Демоны Вальхаллы
Шрифт:
В полутьме хищно блеснул металл, с негромким щелчком "Мамба" разложилась. Вильям подсоединил блок питания и обойму, проверил прицел, палец сам лег на спусковой крючок.
В жилой блок проник через служебный вход, просто выломав довольно хлипкую дверь. Следящую за ней камеру обезвредил, на что хватило одной-единственной пули. "Мамба" стреляла совершенно бесшумно, лишь вздрагивая в руках, как недовольная кошка.
Вызывать лифт не стал, а потащился вверх по пожарной лестнице, пыхтя и считая ступени. В нос лезла поднимающаяся
Последний раз тут ходили лет десять назад.
К квартире он вышел вовсе не с той стороны, откуда его наверняка ждали. Пока поднимался, время перевалило за полночь, и в длинном полутемном коридоре было пустынно и тихо.
Подкравшись к двери, Вильям приставил к ней винтовку и задал программу – один выстрел бронебойным, и десять – пулями с инфракрасным наведением. В недрах "Мамбы" родился сухой треск, в двери что-то чавкнуло, и сквозь появившуюся в ней дырку донеслись хлопки падающих тел.
Силовое поле затянуло дыру тут же, так что Вильям повторил операцию еще раз и только затем рискнул войти.
– Клянусь четверкой! – проговорил он, глядя на валяющиеся там и сям тела. – Это я удачно зашел…
Его ждали, и готовились к встрече основательно. Не застань Вильям этих четверых врасплох, вряд ли у него были хоть какие-то шансы. В руках погибшие держали не спейс-шокеры, а игольные разрядники – оружие убойной силы, оглушающее даже сквозь стены.
Одно это говорило о многом.
Вильям тщательно осмотрел погибших. Все они оказались поражены в лицо, единственное открытое, и поэтому активнее всего излучающее тепло место. Руки незваных гостей скрывали перчатки, а под одинаковыми серыми костюмами прятались легкие бронежилеты, по прошивке которых шли повторяющиеся буквы "ФКС".
– Федеральные Космические Силы? Чего им-то от нас надо, клянусь четверкой? – изумился Вильям.
Да, во флоте никогда не любили Звездный Легион, но отряжать бойцов собственного спецназа для похищения отставных легионеров – на это не пойдет самый безумный из адмиралов.
Что самое главное – непонятно, зачем это ему.
На запястье у каждого из погибших обнаружилась татуировка – окруженная звездами акулья пасть.
– Акула, акула, – Вильям облизал пересохшие губы. – Флотские диверсанты? Но что им от нас надо?
Ухо поймало шорох за неплотно прикрытой дверью, а Вильям уже летел на пол, не заботясь о сохранности мебели. Голубоватый разряд игольника прошел рядом, ногу свело болезненной судорогой.
Грохнулся о пол, как рухнувший комод, но не выпустил винтовки и тут же нажал спусковой крючок. На стене возникла и тут же пропала пунктирная линия из круглых отверстий.
Кто-то застонал.
– Твою мать, блин, – проворчал Вильям, ощущая, насколько остро ему не хватает шлема и прочего снаряжения, без которого в бой не пойдет ни один
Он подождал пару минут, а затем быстро и совершенно бесшумно пополз к двери. Невольно вспомнился сержант Фрезер, когда-то давно, чуть ли не сотню лет назад мучивший новобранцев передвижением по-пластунски.
В коридоре царила тишина. Два тела, перегородившие его, вовсе не украшали пейзаж.
– Пожалуй, пора сматываться, – Вильям поднялся на ноги и зашипел от боли в бедре – каждую мышцу там дергало и корежило.
Эти двое спецназовцев явились, скорее всего, проверить в чем дело, когда не получили ответа от сидящих в квартире товарищей. В худшем варианте они передали сигнал тревоги дальше и сейчас сюда летит замаскированный под ремонтный автораэр, набитый бойцами, как арбуз – семечками.
В этот момент Вильям в первый раз пожалел, что пришел домой.
Пока ковылял до лестницы, нога разработалась, со ступеньки на ступеньку двигался уже нормально, лишь морщился от пробегающей по нервам боли. Около двери черного хода собрался, готовясь к тому, что снаружи его встретят так, как положено – пулями, светом прожекторов или просто вспышкой игольника.
Длинным прыжком вылетел наружу и покатился по земле. Возмущенным таким обращением костюм затрещал где-то в районе промежности, зубы с глухим стуком ударились друг о друга.
И ничего не произошло. Вокруг царили полутьма и тишина.
– Вот значит как, – пробормотал Вильям, поднимаясь. – Даете мне еще шанс? Отлично!
Несколько минут он отряхивался, затем убедился, что выглядит еще довольно прилично. "Мамба" заняла место в сумке и бывший сотрудник архива, легионер, охранник в супермаркете, а теперь просто беглец зашагал в сторону ближайшего магазина.
Автораэр он остановил в узкой, выходящей на восток расщелине. Выбрался наружу и глотнул пахнущего вереском воздуха. Во все стороны, сколько хватало глаз, тянулись хребты, черные на фоне розовеющего неба. Изломанные и разрушенные, они напоминали стены древней крепости.
– Сколько лет я тут не был, – пробормотал Вильям. – Сложно подсчитать…
Горы Шотландии он последний раз навещал по окончании университета, если верить памяти, то девять лет назад. Если же смотреть в календарь, то с той поры минуло более полувека.
Но в Грампианском Национальном Парке ничего не изменилось.
Здоровенный булыжник попался под руку очень кстати. Секунду помедлив, Вильям опустил его на приборную панель летающей машины. Хрустнуло, треснуло, в стороны полетели разноцветные осколки.
Автораэр он раздобыл вчера, еще в Харлоу. Просто встал на обочине оживленной трассы и поднял руку. Мигающая малиновым и сиреневым машина остановилась и из распахнувшегося люка высунулся молодой парень. Лицо его скрывал алый онлайник, а вокруг волос клубилось оранжевое пламя.