До предела
Шрифт:
— Я видел её вчера. Почему?
— Ты такой придурок. Наступила пауза, в которой, я думаю, Морелли смотрел на свой ботинок и благодарит судьбу, что так и не женился на мне.
— Это то, зачем ты позвонила? Сказать, что я придурок?
— Я позвонила, чтобы сказать тебе, что мне только что прислали цветочную композицию. Красные розы и белые гвоздики.
Я прочитала ему текст открытки.
— Цветы заказали через отель и оплатили кредиткой Карла Розена. Возможно, ты захочешь напомнить семье Розенов, чтобы они аннулировали карты Карла. Похоже, убийца стащил MasterCard Розена.
— Ему это нравится, —
— Это как шахматная партия. И он выигрывает. Он забирает твои фигуры одну за другой.
— Эта конкретная фигура утром была у Сьюзан Лу, а потом — пропала. Не думаю, что Барт Коун у вас под арестом.
— Не под арестом, но за ним наблюдают. Он не в Вегасе. Я почти уверен в этом.
— А что насчёт остальных Коунов?
— Всех троих допрашивали вчера днём поздно. Сегодня суббота, так что они не на работе, но я прослежу, чтобы их разыскали и проверили.
— Я еду снова поговорить со Сьюзан Лу, — сказала я Морелли.
— Позвоню, если что-нибудь всплывёт.
— Я чувствовал бы себя спокойнее, если бы ты просто осталась в номере до самолёта. Пусть полиция Вегаса поговорит со Сьюзан Лу.
— Со мной всё будет хорошо. Рейнджер доставил мне посылку. А у меня есть Лула и Конни, чтобы прикрывать мне спину.
— О господи, — сказал Морелли.
— Это прям как Рождество, — сказала Лула, открывая коробку от Рейнджера.
— Обожаю получать подарки. Смотри-ка. Перцовый газ. По одному каждой. И наручники. Не какие-то там дешёвые, а качественные. И кандалы. И тридцативосьмой Smith and Wesson с коротким стволом. Думаю, это тебе, потому что я стреляю из Глока. А вот коробка патронов для твоего .38.
Лула порылась в упаковке.
— Эй, а где Глок? Где моя пушка? Она перевернула коробку вверх дном, и выпали записка и электрошокер. Я взяла записку и оставила электрошокер Луле. Звони, если понадобится помощь. Зайду в твой номер в шесть, чтобы отвезти в аэропорт. Эрик. Внизу записки был напечатан его телефон. Лула читала через моё плечо.
— Кто такой Эрик?
— Рейнджер сказал, что присылает снаряжение взамен того, что потерялось с багажом. Похоже, Эрик идёт в комплекте со снаряжением. Я зарядила .38 и сунула его в сумку. Сунула карманный баллончик с перцовым газом в карман джинсов, наручники прицепила наполовину внутрь, наполовину снаружи задней части штанов, а потом натянула лёгкую толстовку на молнии, в которой мне будет жарко, но она прикрывала наручники. Я позвонила парковщикам, чтобы подали машину.
— Я тоже еду, — сказала Конни.
— Дай мне пять минут на душ.
Полчаса спустя мы втроём вышли из номера в вестибюль. Лула с одной стороны от меня, Конни — с другой. Конни позвонила местному агенту по залогам и договорилась о второй доставке оружия. В результате Конни и Лула теперь носили по два пистолета. У каждой был пистолет сзади на пояснице, и у каждой был ещё один в сумке. Мой страх, что меня застрелит убийца с гвоздиками, был значительно меньше, чем страх, что меня застрелит Конни или Лула.
— Знаешь, что я думаю?
— сказала Лула в лифте.
— Я думаю, мы как авария, которая вот-вот произойдёт. Я могла попросить Эрика поехать с нами, но у меня был некоторый опыт с людьми Рейнджера, и не было гарантии, что Эрик будет менее страшным, чем убийца с гвоздиками.
— Просто держите глаза открытыми. С нами всё
Конни ничего не сказала. У Конни были скелеты мафии в шкафу, и Конни серьёзно относилась к солдатскому делу. Было после полудня, когда мы подъехали к дому Сьюзан Лу. Лула, Конни и я вышли и направились к входной двери Лу. Сьюзан Лу была ростом около пяти футов четырёх дюймов с плоским лицом-блюдцем и блестящими прямыми чёрными волосами. Она выглядела старше Сингха. Я определила её возраст где-то между сорока и сорока пятью. Она удивилась, обнаружив нас на крыльце, и сразу ощетинилась. Наверное, мы выглядели как миссионеры, обходящие дома, так что я понимала ощетинивание. Я посмотрела через её плечо на маленькую кудрявую белую собаку, царапающуюся у детских ворот, которые удерживали её на кухне. Бу. Я представилась, представила Лулу и Конни и спросила, можем ли мы войти. Лу сказала нет, и мы всё равно вошли. Лу была не боец. Я уже знала, что Сингха в доме нет. Машины всё ещё не было на подъездной дорожке. И кроме того, я была почти уверена, что он мёртв. Тем не менее я всё равно спросила.
— Сэмюэль Сингх здесь?
— спросила я Сьюзан Лу.
— Его нет, — сказала Лу.
— Он ушёл с утра пораньше за пачкой сигарет для меня и не вернулся. Он должен был вернуться много часов назад. И он не отвечает на мобильный. Мужики — полное дерьмо. Слушай, я бы поболтала, но мне надо готовиться к работе, и я не очень-то общительна без своих чёртовых сигарет.
Собака теперь лаяла. Тяв-тяв-тяв. И каждый раз, когда она тявкала, её маленькие передние лапки отрывались от пола.
— Это собака Сэмюэля?
— Ага, не знаю, что с ней не так. Обычно этот маленький засранец просто хандрит в углу. Никогда не видела, чтобы он так пытался выбраться. Лула отступила на шаг назад и нервно переминалась с ноги на ногу. Одному богу известно, что у неё в сумке. Молочный поросёнок, два дюжины гамбургеров, двадцатифунтовая индейка.
— Сэмми привёз собаку с собой, просто чтобы позлить какую-то ужасную старуху и её дочь. Он снимал у них жильё, и говорил, что старуха как из фильма ужасов. Он хотел сфотографироваться с собакой и отослать им фотку, но руки не дошли. После того, как он сделает свою фотку, собаку отправят в приют. Мерзкая тварь. Я дала Сьюзан Лу свою визитку.
— Скажи Сэмюэлю позвонить мне, когда он вернётся.
— Конечно.
Лула, Конни и я вышли от Лу, сели в машину, и я задним ходом выехала с подъездной дорожки. Я проехала квартал и припарковалась в трёх домах от Лу, за фургоном, чтобы мы могли следить за домом.
— Думаешь, Сингх объявится?
— хотела знать Лула.
— Нет.
— Я тоже так думаю.
— Ты паркуешься здесь, чтобы следить за Лу?
— Ага.
— Ты ждёшь, когда она уйдёт, а потом собираешься украсть собаку, да?
— Ага. Конни сидела на заднем сиденье, вероятно, перебирая в уме, кого из местных агентов по залогам она использует, чтобы нас выпустить под залог после ареста за незаконное проникновение. После пятнадцати минут без кондиционера машина начала прогреваться под пустынным солнцем. Лула сразу заснула в жаре. Голова запрокинута, рот открыт. И она храпела. Громко.
— Боже всемогущий, — сказала Конни, — никогда не слышала, чтобы кто-то так храпел. Это как быть запертой в машине с реактивным двигателем. Я толкнула Лулу.