Эдельвейс
Шрифт:
Последние слова заставили вздрогнуть. Ягуар внутри зашевелился, предчувствуя беду. Да я это и сама понимала. Феликс идет за мною. И все смерти наших вампиров на моей совести.
– Дэниэль, мне не нравится, что я должна сидеть и ждать новостей! Они же могут погибнуть в любую минуту! – стала возмущаться и слезла с колен, нервно похаживая по беседке.
– Все будет хорошо! Они справятся, – серьезно заявил и, встав, зашагал в дом.
Я тут же поплелась за ним. Ну как можно быть таким упертым?! Не будет ничего хорошего! Войдя в дом, почувствовала напряжение во всем теле. Внутри было полно вампиров. Веселость
– Уже слышала? – поинтересовался соколенок.
– Да. Мне это не нравится. Я боюсь за них, – прошептала, разглядывая присутствующих. Дэниэль уже что- то говорил Грегори, постоянно кидая на меня короткие взгляды.
– Мне тоже это не нравится. Я чувствую беду, Аника. – Я обняла его и заметила, как разговоры смолкают, и наступила тишина.
– Сегодня в патруль пойдут Главы кланов вместе со своими вампирами. Каждый Глава поведет своих, – голос Дэниэля прозвучал грозно и властно. – Севастьяну нужна помощь. Без поддержки они не выдержат и двух дней.
– Мы готовы, – послышался уверенный голос из толпы. Ларс! Кто бы сомневался.
Посмотрела на вампиров, в глазах которых читалась готовность, решимость, жажда крови противника. В душе стало не по себе. Какая- то часть из них больше не вернется. Это самое страшное. Они больше не откроют глаза, не будут дышать, не смогут быть с тем, кого любят! Это несправедливо!
– Аника, - видимо Роман прочитал мои мысли и пытался успокоить, - если бы мы тоже пошли в патруль, это никого бы не уберегло от смерти. Кто- то погиб бы.
– Знаю, но тогда моя совесть не ела бы меня изнутри! – шикнула в ответ, на что он слегка улыбнулся.
Следующие три часа я металась по дому, как раненный зверь. Старалась подойти ко всем и внушить силы, уверенности. Говорила, что горжусь ими, что мы еще обязательно увидимся. Я ходила и еле сдерживала гнев и ярость ягуара, стараясь не наброситься. Мысли в голове метались только самые безумные. Бедный Роман! Иногда, когда он смотрел на меня, думала, что расплачется или поседеет. Я собиралась сбежать вместе с патрулем. Или сбежать с защитниками и отправиться прямиком к Феликсу. В общем одна мысль лучше другой. Чтобы парень не умер раньше времени, заблокировала канал.
Вилли не отходил от меня. Видимо, на нас, как на Жрецов, это сильно влияет. Нам в природе заложено защищать остальных и поддерживать мир. Для этого же создавался Орден Эдельвейса?! А мы посылаем других! Точнее не мы, но никто нас не слушает! Это ужасно! Еще чуть- чуть, и я начну рвать себя на кусочки.
Тем временем патрули расформировались, и уже были выбраны места и пути для подмоги. Дом стал похож на улей. Все шумели, разговаривали. Кто- то умудрялся смеяться. Даже Роман был хмур, как туча. Несколько раз были оговорены возможные варианты нападения и отступления. Один патруль под руководством с Кристианом, щитом, будет дежурить рядом с нами. Уверенна, есть что- то, что мне не договаривают. Дэниэль и Эдуард постоянно обменивались задумчивыми и серьезными взглядами. Но сейчас выяснять не буду! Мне все равно не расскажут. Не пытать же их! А что! Неплохая идея, кстати! Сейчас с защитниками закроем их и
– Опять безумный план побега? – Вилли ухмыльнулся и сжал кулаки.
– Ага, – кивнула, наблюдая за перешептыванием Джессики и брата.
– И что на этот раз? – насмешку испортили брови домиком и злой взгляд.
– Мы закроем Дэниэля и Эдуарда и пойдем с ними! – и тяжело вздохнула.
– Боюсь, придется идти вдвоем! – подмигнул и кивнул на Романа, что- то говорившего Дэниэлю. Монстра будто пырнули. Глаза стали злыми, холод – бешенным.
– Вот засранец! – шикнула, наблюдая, как Дэниэль мчится в нашу сторону.
– Аника, что бы ты ни задумала – ничего не выйдет! – грозно даже грубо произнес монстр, тыча в меня указательным пальцем.
– Что- то случилось? – непонимающе спросила, избегая взгляда.
– Аника, я предупредил! – ядовито ухмыльнулся, сверкая презрительной улыбкой.
Все, я на пределе! Еще пару таких угроз, и ягуар отправится в свободное путешествие! Спокойно, Аника! Спокойно! Перед тобой всего лишь Дэниэль! Глупый, бессовестный, заносчивый, дерзкий засранец, который забыл, кому угрожает! Тело покрыла мелкая дрожь. Глаза стало жечь, чувствую, они сейчас красные. Дэниэль лишь ехидно улыбнулся и протянул:
– Не злись, драгоценная моя. Если будешь так дуться, то сейчас прелестный кожаный костюм, - он оценивающе оглядел с ног до головы, - лопнет, показывая всем нежное тельце.
– Вилли, держи меня! – мысленно рыкнула, не сводя глаз с монстра. Соколенок сразу схватил за руку, прижав к себе.
– Да как ты смеешь мне перечить?! Забыл, кто перед тобой? – ярость топила в себе, как Титаник. Сейчас это рычал ягуар, а не я. Хотя, рассудок был полностью с ним согласен.
– Не забыл! – он зло посмотрел и сжал бокал крови в руке так, что тот лопнул в дребезги. – Передо мной глупая, несносная, упрямая дикая кошка! – отчеканил каждое слово и скрылся в толпе.
Мысленно я уже ударила его в спину ногой, рукой в голову и сломала пару ребер. А в реальности стояла, сжатая в титановых тисках Жреца, пожирая глазами монстра.
– Аника, успокойся, прошу! А то сейчас цыпой назову, – спокойно произнес Вилли, сжимая еще сильнее.
– Все, отпусти! – вырвалась и уставилась на стекающую кровь по ладоням. – Я спокойна, как труп!
А время все тикало и приближало рассвет. Расформированные патрули выстроились на улице. Мы с Вилли, как Жрецы, обошли всех и поклонились. Проходя мимо Грегори невольно остановилась. Мысль, что больше не увижу и не познакомлюсь поближе с этой язвой, колола ядовитыми шипами. Глава это заметил и лучезарно улыбнулся, сверкая глазами цвета горького шоколада.
– Жрица, перестань смотреть на меня похоронным взглядом! Так просто ты от меня не отделаешься! Обещаю, что вернусь, и будем вместе прикалываться над Каем! – он взял мою руку и поцеловал. Улыбка вырвалась сама собой, глаза заблестели.
Мы с Вилли отошли, посмотрели, возможно, последний раз на этих вампиров и обратились. Утробное властное рычание ягуара слилось с громким тревожным криком сокола. Все поклонились, прижимая кулак к сердцу и ушли. Отправились навстречу неизбежному.
<