Дни мародёров

-Joy-

— Мерлинова борода, Малфой! — протянул он с улыбкой. — Чему я обязан таким удовольствием? — Мальсибер бросил книжку на богатое, узорчатое покрывало и, не меняя позы, сцепил руки в замок.

С трудом преодолевая тошноту от его приторного, мерзкого голоса, Роксана прошла в комнату и остановилась возле его кровати, такой роскошной, словно её делали для какого-нибудь падишаха: алый и золотой шелк, кисточки, завитушки, и целое буйство самых разных узоров.

— Кончай актерствовать, Мальсибер, ты прекрасно знаешь, зачем я пришла, — процедила Роксана.

—

Да, пожалуй, что знаю, — Мальсибер с удовольствием откинулся на подушки, заложив руки за голову и разглядывая Роксану. — Ты хочешь заключить сделку и принести Обет, что станешь моей женой.

Роксана приподняла голову, глядя на него с откровенной ненавистью.

Мальсибер блеснул глазами и усмехнулся.

— А ты неплохо выглядишь, — его липкий взгляд быстро пробежался по ней, и Роксана подавила желание передернуть плечами. — Только зачем столько черного? — он выгнул губы. — Ты как будто на похороны явилась.

— А разве нет? — бросила Роксана и отвернулась от кровати, потому что видеть Мальсибера дольше одной минуты ей было противно. Она прошлась по комнате. Надо было отдать должное покойной миссис Мальсибер. Может быть, сын у неё получился так себе, но зато вкус по части декорирования дома у неё, определенно, был. — Может быть уже начнем, или ты так и будешь валяться там? — не выдержала она.

Мальсибер как-то странно улыбнулся, а потом вдруг порывисто поднялся, и Роксана невольно отступила, слегка подрастеряв свой пыл.

— Я смотрю, тебе прямо-таки не терпится. Вообще, твоей наглости можно только позавидовать. Ты явилась сюда, после того, как плюнула мне в лицо и еще на что-то рассчитываешь? — Мальсибер налил в стакан какой-то рубиново-красный напиток из хрустального кувшина на столике. Роксане предлагать не стал и пошел обратно к постели.

Роксана побледнела.

— О чем ты?

Мальсибер со вздохом упал обратно на постель и закинул на покрывало ногу в черном блестящем «дерби».

— Ну-у… а может быть я передумал? — с ленивой улыбкой протянул он, баюкая наливку в стакане. — Ты знаешь, меня так достали твои отказы… последний был особенно убедительным. Так что… ты можешь чувствовать себя совершенно свободной. Я как-нибудь выкручусь и сам.

Роксана почувствовала, как зашумело в ушах. Она сузила глаза.

— И не рассчитывай, что я буду тебя упрашивать, слизняк, — прошипела она, сражаясь с желанием выхватить палочку и скормить Мальсибера самой большой и жирной летучей мыши, какую только сможет наколдовать. — Не хочешь заключать сделку — ну и черт с тобой. Только знай, что мне известно, где находится флакон с воспоминаниями Люциуса…

Улыбка пропала с лица Мальсибера.

— …а ты можешь и дальше просить папочку провести обыск у нас в доме, только хрен ты что-нибудь там найдешь. И если с моим братом, или отцом что-нибудь случиться, я лично преподнесу этот флакон секретарю французского министра магии, который обедает у нас каждый вторник. Меня она, может, и не помнит, зато очень хорошо помнит мою фамилию. Зачем нам скромничать, правда? Пусть во всем мире узнают о том, какой ты любвеобильный, —

она развернулась и направилась к двери.

— Стой, — коротко приказал Мальсибер, Роксана остановилась на полпути к двери.

— Ты знаешь, где находится флакон? — переспросил он, когда Роксана оглянулась.

— Знаю, — она скрестила на груди руки. — И ты узнаешь, как только твой отец поклянется, что прекратит охоту на мою семью.

— Ну что же… — Мальсибер вздохнул и дернул бровями, словно признавал закономерность предложенного. — Это уже похоже на деловой разговор.

Он вдруг хлопнул в ладоши, снова вскочил и вернулся к кувшину.

— Думаю, я смог бы закрыть глаза на твое недавнее поведение и снова предложить тебе свою… помощь в нашем общем деле, — он вынул из графина пробку. — Но сначала отметим это знаменательное событие, — наливка заплескалась в стакане. Закончив, Мальсибер заткнул графин и протянул Роксане стакан. — Не каждый день Мальсибер делает предложение Малфой. Вот. Пей. Это лучшая наливка в пяти графствах.

— Не хочу, — проворчала Роксана, бросив на стакан короткий взгляд и вспомнив вазу в холле Блэквуда. Мальсибер озадаченно нахмурил брови.

— Я не спрашивал тебя, хочешь ты, или нет, — с неожиданной угрозой произнес он, ввинчиваясь в неё взглядом. — Ты выпьешь со мной.

Роксана стиснула зубы и взяла свой стакан, а сама вдруг ни с того, ни с сего вспомнила, как плеснула Мальсиберу в лицо огневиски, когда сбежала со своей помолвки. Неужели в этом все дело? Он, что, такой злопамятный?

— За удачный исход дела! — провозгласил Мальсибер и поднес стакан ко рту. Роксана сделала вид, что пьет, но у неё вдруг так задрожали руки, что какая-то часть наливки пролилась на подбородок. К счастью, Мальсибер этого не заметил.

— …итак, повторим еще раз, — сказал Мальсибер, когда они уже встали друг перед другом на колени. Достав из кармана палочку, он вручил её старому домовому эльфу, которому и предстояло скрепить обед. Эльф выглядел на удивление безразличным. Казалось, его уже ничем не удивишь. Роксану слегка трясло. Она всерьез боялась, что в любой момент может внезапно вскочить, убежать, или даже грохнуться в обморок. — Я клянусь, что возьму тебя в жены сразу после окончания школы, клянусь, что сразу после того, как мы закрепим договор, я сообщу о помолвке своему отцу и заставлю его пощадить твоего отца. Клянусь, что исполню свое обещание, ну и… вроде бы все. Теперь ты.

— Я клянусь, что после школы стану твоей женой, а сразу после заключения договора заставлю Люциуса отдать мне компрометирующие тебя воспоминания. А потом отдам их тебе, — безо всякого выражения пробубнела Роксана. — Это всё?

— Нет, — вдруг сказал Мальсибер и Роксана удивленно на него посмотрела. — Это не все.

— Что тебя не устраивает? — прорычала Роксана. — Ты сам составлял этот список!

— Я вдруг понял, что в нем кое-чего не хватает, — Мальсибер небрежно бросил палочку на пол между ними и скрестил на груди руки. — Скажи-ка мне, Малфой, а как Блэк отнесся к тому, что мы тут собираемся сделать?