Её легионер
Шрифт:
– Всё, Боксон, вы не убедили меня в своей непричастности к этому делу, и, принимая во внимание имеющиеся против вас улики, я должен вас арестовать.
– Воля ваша, комиссар.
– Боксон тоже чертовски устал вести моральный бой с комиссаром и тремя сменяющими друг друга инспекторами, сопротивляясь их попыткам заставить его признаться в убийстве Гуго Шнайдера: суд добровольное признание, несомненно, учтет.
– Надеюсь, на следующем допросе будет присутствовать мой адвокат.
– Вполне вероятно.
5
Комиссар Журден приехал в районную префектуру ещё до окончания
"...Чарльз Спенсер Боксон, 37 лет, родился в Париже, холост...
– ...Где и когда вы познакомились с Гуго Шнайдером?
– В 1967 году, в США. Путешествовал по Америке автостопом. Шнайдер тоже ехал через Штаты на попутных. Встретились на дороге в штате Айова...
– ...Что вы делали вчера вечером в доме Шнайдера?
– Шнайдер хотел нанять меня для выполнения задания.
– Какого именно задания?
– Шнайдер продал партию оружия в Гватемалу, деньги получил вперед. Но оружие до покупателя не дошло. Шнайдер предложил мне заняться поисками. Ему нужен был напарник, которому он мог бы доверять.
– Какой ответ вы дали Шнайдеру?
– Я сказал, что должен подумать: я только что вернулся из Африки, хотелось бы отдохнуть...
– ...Чем вы объясните наличие частиц сгоревшего пороха на вашем пиджаке?
– Вчера днем я заходил в частный тир к Роберу Фессару, мы с ним вместе служили в Сенегале. Фессар показал мне пятнадцатизарядную "чешско-зброевку-75", я расстрелял одну обойму.
– Фессар сможет подтвердить ваши слова?
– Сможет, конечно. Записывайте адрес...
– ...Вы отрицаете свою причастность к преступлению?
– Я не убивал Гуго Шнайдера..."
Журден закончил просмотр тоненькой папки дела об убийстве; комиссар Шанталь и его люди ушли отдыхать после бессонной ночи.
Что бы не говорил в своё оправдание Чарльз Боксон, интерполовская служба наружного наблюдения зафиксировала в доме покойного Шнайдера только его - и это был самый главный обвинительный аргумент.
6
Свои услуги предложил Боксону адвокат Себастьян Турвиль, последние тридцать лет своей карьеры занимавшийся делами бывших солдат Иностранного Легиона. За эти годы были и ослепительные взлёты, и оглушительные провалы, но Турвиль упорно держался своей традиции - и в конце концов стал самым популярным адвокатом среди определенного контингента. "Псы войны" уважали мэтра прежде всего за честность - он никогда не обещал невозможного, но всегда отстаивал интересы клиента до последнего шанса, а иногда - даже если никаких шансов уже не оставалось. Услуги свои Турвиль оценивал умеренно, что также прибавляло ему клиентуру.
Ознакомившись с делом Боксона, адвокат сразу же указал судебному следователю на некоторую непрочность улик, на что следователь ответил:
– Турвиль, я все это понимаю, но даже на основании этих улик Боксону можно выносить приговор. И каких-либо других улик против каких-либо других обвиняемых в этом деле нет.
На свидании с Боксоном Турвиль, среди прочего, спросил:
– Нет
– Есть. Передайте моим родителям, что я невиновен, и что пусть в Марсель не приезжают - я справлюсь сам.
– Это всё?
– Пожалуй, ещё одна просьба. Мой автомобиль остался в гараже отеля. Передайте администрации, что я оплачу хранение.
– Я выполню ваши просьбы, Чарльз.
– Я вам полностью доверяю, мэтр. Спасибо.
...Вернувшись в свой офис, мэтр Турвиль позвонил в Амстердам:
– Боксон им ничего не рассказал. Нет, не думаю, что на него могут надавить. Да, он надежный парень...
7
В тот же день комиссар Шанталь получил весьма интересный результат баллистической экспертизы: в Гуго Шнайдера стреляли из двух разных пистолетов. Эксперт посетовал на наличие великого множества систем оружия, использующих стандартный патрон типа "парабеллум", но предположил, что в данном случае использовались пистолеты системы "люгер".
Патологоанатом, производивший вскрытие трупа, констатировал, что извлеченная из тела пуля попала прямо в сердце, следовательно, оба ранения были, "безусловно смертельными".
По следам пороха на трупе было определено, что стреляли с расстояния не менее двух и не более четырех метров.
Традиционно приказав своим подчиненным не сообщать ничего прессе, Шанталь, преодолев столь же традиционную у французских полицейских неприязнь к Интерполу, договорился о встрече с комиссаром Журденом. Тот, выслушав рассказ Шанталя, сказал:
– У меня тоже есть кое-что. В архиве Интерпола на Боксона нашлось небольшое досье. Конечно, самые полные данные на подозреваемого находятся в контрразведке, но нам оттуда не помогут. Удовлетворимся тем, что имеем.
Несколько страниц досье все же содержали немало любопытных сведений.
"...Чарльз Спенсер Боксон, родился 29 августа 1946 года, сын француженки Адель Трево и английского солдата Томаса Спенсера Боксона. В 1968 году окончил один из колледжей Парижского университета (Сорбонна). Бакалавр юриспруденции. В том же году записался в Иностранный Легион. Службу проходил в Сенегале и в Центрально-Африканской республике. В 1973 году присвоено звание "лейтенант", командовал взводом разведки...
...В 1973 году, завершив пятилетний срок службы в легионе, уехал в Гватемалу, где примкнул к марксистским повстанцам. Есть сведения, что Боксон появлялся среди анти-самосовских партизан и в Никарагуа...
...В 1975-76 годах участвовал в боевых действиях в Анголе, в звании капитана командовал батальоном, проявив себя грамотным, инициативным командиром. После разгрома кубинцами войск УНИТА возглавил выходящую из окружения группу наемников. Во время этого рейда отряд Боксона захватил несколько грузовиков, на которых наемники впоследствии прорвались в Намибию. В боевых действиях Боксон отказался от своей доли ценных трофеев в пользу рядовых солдат. Эпизод получил широкое освещение в мировой прессе, и Боксон приобрел огромную популярность среди "солдат удачи". Тогда же Боксону дали прозвище "Лаки Чак" - "Счастливчик Чарли"...