях.

– Поделом этой гадине, - ответила девушка.
– Она наверняка хотела показать хану ваше неуважение к нему и его подаркам, да сама за это получит.

– Но я тоже получу, - воскликнула Эйлин.

– Скажете тоже, - усмехнулась Сувда, - Санрай придется лечь на лавку и оголить перед всеми зад. Представляете, как это поубавит ее спесь? Вряд ли Хан будет вас пороть плеткой. Ну может, отшлепает слегка… наедине…

И девушка двусмысленно захихикала, а Эйлин закатила глаза. Еще намеков от Сувды ей не хватало. Да и синяки с каждым часом проявлялись все отчетливее, проступая уже темно-фиолетовыми пятнами по всей коже бедер и ягодиц.

– Мне нужно успеть помыться, - сказала она служанке.

– Зачем? – искренне удивилась та.
– Вы же сегодня уже были в халууне, а сейчас там не топлено и вода холодная. Пойдемте лучше подберем вам легкое платье для встречи с Ханом.

– Я не могу пойти к нему не мытая, - возразила Эйлин.
– Идем в халуун, польешь мне холодной водой.

–

Странные вы северянки, - усмехнулась Сувда.
– Так тщательно себя намываете, а ведь мужчина любит чувствовать от женщины ее естественный аромат.

– Но не запах пота и грязного тела! – и княжна посмотрела на девушку так, что спорить той расхотелось.

Через час, облаченная в струящееся легкое платье, Эйлин стояла перед гэром Великого Хана. Сердце девушки готово было выскочить из груди.

– Эмегтэй Эйлин к Великому Хану, - возвестил слуга, пропуская ее, и она сделала смелый шаг вперед.

Гэр Хана мало чем отличался от гэра его эмегтэй. Такой же земляной пол устланный коврами, очаг посредине, стены, обитые белоснежным войлоком и богато украшенные вышивкой. Правда ложе было одно, но его размеры поистине поражали. А еще здесь стоял невысокий письменный стол и несколько резных сундуков.

– Доброй ночи, мой Хан, - поприветствовала его Эйлин.

– Вот и ты, моя синеокая северянка, - улыбнулся мужчина, подходя ближе.

Кайсар дотронулся до ее щеки, и девушка вздрогнула, подавив в себе желание отшатнуться, лишь сжала кулачки так, что ногти впились в ладони.

– Я тебе так противен, маленькая северянка? – глаза мужчины полыхнули гневом.

– Чччто-о-о?.. – растерянно спросила Эйлин.

– Ты кривишься, когда я смотрю на тебя, вздрагиваешь – когда касаюсь, - Кайсар был так близко, обволакивая Эйлин своим теплом, и девушка чувствовала его дыхание на своей коже. Мысли терялись, и она не сразу сообразила, о чем ей говорят.
– Как я должен расценивать твое поведение?

– Извините, если доставила вам неприятные моменты, мой Хан, - тихо произнесла Эйлин, склонив голову, и тут же вновь вздрогнула от его грозного рыка.

– Я приказал тебе называть меня по имени, когда мы наедине, - закричал Хан.
– Ты забыла мое имя?

– Нет, - прошептала княжна, ей стало по-настоящему страшно.

– Так как меня зовут, северянка? – вкрадчиво шепнул он ей на ухо.

– Кайсар, - произнесла она, вызвав стон у мужчины.

Эйлин не понимала его поведения и поэтому боялась еще больше. Страх переполнял ее маленькое тело, он заставлял дрожать каждую ее клеточку. Княжна очень старалась дышать ровно, чтобы не выдать своего состояния. «Ожидание наказания всегда страшнее самого наказания» – мысленно твердила она себе.

– Я тебе настолько неприятен, что тебя аж трясет… - Кайсар не чувствовал эмоций девушки, и это его озадачивало и бесило.

– Это не так, мой… Кайсар, - поправилась девушка.

– «Мой Кайсар» из твоих уст звучало бы желанной музыкой, будь эти слова искренними, - усмехнулся Хан.
– Скажи, почему ты не рассказала о краже?

– Мы с вашей эмегтэй с самого начала не слишком ладим, - вздохнула Эйлин.
– Не хотела повздорить с ней еще больше. Как вы меня накажете?

Слово «эмегтэй» из уст этой девушки заставило Кайсара скривиться, как от зубной боли. Наедине с собой так он называл только ее, только Эйлин считал своей эмегтэй, Сайхан Эмегтэй с первого взгляда… с первого прикосновения… с первого слова…