Долина тигров
Шрифт:
Удивлению Кулла не было границ. От своих друзей он точно знал, что человеческая деревня было совершенно беззащитна. По словам Наари, старейшины запрещали своим людям совершать поступки, которые могли бы быть восприняты кубурхами как неподчинение. Проповедуя полную покорность судьбе, эти негодяи даже не удосужились высадить живую изгородь!
И тем не менее сейчас деревню окружал высокий частокол из свежеокоренных стволов деревьев. На остро заточенных кольях красовались отрубленные головы кубурхов, еще больше трупов валялось под деревянной
Насколько Кулл знал кубурхов, зверолюди наверняка смазали эти шипы какой-нибудь отравой.
Увы, приглядевшись, Кулл различил и изуродованные человеческие тела. Судя по всему, сражение разыгралось с утра и обе стороны понесли существенные потери, хотя по оценкам атланта кубурхов погибло больше, чем людей. Учитывая покорность людей воле кубурхов и их неумение драться, это было удивительно. Похоже, Вадан и Наари действительно постарались на славу!
Тем временем командир нападавших — огромный мосластый кубурх с невероятно мощными руками, свисавшими почти до самой земли,— раздавал приказания:
— Эй ты, Зазерг, бери свою тройку и отправляйся в лес за сухостоем. Патам и Наксут, вы с вашими людьми будете плести щиты! Шулум, возьмешь тройку Бодрота и дуй к броду за глиной и камнями!
Раздавая пинки и зуботычины, кубурх мгновенно навел порядок в своем весьма поредевшем войске. Оставив надежду одолеть деревню людей с наскока, на этот раз он решил подготовиться к штурму всерьез.
— Пошевеливайтесь, мерзавцы! — ревел кубурх, подгоняя свое войско.
Повернувшись к не охваченным работой, он оглядел своих бойцов.
— Бодрот, иди-ка сюда! — отдал он приказ.
От толпы кубурхов отделился поросший белым
мехом зверочеловек. Его перебитая правая рука болталась как плеть, а шерсть на голове, пропитанная кровью, слиплась в колтун. Шатаясь и покачиваясь, он приблизился к командиру.
— Калтум,— прохрипел он,— я еще смогу драться!..
В его голосе чуткое ухо Кулла уловило смертельный ужас.
Калтум, поигрывая огромной дубиной, задумчиво глядел на раненого кубурха. Вдруг его палица высоко взлетела и с размаху опустилась на голову несчастного Бодрота. Раздался мягкий влажный хруст, и обезглавленный Бодрот рухнул под ноги Калтуму. Мохнатое тело несколько раз судорожно дернулось и затихло.
Раздались одобрительные восклицания уцелевших кубурхов. Злобные твари как будто бы ждали от своего командира этого знака. Не успел Кулл опомниться, как из их рядов были вытолкнуты все раненые кубурхи. Калтум внимательно осмотрел своих подчиненных, время от времени указывая на кого-нибудь кривым когтем, а затем отдал приказ.
Со смехом и гиканьем кубурхи набросились на отмеченных Калтумом собратьев и в мгновение ока забили их насмерть. Те, кто, по мнению их командира, мог еще сражаться, участвовали в бойне наравне с
— Ты, ты и ты,— велел вислорукий кубурх, выбрав нескольких воинов.— Ну-ка займитесь обедом!
Рослые кубурхи, ловко уворачиваясь от копий и дротиков, которые в них метали защитники деревни, подобрались к стенам. Там каждый взвалил на плечи по человеческому телу, и, прикрываясь мертвецами, как щитом, бестии бросились обратно.
Кулл не стал дожидаться омерзительного пиршества кубурхов, а бесшумно растворился в лесу. Неслышно, словно тень демона, он помчался вдогонку за отправленным на заготовку дров отрядом Зазерга.
Калтум, не мудрствуя лукаво, решил поджечь частокол. Атлант был вынужден признать его правоту: огонь отогнал бы защитников деревни от деревянной ограды. А коль скоро кубурхи проникли бы в деревню, люди были обречены. В рукопашной воины Гунума в считанные мгновения разделались бы с не имеющими боевого опыта бойцами Вадана.
— Ну-ну,— пробормотал про себя Кулл.— Долго ты еще будешь ждать дровишек!
Отряд Зазерга он настиг у поваленной ветром здоровенной сучковатой пинии. Лениво переругиваясь, кубурхи тяжелыми железными секачами рубили толстые смолистые ветки.
Атлант отметил необычную форму их оружия. Кинжалы эти были необычайно длинными — с руку мужчины, изогнутыми и расширялись к концу. Они совершенно не походили ни на каменное оружие племен Приморских гор, ни на прямые короткие бронзовые мечи лемурийских пиратов. Не были они похожи и на тяжелые двуручные мечи валузийцев, про которые ему рассказывал Хор-Нак.
Трое кубурхов рубили сучья, отбрасывая их за спину, а четвертый — видимо, Зазерг — стаскивал их в большую кучу в центре поляны. Двое обрабатывали верхушку дерева, а один рубил сучья у основания пинии. Кулл ужом прополз вокруг поляны и подобрался к вывороченным из земли корням дерева. Он ловко перекатился и укрылся под толстым стволом.
Через несколько секунд в поле его зрения появились кривые мохнатые лапы кубурха. Решение пришло мгновенно. Юноша изо всех сил рванул кубурха за ноги и втянул того под ствол. Прежде чем зверочеловек успел издать хотя бы один звук, Кулл жестоким прямым ударом разбил ему кадык. Выдернув из ослабевших пальцев кубурха кинжал, он перерезал Соохову отродью горло.
Отлично, врагов уже осталось трое. К тому же Кулл был теперь вооружен. Он с уважением взвесил в руке отобранный у кубурха секач — это было действительно грозное оружие.
Не тратя больше времени на раздумья, Кулл выкатился из-под дерева, вскочил на ноги и одним прыжком достиг центра поляны, отрезав кубурхам путь к отступлению.
Не ожидавшие нападения кубурхи на мгновение замерли, но тут же рассыпались в стороны, стремясь окружить человека. Воздух огласился лязгом железных клинков и тяжелым пыхтением. Обладая реакцией дикого зверя, Кулл ловко уклонялся от выпадов кубурхов. И пускай врагов было трое, за счет скорости он пока умудрялся избегать их кинжалов.