Девушка-рябина
Шрифт:
Лев казался себе актером. Неким персонажем, обязанным отработать обязательную программу.
Он злился, затягивал свое «выступление», Наташа скорбно поджимала губы, старалась форсировать процесс, Льва это еще больше угнетало… И не было в этих телодвижениях ничего естественного, живого, настоящего.
Одна игра.
Наконец, финал. Стремительные неразборчивые титры. Поцелуй перед сном.
Наташа затихла на своей половине кровати… В сущности, Лев даже не знал, заснула она или нет. Несколько раз, бывало, утром она спрашивала испуганно – не храпела ли она
– Ты спишь? – спросил он.
– А что? – не сразу отозвалась та, совершенно нормальным, не сонным голосом.
– Если ты боишься, что будешь храпеть, то не бойся. Я тебя из-за этого не разлюблю.
– Лев! – недовольно произнесла она. – Ну, перестань.
Тишина.
«А где бабочки в животе, где сердцебиение, где восторг? – подумал Лев с иронией. – Может, Наташа права, и никакой любви нет?»
В юности он чувствовал нечто подобное бабочкам в животе. Сходил с ума. Горячка вся эта… Он сегодня соврал Наташе, когда заявил, что не терял никогда голову. Терял. Давно. Во времена первой любви. Но почему сейчас он лишен всего этого? Так и надо? Дело в Наташе или дело в нем самом?
Почему она, эта тонкая, умная, веселая Наташа, способная болтать обо всем на свете, не хочет поговорить о самом главном?
Почему ей интересно все, кроме того, счастлив ли ее возлюбленный?
Почему она с радостью и восторгом бегает по выставкам и кафе, упоенно вышагивает по паркам и садам Москвы, много читает и много хороших фильмов смотрит – но испытывает мучительное неудобство, находясь рядом со своим будущим мужем в одной постели? Со своей второй половинкой, по сути…
Почти все женщины стремятся замуж, Наташа же – старается оттянуть свадьбу как можно дальше.
Ей нравится ее откровенно девичья, легкая, беззаботная жизнь. Жизнь по собственным правилам и законам. Она едва терпит привычки Льва – причем не самые ужасные мужские привычки и особенности.
Он хочет бежать к ней, скорее, скорее – обнять, прижать к себе, чтобы весь день наслаждаться любовью, не вылезать из постели, а она – мягко отстраняет его.
Да, Наташа – замечательная. Из нее выйдет прекрасная жена. Ну нет их, этих бабочек в животе – и ладно. Может, бабочки – не самое главное?
…Прошла неделя, другая, после возвращения Льва в Москву.
Но как ни старался он забыть о горничной Вере, как ни гнал прочь мысли о ней – перед его глазами продолжало стоять ее кроткое, испуганное лицо – с узким носиком, усыпанным веснушками, с широко открытыми глазами орехового цвета.
И главное, эта загадка продолжала мучить его: Вера и Рябиновая – одна и та же девушка? Или две разные – есть горничная Вера, и есть еще фотограф Рябиновая, обе рыженькие и обе проживающие в Электрозаводске?
В конце концов, не выдержав этих сомнений, Лев вновь зашел на страницу загадочной Рябиновой в одной из социальных сетей.
Там ничего не изменилось, лишь фотографий прибавилось. Все те же виды Электрозаводска. И больше желтых, ржавых, бурых красок на снимках – ведь сентябрь
Старинное здание электрозавода из красных кирпичей в свете уличных фонарей все сильнее напоминало сказочный замок. Темные проулки, пустые дороги.
Эти фотографии были словно декорациями к какому-то спектаклю. Они рождали ощущение того, что зрители уже в зале, занавес поднят. Но сам спектакль еще не начался, актеры прячутся где-то там, в боковых проходах у сцены. Зрителям осталось только дождаться увертюры, и вот тогда актеры выйдут к рампе и разыграют чудесный спектакль. Расскажут необыкновенную историю, пробирающую до глубины души.
Там, впереди, скоро – и смех, и слезы, и бурные аплодисменты зрителей… Но почему-то пауза затянулась.
А Лев все сидит в своем кресле, в темноте зрительного зала, и ждет, и ждет… И уже начинает злиться. Скоро ли?!
А чего ждать? Может быть, это именно ему, Льву, надо подняться на сцену и начать представление?
Именно ему – надо выйти на пустую, залитую оранжево-красным светом улицу, подойти к воротам старинного замка и постучать в них?
Лев взял да и «постучал».
Предварительно зарегистрировался в Сети как «Лео» и на аватарку прилепил себе льва Симбу из старого мультика. Детский сад, да и только… Но на большее его фантазии не хватило. Не под своим же именем, не со своей физиономией регистрироваться!
«Отличный снимок!» – написал он под очередным, последним по времени фоторепортажем Рябиновой, где была изображена крупным планом стена завода, чуть подернутая болотного цвета мхом, изъеденная временем. Подумал и убрал восклицательный знак. Вместо него поставил точку. Как-то уж слишком сдержанно, невыразительно. Удалил точку, опять поставил восклицательный знак. И отправил свое сообщение.
Через мгновение оно проявилось на экране, в блоге Рябиновой, под тем самым снимком. Сообщение от него, ото Льва… Тонкий, призрачный мостик из Москвы – в Электрозаводск.
Лев сидел у монитора, ждал. Пожалуй, он волновался, и сильно. Ответит или не ответит загадочная Рябиновая?
Прошло пять минут, десять. Полчаса.
Он не выдержал, отправился на кухню, сварил кофе, выпил. А когда вернулся и взглянул на монитор, то увидел ответ от Рябиновой под его сообщением:
«Спасибо!» И улыбающийся смайлик рядом.
У Льва забилось сердце. Она ответила. Она ответила!
«Хотя чего я радуюсь, это дежурная вежливость. В соцсетях так: если тебе написали, принято отвечать. За этим «спасибо» и улыбающейся рожицей ничего не стоит. Просто вежливость!»
Лев некоторое время сидел молча, с занесенными над клавиатурой пальцами. В его голове роились тысяча слов, тысяча вопросов, которые бы он хотел обрушить на Рябиновую.
Но не спугнет ли он ее своим напором? Если это Вера, то точно спугнет. А если не Вера, другая девушка? Да чего думать, и другую спугнет. И вообще, нечего торопиться, мчаться напролом.
Лев выждал минут пять и написал в ответ туманный комплимент: «Похоже на стену старинного замка. Это в реальности все, есть такое здание? Не фотошоп?»