Её легионер
Шрифт:
...В 1977-79 годах Боксон находился в числе иностранных военных советников при дворе центрально-африканского императора Бокассы. Имел авторитет и личное влияние на императора...
...Имеются неподтвержденные сведения об участии Боксона в крупномасштабных спекуляциях золотыми монетами - "крюгеррэндами" во время колебаний цен на золото в 1979-81 годах...
...С 1980 года Боксон в звании полковника работает военным советником при штабе УНИТА, планирует и осуществляет диверсионные операции на территории Анголы, лично участвует в рейдах по тылам кубинских войск...
...В 1982 году в парижском издательстве "Олимпия-Пресс" вышла книга Боксона "Внимание:
...По оценкам экспертов из министерства обороны, Боксон в настоящее время один из лучших специалистов по анти-партизанским и диверсионно-разведывательным операциям...
...Не женат, детей нет. Родители проживают в Лондоне...
...Физически развит, мастер рукопашного боя, владеет многими видами оружия...
...Свободно говорит на французском, английском, испанском языках. Объясняется на португальском и итальянском..."
Ещё не закончив читать, Шанталь спросил:
– С каких это пор бакалавры юриспруденции записываются рядовыми солдатами в Иностранный Легион? Может быть, он что-то натворил весной 68-го года? И если он такой умный, то как же он так просто попал к нам в руки?
– Наверное, вам просто повезло, - ответил Журден.
– А от мая 68-го года осталось столько нераскрытых дел, что о них стараются не вспоминать. Буду просить судебного следователя о беседе с Боксоном. Есть у меня к нему пара интимных вопросов...
8
Один раз Боксон уже попадал в плен - в Гватемале. Тогда с приятелем из партизанского отряда он пошел в деревню за продуктами и по дороге они абсолютно по-идиотски не соблюдали осторожность. Люди из "эскадрона смерти" повязали их прямо на деревенской улице; партизана на месте изрубили мачете, а Боксон успел крикнуть: "Я - американец, агент ЦРУ, немедленно отведите меня к своему начальству, вы получите награду!" Гватемальский офицер, надеясь на премию, не рискнул сразу убивать этого гринго, а ночью Боксон разговорился с часовым - деревенским парнем в мундире, рассказывал ему о блаженной жизни в Лос-Анджелесе, приглашал в гости, продиктовал адрес в Сан-Франциско. Под утро часовой слишком близко подошел к окну сарая, где заперли пленника, и Боксон задушил солдата. Потом, не позволяя трупу упасть, снял с него винтовку со штыком, бесшумно взломал дверь и ушел в сельву. Урок запомнился на всю жизнь.
А в камере марсельской тюрьмы Боксон с первого дня приступил к чтению Библии - это занятие он придумал себе давным-давно, специально на случай лишения свободы: судьба наемного солдата часто бывает непредсказуема, а вынужденное бездействие плохо влияет на душевное состояние человека.
Также Боксон установил себе за правило не менее часа в день заниматься гимнастикой, включая в этот час время обязательной прогулки, - хорошая физическая форма тоже была оружием Боксона.
Естественно, много времени уходило на разговоры с соседом по камере мелким сутенёром Андрэ Буковским. Буковский чаще всего рассказывал о своих подружках, одну из которых он, накокаинившись, зарезал, за что и влетел за решётку без права выхода под залог; впрочем, залог за Буковского вносить всё равно было некому. Следствие по его делу быстро приближалось к суду, и Буковский был счастлив, что блаженные социалисты президента Миттерана отменили смертную казнь. В заключении сутенёр планировал провести не более пяти лет.
Сначала Буковский предполагал, на правах сторожила, быть в камере хозяином, но, обратив внимание на зримую разницу в весовых категориях и, почувствовав ауру железной воли нового арестанта, даже немного загрустил. Потом, заметив, что Боксон вовсе не собирается как-либо унижать сокамерника, повеселел и стал
А ещё Буковский вслух мечтал о том счастливом дне, когда выйдет на свободу и окунётся в упоительную жизнь на Лазурном берегу. В этих мечтах Буковского смущала только тамошняя дороговизна, но он рассчитывал на сомнительную верность своих женщин - какая-нибудь из них его все равно прокормит.
Боксон же чаще всего комментировал события во Франции и мире, или рассказывал о странах, в которых ему доводилось побывать, упоминая при этом разные интересные случаи из собственной жизни. Как-то Боксон поведал о своей книге:
– Современные партизаны, как правило, - это неплохо вооруженные боевые подразделения, и поэтому война с ними должна вестись не от случая к случаю, а последовательно и целенаправленно. Наибольшая опасность партизан не в силе их ударов, а во внезапности - партизаны владеют инициативой. Во вторую мировую войну нацисты удачно использовали "охотников" - так называемые ягд-команды. Ягд-команды охотились за партизанами, но не в виде массовой шумной облавы, а с применением партизанских методов - скрытность, мобильность, неожиданность. И партизаны были вынуждены сражаться с ягд-командами, и прекратить выполнение своей основной задачи - диверсии. Боевая инициатива переходила к "охотникам". Вот я и предложил в своей книге восстановить этот опыт. Однажды менеджеры "Де Бирс" наняли меня поохотиться за партизанами, мешающими работе одного крупного алмазного прииска в пустыне Намиб. Я собрал ягд-команду и мы справились за пару недель. Интересное было время!..
Иногда сокамерники играли в шахматы, и тогда стройная логика полковника громила примитивную хитрость сутенёра. Профессия Боксона не позволяла ему ошибаться при планировании своих действий - как в джунглях Африки, так и на шахматной доске: профессиональная привычка стала его образом жизни.
– Чарли, - спросил однажды Буковский, - почему у тебя нет татуировок?
– Чтобы мои враги случайно не опознали мой труп...
9
С Гуго Шнайдером Боксон впервые встретился на дороге в штате Айова, восточнее города Оскалуса. Боксон неторопливо шел по обочине, когда нагнавший его небольшой фермерский грузовичок остановился, из кабины вышел высокий молодой парень и грузовичок свернул на проселок, в сторону каких-то аграрных строений.
Парень выглядел обычным американским хитч-хайкером, и только короткая армейская стрижка мало гармонировала с образом. Но у Боксона тоже в те дни не было длинных волос - в его путешествии они были малогигиеничны.
Путники разговорились и, к своему удивлению, обнаружили, что оба - из Европы, что оба - студенты (Шнайдер изучал экономику в университете Берна), и что обоим почти по пути.
Из-за коротких стрижек у обоих оказались своеобразные проблемы: каждый проезжающий мимо полицейский патруль считал своим долгом проверить документы - парней принимали за дезертиров, в Штатах бушевало антивоенное движение, активно регулируемое из Москвы.
Поздно вечером Боксон и Шнайдер ужинали в недорогом баре на окраине Оскалусы, планировали путь до столицы Айовы - Де-Мойна. Сытная пища придала уставшим путникам бодрости, сидящие за соседним столиком и томящиеся бездельем юные местные жительницы были удостоены внимания. Боксон говорил по-английски на истинно лондонском диалекте, Шнайдер тоже изъяснялся свободно, но с забавным французским акцентом, так что их слова звучали для ушей местного населения довольно необычно, и претендентки на титул "Мисс Оскалуса" в общении с путниками вели себя более раскованно, чем предполагают стандартные правила гостеприимства.