Девица и волк
Шрифт:
И вот блюдо снова отразило три сосредоточенных лица.
— Баб Маш, а ты сразу так не могла сделать?
Антон отошел чуть в сторону.
— Если не знать имени, ничего не выйдет, — Яга задумчиво хмурилась. — Это мы с тобой, юный ведьмак, еще освоим. — Марья перескачила на интересующую ее тему. — Зачем Прасковья это делала? Что ей нужно?
Федор виновато вздохнул.
— Видимо, я.
Антон и Марья, ошарашенные заявлением, взглянули на ведьмака.
— Я… — Богатырь запнулся. — Было по молодости. Она старше была. Интересная такая. Расстались мы — не очень.
— Что значит "не очень"? —
Федор еще больше поник.
— Я ушел. Сказал, "не люблю" и все. Она что-то угрожала, не помню уже…
В комнату, распахнув окна, ворвался ветер, на кончиках пальцев Марьи стали появляться и исчезать голубые разряды. Стол под ее ладонями задымился.
— Ты! — прогремела природа вокруг. Богатырь приготовился к неизбежной каре. Антон поспешно сорвался с места и взял ведьму за плечи.
— Баб Маш! Не сердись. Не время.
Женщина закрыла глаза, глубоко вздохнула. Ветер успокоился, стол перестал дымиться. В комнате пахло гарью.
— И то верно, — она взглянула на Федора. — Моя внучка ей месть или препятствие? Отвечай.
— Не знаю, — честно ответил ведьмак. — Я Прасковью никогда до конца не понимал. Я и не думал, что она способна на что-то подобное. Она всегда такая мягкая, нежная была…
— Она — ведьма! Яга! Федя! О чем ты думал?
Богатырь резко вскочил.
— Я пойду к ней и сам во всем разберусь.
— Поздно. Теперь разбираться будет Морок, а то и вовсе Маржана. Прасковья ведь извести Даню хотела! И у нее не вышло. И я не думаю, что она на этом остановится… — Неожиданно Марья спохватилась. — Девочка моя! Она же трех волкодлаков в Беловодье повела!
Прасковья, пригнувшись к шее белого коня, скакала вперед. Мерные удары копыт о землю рассекали лесной воздух. Она своими ушами слышала, как Евдокия обсуждала возвращение домой с волком. Сегодня.
Именно сегодня она наконец избавится от этой девицы. Федор глуп, если думал, что она отступит. Никогда такого не случится. Никто не узнает о ее маленьких хитростях. Сегодня Маржана выставит приговор, а уж по его завершению, когда молодую Ягу лишат ее сил и обратят в зверька, она, Прасковья, найдет способ устроить несчастье и раздавить букашку.
Впереди показался деревянный резной терем.
Глава 5
Справа сверкала белыми мягкими переливами река, вокруг шумел густой лес, тонкая тропинка, виляя, уходила в его глубь, а посреди, преграждая путь Дане и трем волкодлакам, возвышалась бледная костлявая женщина, одетая во все белое. Великолепные седые пряди обрамляли узкие плечи и вытянутое лицо. Голубые, почти бесцветные, глаза излучали холод и равнодушие.
— Маржана, — прошептала Даня.
— Ну что ж, донос был верным. Одна Яга и три волкодлака. Все так. — Женщина подняла руку, подзывая из-за своей спины кого-то невидимого. — Прасковья, исполняй наказание.
Вперед вышла невысокая русая девушка. Ее можно было бы назвать красивой, если б не откровенная ненависть, сквозящая во взгляде.
— Как скажешь, царица. А вот и твоя судьба, Евдокия!
Она развела руки в стороны и начала шептать. Даня поняла, что перед ней Яга и довольно сильная. С повеления Маржаны ее собираются превратить в нечто маленькое, безвредное. Девушка
Даня пригнулась к земле и начала шептать в ответ.
Дубравко хватило нескольких секунд, чтобы осознать происходящее. О Маржане он слышал не раз. Волкодлак не имел ни малейшего понятия, что за наказание предназначено Яге и в чем его причина, но одно он знал точно, все, что могут сделать с девушкой, осуществимо только через его труп. Не задумываясь, он кинулся вперед, руки стальным кольцом сомкнулись на шее Прасковьи, мешая ей говорить.
Маржана приоткрыла рот и зашипела. Из лесу показались три огромных волка. Мягкой поступью они приблизились к женщине, затем, кинув мимолетный взгляд на хозяйку, бросились в атаку. Мирна и Горан достойно приняли удар нечеловеческой силы. А вот Даня, никогда раньше не сражавшаяся с волкодлаком, была застигнута врасплох. Она упала навзничь, прижатая крупными лапами. Оскаленная морда с длинными клыками оказалась в опасной близости от ее лица. Вдруг волк взвизгнул, раздался треск ломаемых костей. Девушке показалось, что трещат именно ее кости, но она ошиблась. Зверь, недавно прижимавший ее к земле, лежал рядом и жалобно поскуливал. На нем восседал Дубравко. Его пальцы безжалостно сжимали позвоночник. Снова хруст и визг. А затем парень достал из-за пазухи, припасенный на случай нападения Елизаветы или Якова, тонкий кол боярышника. Он занес его над головой, собираясь проткнуть мохнатую спину.
Даня вскочила на ноги.
— Дубравко, не убивай!
Волкодлак посмотрел на нее черными бездонными глазами, зрачки горели злобой.
— Он убил бы тебя.
— Да нет же. Он не имеет права без приказа, а приказа не было.
Дубравко помедлил, но кол все же опустил.
— Ты…
Договорить ему не дали. Рядом упал еще один волк. Горан справился со своим противником довольно быстро, что при его размерах неудивительно. Неподалеку захрипела Мирна. Из разорванного бока девушки сочилась кровь. Горан кинулся на помощь жене. Лес меж тем снова застонал, зашевелился. Прасковья вознамерилась во что бы то ни стало завершить начатое.
Маржана по-прежнему стояла на месте, холодно взирая на развернувшуюся картину боя.
— Царица! Донос не верен.
Даня оглянулась на знакомый твердый голос. Марья выходила из лесу.
— С Евдокией лишь один волк. Остальные два с нами.
Следом за ведьмой появился Федор, ведущий двух белых скакунов. Богатырь оглядел поле боя.
Горан справился с противником жены и бережно поднял ее, заслоняя от окружающих. Федор, чертыхнувшись, бегом приблизился к ним. Он поднял руки над раной волчицы и зашевелил губами. Девушка застонала. Горан свирепо взглянул на ведьмака.
— Уймись, волк, дай мне ее вылечить!
— Глупый человек! Она сама вылечится, мы бессмертны.
— Только не тогда, когда речь идет о волкодлаках Маржаны. Их укусы для вас так же опасны, как для любого смертного!
Парень недоверчиво стиснул зубы так, что на скулах заиграли желваки, но затих. Федор возобновил шепот. Мирна содрогнулась в руках мужа, закрыла глаза и расслабилась. Кровотечение остановилось. Плоть начала зарастать.
Марья, меж тем, встала перед Маржаной. Ледяной взгляд последней немного смягчился.