Дни мародёров

-Joy-

Люциус чуть приподнял брови.

Регулус почувствовал какое-то странное дуновение — словно гигантский хищник метнулся у него перед носом. Даже захотелось отпрянуть и спрятаться куда-нибудь.

Но Малфой всего лишь поднял брови.

А Нотт замешкался, а потом просто опустил взгляд и отпил из стакана.

— Эта девочка открывает рот только по моей команде, — произнес Малфой после этой небольшой, но крайне неприятной паузы. — Провинциальные шлюхи куда умнее и расчетливее столичных. Они понимают, что за молчание можно получить куда больше, к тому же иметь

шлюху здесь, куда безопаснее, чем в Лондоне, где все бордели давно находятся под опекой Министерства.

— Ты знаешь это, потому что сам их и опекаешь, — задумчиво вставил Регулус, разглядывая золотистые переливы вина в узорчатом, граненом стакане. — Как здоровье Нарциссы?

Что-то дрогнуло в красивом, ухоженном лице.

— Прекрасно, — сухо ответил Малфой. — Вернемся к главной теме нашей встречи. Ты, Нотт, возможно, забыл, но ты не просто глава нашего Клуба. В твои обязанности входит не только пить пару раз в месяц огневиски, играть в карты и водить весь Клуб сюда. На тебе лежит ответственность, — тонкий белый палец отделился от стакана и указал на сидящего напротив юношу. — Ты в ответе за будущее нашего общего дела. И когда ты ставишь под угрозу себя, ты ставишь под угрозу всё наше дело, ты понимаешь, что это значит?

— Как будто Темному Лорду есть дело до нашего Клуба!

— Представь себе есть. Темный Лорд заинтересован в том, чтобы его окружали подготовленные, проверенные люди. Также как старик воспитывает в этой школе выводок будущих мракоборцев, ты, Катон Нотт, с подачи нашего Лорда воспитываешь будущих Пожирателей и в какой-то степени от тебя ожидается не меньший результат, чем от Альбуса Дамблдора.

Регулус усмехнулся, глядя в стакан.

— Не всем удается справиться с нагрузкой, — прорычал Нотт и его слезящиеся глаза вдруг заслезились ещё больше. — Не всем это удается, Малфой!

— Если ты намекаешь на своего дружка, то он просто идиот и получил по заслугам, — Люциус легкомысленно взмахнул рукой. Манжет его рубашки упал и Регулус заметил Чёрную Метку. Зависть, детская и острая, прошила его сердце.

— Конечно, мы не какой-нибудь пошлый школьный Клуб, где ради членства надо пробежаться голым по территории или нарядить памятник. Здесь всё гораздо сложнее, нам приходится ломать себя, прикладывать усилия, брать себя в руки. И всё потому что слабым и трусливым не место в его рядах.

Люциус приложился к стакану с вином, Нотт отвернулся к окну, изо всех сил сдерживая себя, а Регулус вдруг вспомнил, как тряслась рука Эйвери в тот самый, решительный момент, когда он должен был произнести заклинание.

А потом вспомнил свой «первый раз».

Глаза рыжей девчонки, на которую он направил свою палочку.

Его палочка тоже дрожала.

А потом он взял себя в руки.

Но выражение этих глаз невидимая сила уже выжгла у него в душе. И теперь это обугленное место навсегда останется с ним. Следующая смерть уже не обожжет его так, но углубит первый ожог. А на последнем этапе у него на руке наконец-то проступит Черная Метка и ритуал будет завершен.

Просто и красиво?

Да. Регулус верил

в это ритуал, верил в их общее дело, верил в то, что всё правильно. Сам по себе он не имеет значения, он всего лишь придаток могучей системы, которая призвана очистить мир от грязнокровок. Это то, чего он всегда хотел. Он — верная, идеально отточенная деталь. Люциус совершенно прав. Если ты не умеешь обточить себя так, как это нужно Лорду — то тебе попросту нечего делать рядом с ним.

«Ты кричал. Говорил, что не хотел...»

Он прижал стакан ко лбу.

— ...и покончим с этим, — Люциус хлопнул ладонями по кожаным быльцам своего кресла. Нотт потер лицо.

— Регулус! — Малфой повернулся к нему и он поднял голову. — Как я понял, ты выиграл в прошлую пятницу и теперь приступаешь ко второму этапу?

Регулус закивал, с готовностью выпрямляясь в кресле.

— Уже знаешь, кто тебе достался?

Он переглянулся с Катоном.

Имя застряло у него в горле.

— О-о, я знаю, это непросто, — Малфой сделал вид, что посочувствовал. Странное дело, но чем неприятнее становился этот человек, тем сильнее нравился и тем больше хотелось нравиться ему. — Но ты уже справился с этим один раз, значит и во второй не составит тебе труда. Ты уже решил, как выманить птичку из клетки? Нет? У меня есть одна мысль... думаю она вам...

В дверь вдруг постучались и в номер вошла шлюха Люциуса — черноволосая ведьма в красном, шелковом халате до пола. Она была бы довольно мила, встреть её Регулус на улице, но от одной мысли, что эта грязнокровка предназначается исключительно для секса, Регулус испытал неловкое возбуждение и постарался сразу отвести от неё взгляд.

— К вам пришли, мистер Малфой, — голос у неё оказался под стать внешности, тихий и нежный. — Мистер Мальсибер, мистер Снейп, мистер Уорринтон и мистер Петтигрю.

Регулусу не нравился этот парень. Не нравилось, что Люциус пустил его в их компанию, где ему было не место, не нравилось, что он вечно так жадно набрасывается на еду и выпивку, вечно пытается всем угодить и пускает слюни, когда Мальсибер рассказывает о своих бесчисленных новых метлах. Питер Петтигрю был не их поля ягодой. Он им завидовал и это было видно невооруженным глазом. Он завидовал их деньгам, положению, их будущему. И почему-то по— идиотски верил, что если его приняли в их компанию, то значит и на него в один прекрасный день прольются все эти блага. Просто поразительно, до чего тупыми бывают полукровки. Хвала Мерлину, он сам не такой.

В дверях Петтигрю смущенно отшатнулся от малфоевской шлюхи, оглядываясь на неё, вошел в комнату, врезался в хрупкий столик у двери и чуть не сшиб стоящую на нем вазу.

Регулус закатил глаза и отвернулся, чтобы не видеть всей этой возни. Люциус, наоборот следил за ним очень внимательно. Нотт здоровался с парнями.

Обернувшись к сидящим в номере, Петтигрю стащил с головы вязаную шапку, куртку и прошел, приглаживая волосы. Раньше он очень боялся Люциуса. А потом почему-то поверил в то, что интересен ему и что Малфой вовсе не так страшен, как кажется.