Дом Эмбер

Рид Такер

Я не ответила ей, так как знала, что она меня не услышит.

— Есть кое-что, что тебе нужно знать. — Её рука держалась за ручку, её пальцы одновременно прикасались и не прикасались к моим. — Ты должна найти шкатулку. Ты слышишь меня? Это необходимая вещь. — И она исчезла.

Глава 28

Я снова вернулась и держалась рукой за ручку на двери в комнату Сэмми. Пока я не могла войти внутрь.

— Нанга сказала, что мне понадобится шкатулка.

— Она вернулась?

— Только намного старше.

Лет на тридцать, наверное. Как будто… у неё было что добавить, что-то, что она выяснила после того, как мы разговаривали в моей комнате, и она должна была сказать мне это до того, как я отправлюсь за Сэмом.

— Какая шкатулка?

Я вспомнила ту ночь, когда Сэмми, как лунатик, пришел в мою комнату, и Сэмми в моем вчерашнем сне. Оба раза он искал шкатулку. Я, наконец, поняла и слишком поздно, что всё то время, пока мы были здесь, Сэм был вовлечен во что-то, чего я не видела. Потому что не уделяла ему достаточно внимания. Я была настолько увлечена собственной драмой, что мне даже в голову не пришло, что у Сэма тоже может быть этот «особенный» дар. Может быть, он у него даже сильнее, чем у меня. Может быть, это потому, что он тоже особенный.

Я была идиоткой. Я виновата в том, что случилось с Сэмми.

— Мне кажется… наверное, это шкатулка Мэтью. Сына Капитана. — Я описала Джексону шкатулку, используя руки, чтобы показать размер. — Последний раз я видела её в домике на дереве. Моя мама и Мэгги спрятали её там. Но когда мы смотрели на следующий день, её уже там не было.

— Кто-то забрал её.

— Должно быть, моя мама. После того, как Мэгги умерла. Но я понятия не имею, куда она её дела.

— Позвони ей. Спроси.

Я боялась спрашивать у мамы. Боялась, что она узнает, что мне известно больше, чем я должна знать. Что я… слышу дом. Что я втянулась во всё это. Пробудила его. Она не хотела оставаться, не осталась бы здесь, если бы не обманули её.

Я не хотела, чтобы она поняла, что это по моей вине Сэмми заблудился в Доме Эмбер.

Когда я подошла к телефону и поднесла трубку к своему уху, я снова скользнула в сопротивляющееся пространство и увидела другую руку на трубке — маму в юности. Другая рука нажимала кнопку отсоединения связи, которую она тихо, осторожно держала. Она собиралась подслушать разговор.

Я наклонилась ближе к её голове. Я слышала слова, звучащие из ресивера, тихие и дребезжащие, как шум насекомого.

— Состояние Маргарет не стабилизировалось. Нам пришлось вставить инкубационную трубку.

Доктор говорил о Мэгги.

— Когда она очнется? — Это была бабушка.

— Средняя продолжительность комы может длиться от нескольких дней, до нескольких недель. Пациент либо восстанавливается, прогрессирует в вегетативном состоянии, либо… умирает

— Она не умрет. — Тишина. — Скажите мне, что она не умрет.

— На данный момент, — сказал врач, — мы не можем быть уверены в степени неврологических повреждений,

вызванных падением Маргарет. Судя по снимкам, я бы не сказал, что причиной её состояния является травма как таковая. Есть очень мало признаков кровоизлияния. Она не перенесла ничего сильнее, кроме кратковременной потери сознания. Нам нужно сделать больше тестов. Но… сейчас, — он, заколебавшись, повторил, — я не могу сказать вам, что я ожидаю её выздоровления.

— Боже мой, — услышала я голос Иды, прежде чем мама тихо вернула трубку на место.

— Боже мой, — эхом повторила мама, прежде чем исчезнуть.

Мэгги впала в кому перед своей смертью. В кому, с которой они не смогли разобраться.

Дом забрал и её тоже.

Внимательная медсестра на другом конце провода нашла мою маму в зале ожидания детской реанимации. Сэмми делали МРТ.

— Они нашли что-то? — спросила я.

— Ничего, — ответила мама безжизненным голосом. Она снова вернулась к событиям с Мэгги, подумала я. Снова вернулась к утрате, которая забрала с собой всё. — Твой отец сейчас с Сэмом, консультируется с другими врачами. Они ещё не знают, что с ним не так.

Я знала, что с ним было не так. Я тяжело выдохнула.

— Был один чертеж, — сказала я, — в морской комнате. Шкатулка с секретом. Мне нужно знать, где сейчас эта шкатулка

— Зачем? — голос мамы стал подозрительным.

— Сэм… хотел её. Мне нужно найти её для Сэма. — Слова, исходящие из моего рта, казались ненатуральными. Хотелось бы, чтобы я умела врать лучше.

Я почти слышала, как она думает, складывает вместе все кусочки.

— Что ты скрываешь, Сара? Чем вы с Сэмом занимались?

Должна ли я ей рассказывать? Может быть, она сможет помочь. Может быть…

Её голос стал жестким.

— Ты нужна мне здесь. Немедленно. Ты меня поняла?

— Мам, я….

— Немедленно. Скажи Розе, что тебе нужно сейчас ехать. Если ты не появишься здесь, в комнате ожидания, через тридцать пять минут, я звоню в полицию, чтобы они тебя привезли. Ты меня поняла? Я хочу, чтобы ты убралась из этого дома.

И я поняла, что не смогу сказать ничего, что убедило бы мою маму, что она движется не в том направлении. Если я заговорю о шкатулке, это только подстегнет её быстрее увезти меня отсюда. Единственное, что я могла, так это выиграть немного времени.

— Хорошо. Я в пути. Но… мне нужно несколько минут, чтобы переодеться, взять пару вещей.

— В таком случае, у тебя есть сорок пять минут. И потом ты мне нужна будешь здесь, нам с тобой необходимо поговорить. Ты должна будешь рассказать мне в деталях, чем вы с Сэмми занимались.

Я уже собиралась повесить трубку, когда мама снова заговорила.

— И я должна сказать тебе то, что собиралась сказать вам с Сэмом вместе, но ты должна знать. — Она прочистила горло. — Дом Эмбер продан.