Девушка-рябина
Шрифт:
С самого детства Вера знала, каким образом можно порадовать мать. Достаточно утром пробежаться рядом трусцой. Затем облиться холодной водой, позавтракать «правильной» кашей – и все, настроение матери удивительным образом улучшалось.
…У своего подъезда мать сердечно расцеловала Веру.
– Пойду, обольюсь ледяной водой, – деревянным голосом произнесла молодая женщина. – А потом позавтракаю. Помнишь, мам, ты мне смесь ашрай рекомендовала? Обалденная.
Вера врала, и самой было неловко от собственного вранья, от того, что говорит фальшивым голосом картонные убогие фразы. Кажется,
Дома Вера залезла под горячий душ (на обратном пути снова замерзла). Потом сварила кофе, сделала бутерброд с маслом и сыром. Она так завтракала каждое утро, и ее организм ничего, кроме этих продуктов, не принимал.
Потом Вера отправилась к компьютеру, включила его.
Ни одного письма.
Куда же он пропал, человек под ником Лео, с аватаркой в виде льва? То чуть не каждый день писал комментарии, то вдруг пропал.
Вера даже не помнила, когда и как завязалась их переписка. У нее имелось несколько виртуальных подруг, даже не подруг, «френдов» скорее… которые время от времени писали ей дежурные любезности, но и только. Мужчина в ее журнале появился словно из ниоткуда. Нормальный, не хам. Хвалил ее фото, что-то спрашивал, она вежливо отвечала.
Он не выказывал к ней, к Вере, никакого интереса как к женщине. Ему просто нравились те фото, которые она делала. Сколько ему было лет, этому Лео? Неизвестно. Может быть, двадцать, а может – все пятьдесят. Хотя, нет, двадцать – это вряд ли… Не похоже. Москвич, работал «по инженерному делу» – как он однажды обронил.
Он не лез к Вере с дурацкими предложениями, не спрашивал о ее личной жизни и сам о своей не говорил. Не доставал ее просьбами прислать ее фото. То есть фото, где была бы она, ее лицо… Он всегда держался на вежливом расстоянии, если можно так сказать о виртуальном общении, но при этом вел себя доброжелательно.
Вера привыкла к нему. Выходя вечерами в Сеть, ждала, что там ее встретит Лео. Незримый (словно прячется в сумраке, лишь силуэт едва можно угадать), он протягивает ей руку, и некоторое время они идут рядом, беседуя. Потом прощаются, расходятся.
Это не виртуальный роман, нет. Это просто общение. Дружеское. Приятельское. Пожалуй, Лео – самый лучший из всех «френдов».
Неделю назад Лео вдруг пропал.
Вера выходила в Сеть со свежими, только что сделанными фотографиями, а ее никто не встречал. Не ждал.
Вера была уверена, что ей не может понравиться посторонний мужчина. Но тут… Лео ей оказался по душе? Она определенно привыкла к Лео, перестала его считать чужим. Почему же он ее бросил? Считает скучной? Надоело? Да, скорее всего, ему надоела и она, и ее пейзажи…
Вечер. К этому времени позвонил Кирилл, сказал, чтобы жена отправлялась к его родне, они там все собрались уже.
Так странно. Хоть бы один раз встретить Новый год вдвоем, без его родных…
Вера уже собиралась выключить компьютер, но в этот момент пришло новое сообщение.
Письмо от Лео, с вложением. «Дорогая Рябиновая, простите, что пропадал…» Дорогая. Он назвал ее дорогой. С чего вдруг? И дальше – Лео сравнил ее с огоньком в сумерках! Удивительно… Она ведь
Вера быстро написала ответ, механически отзеркалив обращение: «Дорогой Лео, как хорошо, что Вы нашлись, а то я уже начала беспокоиться. И я поздравляю Вас с Новым годом! Пишите, и я буду Вам писать», вложила одну из своих последних фотографий, сделанных в городе (рябина в снегу, она же Вера – Рябиновая!), – и отправила послание Лео. Потом спохватилась – слишком нежное послание-то получилось, надо бы не так… А, поздно.
Вера выключила компьютер, принялась собираться.
Она вдруг, в какой-то момент, проходя мимо зеркала, увидела свое лицо и обнаружила, что улыбается. Впрочем, эйфория не длилась долго.
Звонок сотового.
Опять муж.
– Вера, ты скоро?
– Да, уже выхожу. Захватить с собой чего-нибудь?
– Нет, я все купил. Жду…
К каждому семейному празднику Кирилл, именно Кирилл – покупал все к столу. На всех. На маму Кирилла, на Батю, на сестру с ее мужем, на племяшек… До недавнего времени Вере не было жаль – покупает и покупает… Пусть.
Теперь же она злилась, если Кирилл опять взваливал все хлопоты на свои плечи. Злилась из-за Бориса. Как выяснилось (и как можно было предположить заранее), Борис оказался плохим работником.
Толку он него никакого, одни убытки. Ленивый пофигист, которому плевать на всех и на себя тоже. Любитель ругать государство, других людей. У него все были виноваты, только не он сам.
…Ел и пил за новогодним столом Борис больше всех.
Вера с самого начала не собиралась наблюдать за ним, но Борис сидел напротив и невольно привлекал к себе ее внимание, постоянно накладывая себе в тарелку одну порцию за другой, подливая и подливая в рюмку…
– Ты бы не пил столько, – негромко обратилась к нему Вера.
– Сегодня можно, – флегматично ответил Борис. – Один раз в году – можно себе все позволить…
– Но ты же… – Вера хотела сказать, что тот позволяет себе напиться гораздо чаще, чем раз в год, но поняла, что нет смысла напоминать об этом. Борису – глубоко наплевать на все. Он не думает. Он живет, как хочет. Ему так удобно и приятно, последствия подобной невоздержанности его совершенно не волнуют.
– Вер, не надо, – быстро наклонился к ней Кирилл, шепнул негромко.
– Ты интересный… – поморщившись, тоже негромко ответила она. – Ему же нельзя пить, а вы позволяете…
– Не сегодня, пожалуйста, – мягко произнес Кирилл.
Вера замолчала. Поймала на себе внимательный, скорбный взгляд свекрови Светланы Петровны. Судя по всему, та тоже считала, что сегодняшний вечер нельзя ничем омрачать.
И свекровь, и Кирилл были правы – конечно, не стоило в новогодний вечер портить всем настроение. Вера понимала это и сама на себя злилась… Злилась, что считает каждую рюмку, которую опрокидывает в себя Борис, злилась, что замечает, как помногу и часто наваливает он себе на тарелку покупных, ресторанных салатов, таскает то и дело вилкой куски осетрины с общего блюда… Но была бы ее, Верина воля, она бы ничем не стала делиться с этим никчемным, жалким мужчинкой.