Деревянное море
Шрифт:
Какие у меня были варианты? Что мог маленький мальчик сделать с Флооном такого, чего не мог сделать я, хотя у мальчишки теперь, возможно, и было побольше силенок и голова работала яснее, чем у меня. Я же, ослабевший и едва державшийся на ногах после взрыва в голове, понимал, что могу отключиться в любой момент.
Мальчишкой я был непоседлив, как муха. Странно, что я сразу об этом не вспомнил, увидев маленького Джи-Джи в компьютерном зале. Мы еще немного посмотрели друг на друга, а потом он опять сделал раздраженный жест – весь нетерпение. Все его дергающееся, вихляющееся тело вопрошало: что я должен сделать?
Я как мог с помощью рук и губ обозначил ему монитор компьютера. Он меня понял и кивнул. Потом я показал
Без малейших колебаний шагнул он к столу, за которым набирал свой безумный текст Флоон. Обеими руками он спихнул монитор с основания, и вся эта трехомундия с грохотом рухнула на пол. Пауза. Все четверо замерли на месте. Но потом эта скотина Флоон повел себя совсем не так, как я ожидал. Я думал, что он придет в ярость, взбесится, разорвет себя надвое, как Румпельштильцхен [122] ,– шутка ли, столько времени, столько усилий потеряно впустую, он ведь так долго вводил в этот компьютер свою чертовщину. Ничего подобного. С обескураживающим спокойствием он пересел за другой компьютер и, не теряя ни секунды, стал как ни в чем не бывало наяривать на клавиатуре.
122
…взбесится, разорвет себя надвое, как Румпельштильцхен… – персонаж одноименной сказки братьев Гримм, радикально переосмысленной в романе Кэрролла «Сон в пламени» (1988).
Одна моя идея провалилась, и тогда я распахнул дверь, подошел к Флоону и что было сил заехал ему пистолетом по затылку. Сработало. Он дернулся вперед, стукнулся физиономией об экран – тот треснул. У него была грива седых волос. Я сгреб эту гриву в пятерню и приложил его к клавиатуре.
– Ну-ка, ребята, кыш отсюда. Нелль, мама ждет тебя на улице.
Девчушки вмиг выскользнули прочь, как водомерки по глади пруда, но не Маккейб-младший.
– Высший класс!
– Давай-ка отсюда!
– Еще чего! Никуда я не пойду. Ни за что не пропущу такое. Вмажь-ка ему еще разок.
– Давай-ка пошевеливайся, а не то расскажу твоей маме, что ты стащил у нее из кошелька пятнадцать долларов, чтобы сходить на автошоу в Уайт-Плейнс.
У него челюсть отвисла.
– Откуда ты об этом знаешь? Сдерживая улыбку, я выдавил из себя:
– Ясновидящий я, понял? Ступай на улицу и жди меня там.
– Чтоб тебя перекосило! – На этой ноте он побрел к двери. – Но я тебя буду ждать. Имей в виду.
Как только дверь за ним закрылась, я еще разок вмазал Флоону по черепушке – просто чтобы получить удовольствие. Совершенно непозволительно для полицейского, но ведь я уже не был полицейским. Потом я его обыскал. Пистолет оказался в одном из его карманов. Я переложил оружие в свой.
– Маккейб…– заныл Флоон.
– Заткнись, Каз, а не то еще получишь. У меня так прямо руки чешутся.
– Маккейб, послушай… – Язык у него заплетался, как у пьяного.
И снова мой мозг пронзила боль. Только не теперь! Не теперь, ради всего святого! Приподняв плечи, я втянул голову – я ждал худшего, но ничего не случилось.
– Маккейб, ну хоть на экран посмотри!
На экране было что-то похожее на очень подробное железнодорожное расписание.
– Ну и что?
– Тан…– Он глубоко вздохнул и закашлялся. Из его носа на стол капала кровь. – Танкредий! Его еще не изобрели! А если и изобрели, то пока помалкивают. Ну разве не удивительно? Даже слова такого нет в словаре! Никто о нем не знает.
– Ничего не понимаю, что ты тут говоришь, Каз. И потом, мне это совершенно неинтересно.
– Неинтересно? Танкретический спредж! Ядерная трансмутация? Холодный
Я еще раз стукнул его башкой о клавиатуру. Мне это начинало нравиться. Ненависть к этому ублюдку подзарядила меня адреналином, придала сил.
– Ты мне тут кончай мозги ебать, Флоон, у тебя дрючок для этого маловат!
И я запел на мотив песни Сэма Кука «Удивительный мир» [123] :
О холодном синтезе не знаю ничего,
А о Казе де Флооне еще меньше того.
Знаю только, что смогу тебе по жопе дать,
А ты знаешь, что с этим я не стану ждать…
– Мне плевать, что ты там ищешь и что уже нашел, Флоон. Мы с тобой прямо сейчас валим отсюда на хрен. И если по пути ты сделаешь что-нибудь такое, что мне не понравится, я тебя прикончу без малейших колебаний. Можешь мне поверить.
123
…песни Сэма Кука «Удивительный мир»…– «(What a) Wonderful World» – песня Сэма Кука, Лу Адлера и Херба Альперта, хит 1959 г. в исполнении одного из отцов-основателей музыки соул Сэма Кука (1931-1965); впоследствии исполнялась The Drifters, Herman's Hermits, Отисом Реддингом, Джеймсом Тейлором, Артом Гарфанкелом, Глорией Гейнор и др. Одноименная композиция, исполнявшаяся Луи Армстронгом (а также, среди прочих, Ником Кейвом с Шоном Макгоуэном), – это другая песня, Джорджа Дугласа и Джорджа Дэвида Вайса,
– Ты не можешь меня убить, ведь ты полицейский.
– В прошлом, Каз. В прошлом. Теперь мы живем в дивном новом мире. А ну давай поднимайся!
– Пожалуйста, Маккейб, послушай меня пару минут. То, что я тебе скажу, изменит твою жизнь.
Я фыркнул.
– То немногое, что от нее осталось. Не нужно мне никаких перемен в моей жизни, кроме тех, которые уже произошли. Чего тебе надо? Даю одну минуту. Валяй.
– Хорошо.
Он прикоснулся ко лбу и поморщился, потом с недоуменным выражением на лице посмотрел на свои пальцы – похоже, он не знал, что делать с пятнами крови на них.
Я бросил взгляд на свое голое запястье и приложил его к уху, проверяя, идут ли воображаемые часы.
– По моим часам у тебя из той минуты осталось секунд тридцать, Каз.
– Погоди! Ты меня еще благодарить будешь за то, что увидишь. Уж по меньшей мере я тебе смогу сейчас же показать, как можно немыслимо разбогатеть. Я уложусь в пять минут. Дай мне только пять минут…
– Две. Денег у меня и так хватает.
– Две. Идет. Я сейчас тебе покажу.
И снова он переместился – теперь уже к третьему по счету компьютеру. При таком темпе ко времени нашего ухода в библиотеке не останется ни одной исправной машины. Он снова забарабанил по клавиатуре со скоростью пулемета, и на экране появилось то, что он вызвал.
– Я знаю этот сайт. «Yahoo»! Финансы.
– Верно. А теперь смотри, – сказал он и набрал еще что-то.
Мгновение спустя на экране появился отчет о маркетинговых исследованиях компании, называвшейся «СиРиал». В биржевых сводках она сокращенно именовалась «СИР». Акции этой компании продавались по четыре и пятнадцать шестнадцатых доллара. «Си-Риал» существовала уже три года, но пока еще не заработала ни цента.
– «СИР» [124] . Символичное название. По четыре доллара за акцию? Ух-ты, столько же, сколько «Интел», да? Ну, нам пора.
124
«СИР». Символичное название. – То есть SEER – «провидец».