Девочка в стекле
Шрифт:
— Не трогайте его, — сказала она. — Я пойду с вами.
Когда она подошла к ним ближе, Мерлин опустился на корточки и издал жалобный звук. Шелл внезапно вывернул руки внутрь, потом наружу, и наручники, соскользнув с его запястий, упали на землю. Он избавился от них так неловко, что я понял: Шелл находится под действием какого-то наркотика. Агариас взвел боек своего пистолета, все еще нацеленного Шеллу в спину.
Морган подошла к Шеллу, они обняли друг друга, медленно повернулись, и теперь пистолет оказался нацелен ей в затылок.
— Что вы делаете? — проговорил доктор.
Морган начала петь, сначала тихо, потом все громче, отчетливее, песенку «То легкое помрачение». Шелл опирался на нее, и они медленно, словно танцуя, уходили от Агариаса так, что пистолет все время оставался направлен в спину Морган.
— Стойте! — крикнул Агариас, брызгая слюной. Он распрямил руку, собираясь стрелять.
— Антоний, — сказал я.
Раздался выстрел, его резкий звук испугал меня. Волна паники внезапно поднялась в моей груди. Исабель вскрикнула, Антоний закрыл глаза. У самого Агариаса был удивленный вид — он никак не мог поверить, что выстрелил. Секунду спустя стало ясно, что пуля ушла вверх. Шелл и Морган продолжали уходить прочь от доктора, который опять вскинул пистолет и прицелился. Шелл поднял голову, словно пробуждаясь от долгого сна. Увидев Агариаса, он согнул ноги в коленях и, падая на землю, потащил за собой Морган. Когда они упали, Мерлин неожиданно прыгнул на доктора и в тот же миг Антоний поднял свой маузер и выстрелил.
Агариас попал Мерлину в грудь, Антоний — в широкую белую спину, проделав в гладкой коже дымящиеся дыры. Мерлин ухватил голову Агариаса и крутанул ее; мы услышали глухой хруст костей. Потом из Мерлина хлынула кровь, и он сделал несколько нетвердых шагов вперед, продолжая удерживать безжизненное тело Агариаса. Наконец он бросил его и попытался было сохранить равновесие, но через миг свалился на труп приемного отца.
До этого момента я не осознавал, что стою, затаив дыхание, но когда Мерлин упал на землю, я испустил вздох облегчения и бросился к Шеллу. Антоний уже был рядом с ним и поднимал его одной рукой, а Морган — другой. Шеллу потребовалось несколько секунд, чтобы сориентироваться. Он тряхнул головой, словно прогоняя сон.
— Диего, — устало сказал он. — Думаю, машину можно было и не взрывать, но в остальном — отличная работа. — Сказав это, он покачнулся, подался вперед и впервые в жизни обнял меня.
— Извини, что вмешиваюсь, босс, — сказал мне Антоний. — Но нам пора делать ноги. Я знаю, мы тут вроде как в глуши, но кто-нибудь наверняка увидел пожар. И минуты не пройдет, как сюда съедутся копы, пожарные и весь долбаный французский Иностранный легион. Помоги мне поменять это колесо, и скажи остальным, чтобы мотали отсюда.
— Кому это ты говоришь «босс»? — спросил Шелл.
— Извини, босс, — объяснил ему Антоний, — но сейчас босс — малыш, по крайней мере, пока операция не закончена.
— Кто бы возражал, — заключил Шелл.
Я велел Исабель, Салу, Джеку, Пиви и Белинде возвращаться к машинам через лес. Белинда свистнула, давая птицам сигнал возвращаться в их городскую голубятню. Исабель чмокнула меня в губы, и вся команда устремилась между деревьев прочь от горящего дома. Джек разместился
Я хотел остаться с Шеллом, но пришлось срочно менять колесо вместе с Антонием. Капитан Пирс извлек пулю из ноги Хала — рана оказалась неглубокой — и сделал перевязку, разорвав собственную белую рубашку. Когда мы поставили запаску, Хал мог уже прыгать на одной ноге — так он и доскакал до машины. Мы посадили его на переднее сиденье, чтобы он мог вытянуть ногу. Шелл сел сзади у окна, забрался внутрь и Капитан. Я оглянулся в поисках Морган.
Она стояла на коленях рядом с телом своего брата. Вдвоем они были похожи на пару призраков в ночи. Вокруг них падали угли из горящего дома. Я подбежал к Морган и схватил ее за руку.
— Идем скорее.
С этими словами я потащил ее к машине и усадил на колени к Капитану, а сам втиснулся на место, которого не хватило бы и для половинки меня.
— Дай бог, чтобы движок был цел, — сказал Антоний, повернул ключ, и «корд», наш верный помощник, снова ожил.
Антоний развернул машину и нажал на газ. Мы пронеслись по грунтовке и свернули с нее на шоссе, направляясь к Форт-Соланге. Навстречу нам попадались пожарные и полицейские машины.
Если не считать тихих всхлипываний Морган, в машине царило молчание, которое было наконец нарушено Капитаном Пирсом:
— Я видел этого монстра раньше.
— Мерлина? — спросил Шелл.
— Нет. Этот был человеком. Я говорю о Монстре. Он, похоже, никогда не умирает. Мы сегодня убили несколько человек, но Монстра даже не ранили.
— Но зато мы спасли Томми, — сказал Хал. — Ни за что в жизни не согласился бы пропустить такое, даже с пулей в ноге.
— Я этого никогда не забуду, — отозвался Антоний, закуривая сигарету. — Вот уж точно.
Он опустил стекло, и дым устремился наружу — в холодный ночной воздух.
— Победа инертной массы, — произнес Хал.
КИДАЛОВО
Когда мы, откинув ковер, вошли в дом, Мардж приподняла Шелла и сделала с ним пируэт. Антоний приготовил кофе для водителей, и все поздравили друг друга с отличной работой. К моему удивлению, Шелл по очереди обнял всех нас. Я был близок к ступору и просто сидел на диване рядом с Исабель, обняв ее. Мне все никак не верилось, что операция спасения прошла удачно. То, что накануне вечером казалось выполнимым, сейчас представлялось чистым безрассудством.
Уйдя в свои мысли, я по-прежнему смотрел перед собой пустым взглядом, а городская банда собиралась уезжать. Исабель дернула меня за руку, сказав, что нужно встать и поблагодарить их. Она прошла за мной к двери и встала рядом. Проходя мимо нас, наши компаньоны желали нам всех благ, говорили, что я здорово поработал, а мне казалось, будто мы с Исабель празднуем свадьбу и к нам выстроилась очередь из поздравляющих.
Антоний решил, что будет спать в гостиной, положив рядом пистолет, чтобы чувствовать себя в безопасности. Шелл сказал, что мы поговорим утром, а сейчас ему нужно прилечь. Прежде чем они с Морган удалились в его комнату, я попытался выразить ей соболезнование по поводу того, что случилось с ее братом.