Девять драконов

Скотт Джастин

— Это значит иметь на руках наличные деньги для покупки небольшого участка земли, когда все остальные идут с тележкой по миру. И держите то, что входит в ваши большие ушки под вашими шляпками, юные леди. Мы же не хотим, чтобы мамочки и папочки ваших одноклассников судачили об этом за обедом и поднимали панику. Идет?

— Доброе утро, Виктория. Готовы встретиться с миром?

Врач был молодой англичанин примерно ее возраста, очаровательный, как герои ностальгических британских лент

типа «Вечеринка с пальбой». Он был вполне красив, и иногда, в свои лучшие дни, она представляла себе уик-энд за городом — поместье где-нибудь за полмира от Китая с кроватью с балдахином.

— Я все еще не могу нюхать розы.

— Вот что бывает, когда стукаешься о мачту головой.

— Но это было больше месяца назад, Гордон.

Гордон направил ей луч света в глаз и следил за реакцией.

— Так может продолжаться не один год. Как аппетит?

— Скверно, но я уже начинаю привыкать.

Он исследовал второй глаз.

— Спасибо вашим богам — христианским и языческим. Вы можете видеть, вы можете слышать, вы можете говорить — иногда немного медленно — и вы помните свое имя. И что лучше всего, вы выходите отсюда этим утром. Ведь об этом вы уже давно мечтаете, да?

— Черт побери, да. Но спасибо вам за все. Вы были потрясающим хозяином. Я рада была быть вашим гостем.

— Похоже, доктор Ча был готов выписаться вместе с вами, — он усмехнулся и пощупал ее пульс. — Он хотел бы, чтобы вы сначала расслабились. Но я сказал ему, что ваше выздоровление ускорится, если отправитель роз объявится лично.

— Доктор Ча пользуется тем, что я сильнее ушибла голову, чем руку. Я расслаблюсь двойным виски.

— Не спешите! — сказал Гордон поспешно. — Никакого виски, пока я не разрешу.

— Честно говоря, от мысли о виски меня начинает подташнивать.

— Вот и хорошо. Одевайтесь. Я навещу вас на следующей неделе.

Они обменялись рукопожатием. Он поцеловал ее в щеку.

Викки дала ему красный конверт.

— Кун хай фат чой!

— Что это?

— Лай сии. Деньги на счастье.

Он открыл конверт и посмотрел на чек.

— Но это слишком много, Виктория.

— Сестры сказали мне, что у ваших стариков есть клиника в Вестерне. Плохая примета кончать год с долгами. Не будет удачи.

— Вообще-то у нас все было хорошо перед беспорядками. Эти бандюги устроили нам пожар. Спасибо, Виктория. С Новым годом, годом Быка. Нам всем потребуется все везенье, какое только есть, правда?

Викки медленно оделась в юбку и красную шелковую блузку, которые принесла ей Фиона. Несмотря на плохой аппетит, Викки прибавила в весе, постоянно лежа в кровати в больнице, но мудрая Фиона выбрала юбку в складку. Она надела туфли на низком каблуке, потому что на высоких у нее дрожали бы ноги. Она уже в третий раз пробегала расческой по волосам и думала затянуть их назад в узел, когда ей пришло в голову, что она немного боится покидать

больницу. Здесь она чувствовала себя в безопасности. Ее последнее воспоминание о жизни снаружи была «Мандалай», тонущая под ней.

— Войдите, — ответила она на слабый стук в дверь.

— Вы?

Стивен, Ноу Вэй Вонг, сын Ту Вэя, был тем человеком, которого она меньше всего ожидала увидеть.

— Вы недовольны?

Он протянул цветы персика.

— Помогает в отношениях парня с девушкой.

У нее закружилась голова.

— Так это вы посылали мне розы?

Лицо Стивена расплылось в идеальной улыбке.

— Даже если бы это был не я, я сказал бы «да».

— А почему вы не пришли сами?

— Ненавижу больницы. До меня дошел слух, что они вас выписывают сегодня. Хотите прокатиться?

— Откуда вы узнали, что я выписываюсь?

— Хэй! Сын Номер Один Ту Вэй Вонга знает все.Иначе как, вы думаете, я бы выигрывал деньги на скачках. Эй, с вами все в порядке?

Викки вернулась к кровати, где тяжело опустилась на одеяло; в ее голове вертелся один вопрос: знает ли сын Ту Вэй Вонга, что это его отец убил отца Викки.

— Хотите, позову доктора?

— Нет. Все в порядке, просто я думаю.

Она рассматривала его красивое лицо, которое потемнело от тревоги, словно он боялся, что она упадет на пол.

— Я решил, что с вами и впрямь все в порядке, если они вас выписывают.

— Да я почти выздоровела. Просто иногда наступает небольшая слабость.

— Мне говорили, что у вас все хорошо… Послушайте, мне очень жаль… ваш отец…

— Спасибо.

— Я думаю, может, у них много общего, у наших отцов? Вы понимаете?

Викки уставилась на него, не веря своим ушам. Он что, серьезно?

— Они были соперники, — запротестовала она, прогоняя сравнение.

— Нет. Я имел в виду, каково нам с вами быть их детьми. Вы понимаете? Да-а? Ну ладно, скажу — они оба — такие парни, с которыми трудно. Я слышал, что вы со своим лучше ладили, чем я со своим. По крайней мере, в делах.

— Не могу судить, — ответила Викки, гадая, к чему это он.

— Но они не прозвали вас непутевой, душенька. Они зовут вас Драконьей Дочкой.

— Ну-у…

— Да-а, я только что слышал на улице. Дочь Дракона. Шикарный комплимент… Эй, послушайте. Хотите поехать на пикник? Поехали, отличный денек. Мы опустим верх у автомобиля и поедем на Шэ-О.

— Мне нужно в мой офис.

— Вы уверены?

— Да, уверена.

— Тогда я вас подброшу, о’кей?

Он стоял, встревоженно переминаясь с ноги на ногу и пропуская сквозь пальцы свои шелковистые черные волосы.

Викки смотрела на его красивое, открытое лицо, гадая, решил ли Ту Вэй вовлечь теперь в игру своего сына-плейбоя. Был один способ проверить, послал ли он Стивена разведать, где компромат Дункана Макинтоша.