Девочки, не ссорьтесь
Шрифт:
Первым же вечером после приезда Белла, нежно постукивая кончиками пальцев по клетке с Бамси, рассказала Энди и Цисси историю, которая якобы произошла с ней в Хогвартсе. Мол, однажды она из-за чего-то разругалась с одной полукровкой из Гриффиндора, после чего выкрала во время обеда в Большом зале у той из сумки хомячка, утащила его в туалет и вдоволь потренировала на нем Круциатус. Потом хомячок был незаметно подброшен обратно, но через пару дней сдох — очевидно, организм оказался слабенький, не выдержал. Рассказав эту историю, Беллатрикс очень смеялась, когда Нарцисса с жутким ревом набросилась на нее и оттолкнула от клетки, крича, что никогда не позволит сотворить такое же с ее любимым Бамси. Андромеде пришлось использовать все свои дипломатические
Нет, Энди, конечно же, не поверила ни единому слову этой идиотской истории. Не такая ведь Белла ненормальная, чтобы на втором курсе кидаться непростительными проклятьями в туалете. Да и не садистка же она, чтобы пытать ни в чем не виноватое животное! И все равно Белла злая, злая, злая — как она могла так жестоко дразнить младшую сестренку! Неужели такому учат в Слизерине?.. С тяжким вздохом Энди повернулась на другой бок и наконец заснула.
А на следующий день…
— Ну что, девочка, в Слизерин хочешь?
— Ну… да, наверное. Родители так хотят. И сестра моя там учится.
— А вот не отправлю я тебя в Слизерин. Простодушна ты для него слишком. Но ум в тебе чувствуется. Далеко пойдешь, если не будешь от учебы отвлекаться. Так что ступай-ка ты в… Равенкло! — выкрикнула Шляпа, и ослабевшая от переживаний Энди на дрожащих ногах направилась к равенкловскому столу, даже не заметив, каким недоуменным и холодным взглядом провожает ее старшая сестра.
Память переносит ее почти на пять лет вперед — в конец пятого курса. Энди усердно готовится к С.О.В., практически не вылезая из библиотеки. В Равенкло никто не обращает внимания на происхождение и чистоту крови — чтобы тебя уважали на этом факультете, нужно очень хорошо учиться, и Энди учится. Родители нелегко пережили ее распределение, но в конце концов смирились и даже начали ставить в пример Цисси, у которой мысли витают где-то далеко за пределами учебы. Подумать только — девчонке всего тринадцать, а у нее уже одни свидания и сердечные переживания на уме. С Энди даже профессор Слагхорн говорил на эту тему во время одной из своих вечеринок — просил повлиять на Нарциссу: мол, слишком легкомысленна девица, надо бы на учебу хоть немного ее сориентировать. Белле-то, конечно, этим заняться удобнее было бы, они с Цисси ведь на одном факультете учатся, да только Белле, как всегда, на младшую сестру наплевать, у нее сейчас совсем другое в голове, тоже далекое от учебы. При мысли об этом Энди нахмурилась — да, что-то Беллатрикс в последнее время совсем неадекватна стала, только и разговоров, что о темном маге, даже имя которого в последнее время называть не принято. И что она только в нем нашла?.. Может, это просто оттого, что парня у нее нет? Вроде бы сейчас как раз родители устройством ее замужества занимаются — вот появится жених, вся дурь из головы и выйдет…
У Энди парня тоже не было. Как она и подозревала, никто даже и не смотрел в ее сторону. Да и на что смотреть — невыразительная заучка с тусклыми волосами… Лебедя из гадкого утенка не получилось. Пока. И вряд ли уже получится… Иногда, правда, Энди замечала какие-то странные взгляды, которые бросал на нее один гриффиндорский семикурсник. Энди даже имени его не помнила — то ли Тед, то ли Фред… Но, может, она просто напоминала ему какую-нибудь знакомую? Или нос у нее был в тыквенном соке?.. Во всяком случае, дальше редких взглядов дело у него не заходило, так что Энди и думать про него перестала. Не судьба ей быть популярной у мальчиков — и все тут. Вот разве что кузен Сириус считает, что она классная девчонка, — потому что всегда с удовольствием играет с ним в подрывного дурака, не вопя, как Цисси, что боится, и не фыркая, как Белла, что это несерьезное развлечение. Но Сириус еще маленький
А сегодня Энди идет в Хогсмид с другой своей родственницей — кузиной Молли. Вообще-то она хотела пойти с лучшей подругой Эллисон, но та еще фанатичнее относится к учебе — даже ради Хогсмида не захотела вылезать из библиотеки. А с Молли у Энди очень хорошие отношения еще с раннего детства. Она старше на два года и учится в Гриффиндоре, но совсем не задается. А еще с ней никогда не бывает скучно — у Молли всегда в запасе масса совершенно невероятных историй о своих школьных приключениях. Вот и сейчас, когда они устроились за столиком в «Трех метлах» и заказали по сливочному пиву, Энди приготовилась слушать, что невероятного Молли выкинула на этот раз.
— Я слышала, тебе на прошлой неделе пришлось ходить на отработки к нашему декану?
Молли хмыкнула:
— Ага, было дело. Знаешь, самое смешное, что получилось-то все совершенно случайно. Мне ведь наконец-то удалось создать невесомый порошок — столько промучилась с ним, с ума сойти! Ну, я на радостях отсыпала щепотку в бумажный пакетик и сунула в карман — решила после уроков у озера исыптать, как он действует. А на уроке у Флитвика он у меня случайно из кармана высыпался. Ну и… Представь себе — весь класс завис над партами, руками-ногами машут, ничего не понимают. А сам Флитвик вообще к потолку поднялся, заклинания оттуда кричит, а они не работают… Так и летали минут двадцать, пока действие порошка не выветрилось.
Энди расхохоталась:
— Ну ты даешь! Бедный Флитвик! Представляю себе эту картинку…
— Да уж, — Молли тоже смеялась, — в последний раз так забавно было, когда я два года назад сорвала урок у Биннса. Я тогда перед началом занятия опробовала свои веселящие хлопушки — и весь урок на каждую скучную фразу бедняга Биннс получал взрыв хохота. Он никак не мог понять, в чем дело! Нудит что-то о гоблинах, а все ржут, как ненормальные, чуть ли не под парты падают. Вот это был номер.
— Молли! — Энди уже задыхалась от смеха. — Ты меня этими историями в гроб вгонишь! Вообще, я просто поражаюсь тебе — до чего же ты несерьезная! Даже не могу представить, какой ты станешь лет через двадцать. Неужели так и будешь взрывать веселящие хлопушки и изобретать невесомые порошки?
— Мммм, дай-ка подумаю. А вот представь, что через двадцать лет я стану солидной замужней матроной и нарожаю к этому времени троих… нет, пятерых… нет, лучше семерых детей! А? И если они пойдут в меня и будут хулиганить, я им такое устрою! — Молли придала лицу комически-свирепое выражение и сжала кулаки, показывая, что именно она устроит своим будущим детям. Тут уж Энди не выдержала — от очередного взрыва хохота она поперхнулась сливочным пивом и, отчаянно откашливаясь, начала сползать под стол. Молли за воротник мантии вытащила ее и широкой ладонью похлопала по спине.
— Спокойствие, дорогая, не надо умирать от смеха — ты мне еще нужна живой и невредимой!
Весь вечер после этого знаменательного похода в Хогсмид у Андромеды было великолепное настроение. Она еще хихикала про себя над рассказами Молли, выходя после ужина из Большого зала, когда ее отловила Белла и оттащила в сторонку «для серьезного разговора», как она выразилась. Тут же хорошее настроение у Энди испарилось — серьезные разговоры со старшей сестрой еще никогда не доставляли ей удовольствие.
— Послушай, Энди, — начала Беллатрикс угрожающим тоном, — я давно хотела поговорить с тобой о твоем поведении. Ты сама понимаешь вообще, что творишь?! Мало того, что ты упорно продолжаешь дружить с этой грязнокровкой Эллисон МакАлистер…
— Белла! Я тебе сколько раз говорила — не смей называть ее грязнокровкой. И я сама могу решать, с кем мне дружить, а с кем нет. Она, между прочим, лучшая ученица на нашем курсе…
Белла в ответ только раздраженно махнула рукой и продолжала:
— Так ты еще и в Хогсмид шляешься Мерлин знает с кем! Зачем ты потащилась туда сегодня с Молли Прюитт??