Демоны Вальхаллы
Шрифт:
– Спокойнее, видят духи, – Ли взял приятеля за плечо. – Спокойнее!
Вильям развернулся и угрюмо побрел дальше. Час назад их выгрузили из автораэра на космодроме какой-то военной базы. Вдалеке, на горизонте, виднелись покрытые снегом горы, блестели под неярким солнцем пластины ледников.
Легионеров вели через взлетно-посадочное поле к одному из высящихся вдалеке звездолетов.
– Исландия, что ли? – почесал затылок Соболев. – Уж больно похоже…
– Хоть Мозамбик, клянусь четверкой, – ответил Вильям. – Мне интереснее другое, куда именно нас хотят отправить?
– Куда-нибудь
Черная зеркальная глыба звездолета приближалась, росла, пока не стало различимо написанное на борту название "Немезида".
– Возмездие, – перевел Вильям и вздрогнул от дурного предчувствия.
Остальные угрюмо молчали. По широкому пандусу их завели внутрь, и после короткого пути по узким, как ножны, коридорам, впереди открылся просторный, напоминающий спортивный зал.
– Криогенная камера, помилуй меня Святая Дева! – воскликнул Арагонес, разглядывая тянущиеся по стенам и потолку параллельные ряды крошечных дырочек. – Вот уж не думал, что бывают такие здоровые!
Но зал оказался достаточно велик, чтобы вместить всех, а потом от двери, из-за спин бывших легионеров прозвучал голос, заставивший всех замолчать и повернуться в одном направлении.
– Солдаты, – сказал он, – слушайте меня.
В дверном проеме, через который только что прошли легионеры, стоял Рагнарссон, бывший командир Первого Ударного Полка, и на плечах его тускло посверкивали генеральские погоны.
– Слушайте меня, – повторил он, и наступившей тишине позавидовал бы любой из греческих ораторов. – Вас здесь сто шестьдесят один человек, все – из первых наборов Звездного Легиона. И с этого дня вас ждет единая судьба!
– Что происходит, господин май… генерал? – выкрикнул кто-то, набравшись смелости.
– Я все объясню, – на каменном лице Рагнарссона не дрогнул ни единый мускул. – После демобилизации вы все провели на Земле по несколько месяцев. За это время выяснилось, что семь лет, за которые вы видели только смерть и кровь, научили вас убивать, но сделали каждого столь же безумным и опасным, как Джек-Потрошитель. Только за последний месяц по метрополии зарегистрировано более тысячи случаев немотивированной агрессии со стороны ветеранов по отношению к окружающим!
– Видят духи, не все мы безумцы, – прошептал Ли, и в глазах его зажегся нехороший огонек. – Ох, добраться бы до твоей глотки…
Но генерал его не услышал.
– Большинство из преступников будут наказаны в соответствии с законом – смертной казнью, – продолжил он. – Но для вас сделано исключение.
– Это из-за У-прививки? – спросил Вильям громко. – Из-за нашей неуязвимости?
Рагнарссон ничем не показал, что удивлен, а может и знал, что кое-кому из солдат известна истина.
– Да, благодаря ошибке ученых вы регенерируете куда лучше, чем обыкновенные люди, – кивнул он. – Пуля не убьет вас, даже сотня пуль. Можно было уничтожить каждого, сжечь до последней молекулы, но зачем расходовать столь ценные кадры? Сейчас
– Так почему бы ни дать нам жить спокойно, клянусь хвостом крокодила? – поинтересовался Гаррисон.
– А этого у вас не выйдет, – генерал позволил себе усмешку. – Иного, кроме как убивать, вы не умеете. Вы все свихнутые и очень опасные. Выпустишь любого из вас к обычным людям, пусть даже в тюрьму к уголовникам – чем кончится? Рано или поздно шарики заедут за ролики, и мы получим кучу трупов… И в то же время вы герои, столько лет сражались за Человечество, о вас ходят легенды. Нельзя не признать, что вы можете быть резервом на случай возникновения непредвиденной угрозы. И мы нашли выход.
– Святая Дева, так он нас всех продал! Сдал за генеральские погоны! – пробормотал Арагонес.
– Вам будет предоставлено место, – в голосе Рагнарссона появились лязгающие нотки, точно говорил не человек, а робот, – где вы сможете, никому не мешая, существовать так, как захотите.
– Своя колония, что ли? – Гаррисон поскреб затылок, а лоб его пошел морщинами.
– А сейчас советую всем лечь, – Рагнарссон обвел бывших легионеров взглядом и на мгновение запнулся, уловив излучаемое толпой презрение. – Старт через десять минут…
– Вот сволочь, клянусь четверкой! – порычал Вильям, когда входная дверь опустилась, а через отверстия в стенах и потолке с тонким шипением забили тонкие струйки пара. – Заодно с флотом…
Он успел еще увидеть, как упал Ли, как осел к стене Арагонес, а после этого свалился сам.
Сон наступил мгновенно.
Шея болела так, будто ее несколько раз сломали, а потом составили кое-как, перепутав позвонки. Вильям крутил головой, массировал затылок, но помогало мало.
– Оставь, – посоветовал Ли, на щеке которого виднелась алая полоса. – Потом само пройдет!
От дурманящего сна, навеянного криогенной установкой, легионеры очнулись только десять минут назад, а поскольку спали вповалку, то почти все оказались с затекшими руками и ногами, заспанными лицами. Соболев и вовсе каким-то образом заработал пролежни на заднице.
– Вот и полетали, – бормотал он, потирая пострадавшее место, и добавлял со злобой. – Жопа!
Момента посадки никто не заметил, просто дверь огромной камеры открылась, и внутрь шагнул капитан Шмидт.
– Итак, господа, мы прибыли, – сказал он, щуря блеклые глаза. – Прошу любить и жаловать. Планета Арстрим, ваш дом на много лет вперед. Выходите по одному и не спешите, прошу вас.
Первое, что бросилось Вильяму в глаза, когда он выбрался из звездолета – закрывающая небо пелена бурлящих серых облаков, сквозь которое просвечивал желтый глаз светила. Налетевший ветер едва не сбил с ног, заставил крепче вцепиться в поручни.
Воздух напоминал земной, хотя имелся в нем какой-то сладковатый привкус.
Легионеров выстроили вдоль края взлетно-посадочного поля. За спинами тянулась ограда, а за ней высилось массивное, напоминающее стальной холм сооружение, на котором идиотской шуткой смотрелась намалеванная яркой краской надпись "Военная база "Георгий Жуков".