Дай пять

Иванович Джанет

– Он тебя нашел? – поинтересовалась миссис Бестлер.

А кто должен был найти меня?

– Да тут какой–то мужчина тебя искал. Очень воспитанный. Я высадила его на твоем этаже десять минут назад.

– Ко мне никто не стучался. Я бы его услышала. Я почти все время была на кухне.

– Разве не странно? – Лифт открылся в вестибюль, и миссис Бестлер улыбнулась. – Первый этаж. Дамские сумочки. Прекрасные ювелирные украшения.

– Как тот мужчина выглядел? – спросила я миссис Бестлер.

– О, дорогая, он был большим. Очень большим. И темнокожим.

Афромериканцем.

Не тот мужчина, насчет которого только что звонила Мейбл. Тот парень был низкорослым и белым.

– У него были длинные волосы? Может быть, завязанные в конский хвост?

– Нет. У него почти не было волос.

Я быстро осмотрела вестибюль. В углах не отслеживалось никакого большого парня. Я вышла из здания и осмотрела стоянку. Там тоже никого. Мой визитер испарился. Жаль, подумала я. Мне бы не помешала отговорка не ехать к Уинни Блэк. Счетчик переписи населения, продавец пылесосов, религиозный фанатик – все были предпочтительней Уинни Блэк. И так уже паршиво от новости, что крохобор дядюшка Фред имел подружку. Мне действительно не хотелось видетьее. Не испытывала я желания смотреть в физиономию Уинни Блэк и поневоле представлять ее в койке с гуселапчатым дядюшкой Фредом.

* * * * *

Уинни жила в маленьком домике на Лоу–стрит. Обшит белой доской, голубые ставни, красная дверь. Очень патриотично. Я припарковалась, решительно прошла к двери и позвонила. Я не имела понятия, что буду говорить этой женщине. Наверно, что–то типа «Ах, простите, это не вы шатались по кварталу с моим дядюшкой Фредом?

Я уже собиралась звонить второй раз, когда открылась дверь, и на меня уставилась Уинни Блэк.

У нее было приятное круглое лицо и не менее приятные округлые формы, и по ней не скажешь, что она из тех, кто трахается с чьим–то дядей.

Я представилась и вручила ей мою карточку.

– Я ищу Фреда Шутца, – пояснила я. – Он пропал в пятницу, и, надеюсь, вы могли бы мне рассказать что–нибудь.

Приятное выражение застыло на ее лице:

– Я слышала, что он пропал, но не знаю, что могу вам сказать.

– Когда вы видели его в последний раз?

– В тот день, когда он исчез. Он заехал на кофе с тортом. Изредка он заглядывал. Было как раз после ланча. И он оставался здесь на час. Аксел, мой муж, поехал поменять колеса на «крайслере».

Аксел менял колеса. Ого! В голове заработали шестеренки.

– Фред не казался больным или встревоженным? Он не говорил, что, может, собирался еще куда?

– Он был… расстроен. Сказал, что у него намечается что–то грандиозное.

– Что–нибудь еще он по этому поводу говорил?

– Нет. Но у меня сложилось впечатление, что речь шла о мусорной компании. У него были проблемы с их счетом. Что–то с тем, что компьютер удалил его имя из списка клиентов. И Фред говорил, что у него на них кое–что имеется, улики какие–то, и он с них три шкуры сдерет. В точности так и сказал: «сдеру три шкуры». Полагаю, он так и не дошел до мусорной компании.

–

Откуда вы знаете, что он там не был? – спросила я Уинни.

Уинни, кажется, удивилась вопросу:

– Все это знают.

В Бурге секретов нет.

– Еще одно, – добавила я. – Я нашла несколько фотографий в столе дяди Фреда. Он когда–нибудь упоминал вам про какие–нибудь снимки?

– Нет. Не могу припомнить ничего такого. Это семейные фото?

– Снимки мусорного мешка. И на некоторых фотографиях можно видеть содержимое.

– Нет. Я бы такое запомнила.

Я заглянула внутрь маленького чистенького домика поверх ее плеча. Мужа на виду не было.

– Аксел дома?

– Он в парке гуляет с собакой.

Я вернулась в «бьюик» и проехала два квартала до парка. Это был клочок ухоженной травы в два квартала длиной и квартал в ширину. Среди травы находились несколько скамеек, клумб, больших деревьев, а в конце – небольшая детская площадка.

Вычислить Аксела Блэка не составляло труда. Он сидел на скамейке, погруженный в свои думы, рядом сидела собака. Собачонка смахивала на маленькую дворняжку, сидела тут же, вытаращив глаза, и имела большое сходство с хозяином. Отличие состояло в том, что Аксел носил очки, а у собачонки имелись волосы.

Я припарковала машину и подошла к ним. Никто не шевельнулся, даже когда я встала прямо пере ними.

– Аксел Блэк? – спросила я.

Он поднял глаза на меня:

– Да?

Я представилась и дала ему свою карточку.

– Я ищу Фреда Шутца, – сообщила я. – И расспрашиваю некоторых пенсионеров, которые могли бы его знать.

– Готов спорить, что они вам наплели в три короба, – заметил Аксел. – Старина Фред был еще той личностью. Самым большим скупердяем, которые когда–либо топтали землю. Торговался за каждый цент. Никогда ни во что не вкладывал. И воображал себя Ромео. Всегда клеился к каким–то женщинам.

– Не похоже, что вы от него в восторге.

– Бесполезный мужик, – продолжил Аксел. – Не пожелаю ему ничего дурного, но он мне не сильно нравится. По правде сказать, он изворотливая сволочь.

– У вас есть соображения, что с ним случилось?

– Думаю, он мог уделить слишком много внимания не тем женщинам.

Я не могла не подумать, что возможно под «не теми женщинами» он имеет в виду Уинни. А может, он переехал дядю Фреда своим «крайслером», подобрал труп, засунул в багажник и выкинул в реку.

Но это не объясняло наличие фотографий, но, может быть, снимки не имели ничего общего с исчезновением дяди Фреда.

– Ну, если вспомните что–нибудь, дайте мне знать, – сказала я напоследок.

– Уж точно, – заверил Аксел.

Следующими в моем списке значились сыновья дядюшки Фреда, Рональд и Уолтер. Рональд работал мастером на конвейере на колбасной фабрике. Уолтер и его жена владели круглосуточным магазинчиком на Ховард–стрит. Я подумала, что не помешает поговорить с Рональдом и Уолтером. По большей части затем, чтобы было что ответить, когда матушка спросит, что же я предпринимала, чтобы найти дядюшку Фреда.