Дни мародёров

-Joy-

Сначала нервно дернулся, увидев свет, а потом облегченно вздохнул и затворил дверь.

Ремус вскинул на него взгляд всего на секунду, после чего снова опустил его в книгу. Под глазами у оборотня залегли тяжелые мешки, а поперек носа протянулся очередной порез. Фольга шоколадки на его тумбочки отбрасывала яркий свет, ловя луч волшебной палочки.

Джеймс спал, как всегда свесив с кровати обе руки.

Со стороны Питера доносился уверенный, крепкий храп.

— Лунатизм? — хрипло спросил Сириус, прошел к своей постели мимо дрыхнущего во все лопатки

Сохатого, и повернулся к Ремусу спиной, занявшись одеждой.

— Бессонница, — усмехнулся Ремус.

— Хорошо, что тебя уже выписали, — заметил Сириус после паузы, чтобы не показаться грубым, и бросил рубашку в угол.

— Я смотрю, ночь удалась? — судя по голосу, Ремус улыбался. Сириус почувствовал, что он смотрит на его спину, и на секунду повернулся к нему.

— А ты думал только тебе можно носить крутые раны? — он постучал себя по носу. Ремус усмехнулся.

Сириус забрался в постель, попробовал лечь, но зашипел и сердито перевернулся на бок.

Впервые собственная постель показалась ему страшно неуютной и неудобной.

А как было бы хорошо сейчас спуститься вниз и снова забыться в её тепле, обнять её, прижать к себе, она ведь такая теплая и мягкая. Он мог бы сделать это всё прямо сейчас... и завтра...и потом...

Сириус саданул кулаком по подушке.

— Не расскажешь? — в голосе Люпина звучало любопытство.

Сириус помолчал пару мгновений, а затем отвернулся к стене.

— В другой раз, Лунатик. Спокойной ночи. — Сириус устроился поудобнее и затих, но понял, что сна ему сегодня точно не видать.

*AC/DC — Overdose

AC/DC — Soul Stripper

Lana Del Rey — Young and Beautiful

====== Фурия ======

Хорошее настроение не вернулось к Сириусу даже с наступлением утра. Когда Ремус спустился на завтрак, увидел, что Бродяга сидит за столом, скрестив руки и неподвижно смотрит в чашку с кофе. Вид у него был непривычно мрачный и сбитый с толку — как будто пытался и никак не мог решить какую-то невероятно сложную задачу. На пожелание доброго утра он не отозвался. Ремус посмотрел на Алису, сидящую напротив со свежей газетой в руках. Она ничего не сказала и вытерла бумажной салфеткой красный нос — по школе гуляла обычная осенняя простуда и фирменная перцовая настойка мадам Помфри подавалась за столами наравне с чаем и тыквенным соком.

Ремус спустился как раз к почте и когда он сел за стол, совы все ещё кружили над головами, но не успел Ремус протянуть руку к чайнику, как в его тарелку вдруг вместе с посылкой шлепнулась домашняя сова и Ремуса окатил утренний душ из дождевой воды и мокрых совиных пушинок. Очумело встряхнувшись, сова пьяно поднялась и скорбно уставилась на Ремуса огромными желтыми глазищами. К лапе её была прикреплена тяжеленная посылка. Удивительно, как птица вообще её донесла. Посылка была из дома и пока обессилевшая сова беззастенчиво уничтожала горячий бекон, Ремус распечатал конверт.

«Ремус! Высылаю тебе всё, что ты просил. Будь осторожен, когда будешь обтачивать заготовку, я хорошо наточил нож. И не забудь, что

дерево надо как следует высушить, прежде чем будешь браться за работу. А когда будешь распаривать заготовку, не передержи дерево на пару, иначе треснет и всё насмарку. Желаю удачи. Напиши, как прошло это полнолуние, я очень волнуюсь. Зелье, о котором ты говорил, помогло тебе? Жду ответа немедленно. Отец»

Поборов желание немедленно распаковать посылку, Ремус одолжил у Алисы перо и кусок пергамента и взялся за ответ. Планировал написать быстро, чтобы поскорее распечатать инструменты для изготовки лука, но, вспоминая одну за другой подробности своего чудесного, нового превращения, так увлекся, что исписал мелким почерком почти весь лист.

— Доброе утро! — к Алисе подсела Лили, красивая, даже несмотря на бледность. Волосы она собрала в хвост.

— Ты долго, — упрекнула её Алиса низким, грудным голосом.

— Не все наши гости разобрались в замке, я показывала девочкам, где на первом этаже туалеты. Пятый раз, — Лили взялась за кофейник и бросила подозрительный взгляд на Сириуса, который все так же хмурился, разыскивая истину в своей чашке. — А кто наложил заклятие Оцепенения на Сириуса? — заметив, что Ремус сидит перед пустой тарелкой, она налила кофе и в его чашку и положила ему на тарелку пару сэндвичей. Ремус рассеяно кивнул, дописывая.

Сириус промолчал и улегся на скрещенные руки.

— Что такое? — Лили с хрустом надкусила тост и взглянула по-очереди на Ремуса и Алису. — Есть...новости? — Лили взглянула на газету и медленно опустила тост.

— Да, — Алиса шмыгнула носом, а когда наконец подняла голову, оказалось, что глаза у неё полны слез, а губы дрожат. — Пожиратели напали на «Дырявый котел» сегодня ночью. Искали агента из Министерства. Там были мракоборцы и... отец Гидеона и Фабиана погиб.

Ремус вскинул голову и утонул в двух расплескавшихся озерах зелени. Лили порывисто обернулась, он тоже вытянул голову, но близнецов в зале не оказалось.

— Где они? — прошептал Ремус.

— Уехали, — Алиса высморкалась в салфетку. — Ещё до завтрака. Я просто не могу поверить... этого не может быть... — она вдруг зажмурилась, плечи её дрогнули.

Сириус шумно вздохнул и резко выпрямился.

— Хватит, Вуд, — отрывисто сказал он. — Итак тошно, хоть ты не реви, — он помешал свой кофе, но пить не стал и резко отбросил ложку.

Алиса закивала и взяла вторую салфетку, вытирая потекшую тушь.

— Я теперь так боюсь... мой папа ведь во второй группе...если бы это были они...

— Успокойся, с ним всё хорошо! — Лили обняла её, успокаивающе гладя подругу по волосам.

— ...а ещё эта эпидемия драконьей оспы в Хэмпшире, это ведь совсем рядом, понимаешь, а мама все время проводит в Мунго, а ведь там столько...

— Мерлин, Алиса. Пойдем, тебе надо умыться, — Лили помогла ей вылезти из-за стола и перед уходом протянула Сириусу какой-то конверт.

— Вот, передай это Поттеру.

— Что это? — Сириус взял у неё письмо.

— Это от его мамы.

Бродяга поднял брови.