Девица и волк
Шрифт:
Сердце у Лизы, наблюдавшей за поединком с крыльца, понеслось, обгоняя мысли. Как она обожала его улыбку!
— Ты молодец, Петь. Думаю, мы вам больше не нужны. Дальше вы справитесь сами.
Она ослышалась? Девушке показалось, что земля разверзлась и поглотила ее. Не чувствуя рук и ног, Лиза встала.
— Что? — Петр воспроизвел ее вопрос. — То есть как?
Дубравко без труда отодвинул ученика и прошел мимо него.
— Нам с Мирной нельзя долго жить на одном месте.
— Почему? — губы плохо слушались Лизу. Дубравко
— Наш отец, в отличие от вашего находится в относительно здравом уме и уже долгие годы мы его основная цель.
— И всего то? Нас четверо. Мы справимся.
Лиза пошла в избу вслед за неотстающим от учителя братом. Она лихорадочно соображала, что сказать, что сделать, лишь бы он оставался рядом.
— У отца клан. Это старая вражда. Вам не престало сюда вмешиваться. Вернется Мирна, мы покинем дом. Вам следует поступить также. Здесь наш запах, это привлечет Йосипа. — Дубравко подошел к растерянному Петру и положил ему руку на плечо. — Тебе больше нечему учиться. Защищай сестру. Ты ей нужен. На этом наши пути расходятся.
С этими словами он отвернулся и начал складывать в самодельный кожаный мешок то немногое, что всегда носил с собой. Петр чертыхнулся, сорвался с места и исчез из виду. Лиза будто приросла к месту.
— Не уходи, — еле слышно прошептала она. Дубравко взглянул на девушку и нахмурился. Ему не понравилось увиденное. С полтора месяца назад он начал догадываться, что Лиза испытывает к нему нечто большее, чем банальная благодарность, и это не грозило ничем хорошим. Ему давно следовало забрать Мирну и уйти, но привитое в детстве чувство ответственности за других мешало.
— Не уходи, — произнесла она снова.
Дубравко не двинулся с места. По опыту прежней жизни парень помнил, что единственно правильное поведение в таком случае — не проявлять жалость. Девушки частенько принимали его жалость за ответное внимание. Время и расстояние — самое лучшее средство. Он устало покачал головой и перешел к вещам Мирны.
Лиза в один прыжок оказалась перед ним, выдернула у него сумку и спрятала ее за спину. Дубравко вздохнул. Он ненавидел такие сцены.
Мирна влетела в комнату.
— Ты уже собрал и мое тоже?
— Да.
— Хорошо, а то мне тут надоело. Всю округу знаю, как свои пять пальцев. Я Петра встретила, он все рассказал, мы попрощали…
Она резко осеклась, наконец, вникнув в смысл развернувшейся перед ней немой сцены.
— О! Лизонька… — Мирна подскочила и обняла свою прилежную ученицу. — Ты не переживай, у вас с Петей все будет отлично, — она отстранилась. — Вот увидишь. Там на столе целая стопка книг. Я тебе еще достала. Читай.
Дубравко обошел девушек и с трудом, стараясь не причинить Лизе вреда, вынул из ее пальцев сумку, обнял, взлохматил на макушке волосы.
— Еще свидимся, — с этими словами он покинул избу. Петр стоял на крыльце хмурый.
— Куда вы пойдете?
Дубравко
— Кто знает? Мир велик. Берегите себя.
— Ну что, братишка, давай наперегонки? — Мирна уже улыбалась рядом.
Парень снисходительно взглянул на сестру. Она поняла его взгляд по-своему.
— Только чур — не поддаваться! А то я тебя знаю. Пока, Петь, — девушка сорвалась с места и растворилась среди деревьев. Брат последовал за ней…
"Так это она теперь хочет убить твою Ягу?"
"Она, Кладенец, она. Как ни печально мне это сознавать".
"Как она попала в стаю?"
"В клан".
"В стаю".
"Ты прям как баб Маша. Они оба туда попали. Спустя несколько десятилетий мы с Мирной узнали о том. Это их выбор. Они сами были вольны распоряжаться своими жизнями".
Дубравко поправил рюкзак на плече и равнодушно уставился в окно, игнорируя внимательные, оценивающие взгляды проходящих мимо студенток, даже одногрупницы и те, нет-нет, делали попытки пофлиртовать. До начала пары осталось не больше минуты, преподаватель опаздывал. Парень вновь погрузился в свои воспоминания.
Зимой восьмидесятого он купил дом на побережье во Франции, вернулся за Мирной и ее тогда новоиспеченным мужем на Аляску. Знакомый запах Петра и его сестры он почувствовал в паре километров от деревни. Это, в общем, не встревожило, если б не отчетливые следы еще двоих из клана Йосипа.
"Ты их знал?"
"Конечно. Тома да Ядранко. Оба сыскные собаки Йосипа. Охотники".
"Бой был?"
Дубравко хмыкнул. Два студента шарахнулись от него. Оскал волкодлака производил впечатление на человеческое сознание всегда.
"Тебе только бои подавай".
"Я рожден таким. Так был бой или нет?"
"И да, и нет. На самом деле было нечто, чем я не горжусь. Никогда бы не стал рассказывать Дане… Мне тогда хватило несколько минут, чтобы незамеченным добраться до дома. Деревенские собаки скулили вслед. Знаешь, стоит один раз зарычать, и для животных становишься вожаком. Мирна с Гораном тоже знали о присутствии чужих. Они меня ждали. Не стану вдаваться в подробности. Скажу лишь, что Тома напал. Он никогда не отличался уравновешенным характером. Мы не успели уйти, за спиной оставались люди, Ядранко бы убил их. Я тогда разозлился. А когда слишком зол, порой теряю контроль…"
"В каком смысле?"
"Я разодрал их двоих".
"А Петр и Лиза?"
"Они не участвовали".
"А ра…"
"Отстань. У меня пара начинается".
Глава 8
Дверь кабинета распахнулась и группа по одному — двое начала стекаться внутрь. Преподаватель, лысеющий мужчина лет сорока, зашел третьим по счету, как раз опередив молодую Ягу. Лена решила прогулять последнюю пару, Даня была одна. Неожиданно сзади ее ухватили за локоть. Девушка обернулась. Мирна по-волчьи сверкнула глазами.