Эхо дефолта

Макеев Алексей Викторович

– Лева, ты только успокойся, – попросил Орлов, откидываясь назад в своем кресле.

– Да, да, – поддержал его Стас. – Мы все здесь твои друзья, все хорошо, все прекрасно…

– Как еще я мог вывести Бурляева на чистую воду в короткий срок без провокации?! Нет, ты мне скажи! А я что, даром пашу огород третий десяток лет? Можно иногда и урожай

собирать.

– Ну-у-у-у, – протянул Орлов, – ты молодец, сомнений в этом нет никаких.

– Почетную грамоту получишь, – посулил Стас Гурову, – с большой красивой картинкой! Здорово?

– Есть люди, которых иногда хочется убить! – заявил Гуров. – Стас, я про тебя говорю!

– А! Все слышали?! Да?! – завопил Стас. – Меня за правду хотят сжить со света! А! Я здесь у вас как диссидент!

– Не мешай мне жить, академик ты наш Сахаров, – устало проговорил Гуров. – Ну ты что, Петр? Я на самом деле не понимаю, чем ты недоволен. Преступник есть? Есть. Мотивация есть? Есть. Признательные показания есть? Доказательная база есть? Что тебе еще из-под меня надо? Отстань, а?

– Я так и не понял, зачем он хотел подорвать Стаса, – сказал Орлов и полистал показания. – Шизофрения какая-то или тут так коряво изложено? Он говорит, что хотел убить Стаса, потому что хотел убить Александра Ветринова. Ты это понимаешь?

– Это все понимают, кроме тебя, – огрызнулся Гуров. – Он там ясно пишет… Дай сюда! – Гуров выхватил из рук Орлова скрепленные листки показаний Бурляева и перелистал их.

– Ну вот же! – Гуров нашел нужное место и потыкал в него пальцем. – Ну вот он тут пишет, что ему нужно было избавиться от младшего Ветринова, чтобы он полностью не унаследовал все имущество своего брата. Брачный контракт подразумевал, что жена Ветринова-старшего не получает ни хрена в случае его смерти, а все уходит брату.

– Ну и избавлялся бы, – заметил Стас, – если уж так хочется. Зачем нужно было меня прихватывать? Я же никому жизнь не отравляю, меня все любят!

– Не поддерживаю эту версию, – заметил Гуров. – Но ты сам

напросился на компанию с Ветриновым. Зачем тебе нужно было переться за Ольгой? Все никак с детства не отучишься подглядывать за девочками? Вот и доподглядывался. Бурляев из ресторана увидел, что ты проследил за Ольгой, и тут же решил сыграть на провокацию. Приказал своим людям напасть на тебя, под предлогом, что ты из блатных, а потом все обделали так, что ты должен был выжить, оскорбиться и вернуться с ОМОНом. Тогда бы точно пострадал Ветринов, он же числится директором. Пока его тягали бы по этому делу, дележ имущества произошел бы сам собой. Ветринов, даже если бы и отмазался, все равно вернулся бы к разбитому корыту. А своих людей он на следующий же день уволил. Это мне Гранин случайно проговорился про массовое увольнение охранников. Ресторан ведь охраняла все та же служба, что и банк.

– Лористонов, получается, ни при чем.

– Получается так. Ведь хотел же Бурляев и его взорвать вместе со всеми. В этом случае он оставался один против двух женщин, одна из которых с прибабахом, а другая умом не блещет. Ситуация выигрышная.

– И винишко он сам привез из Франции и подарил шефу, – зевнул Стас. – Поэтому-то никто и не знал, откуда появилась бутылка. Начальник охраны передал лично, и все!

– А теща, значит, просто из подлости характера наклепала на Александра Ветринова? – уточнил Орлов.

– А что в этом удивительного? Она же знала, что ее дочка ни шиша не получит, вот и постаралась.

– А сестра этой… – Орлов бросил быстрый взгляд на Стаса и опустил глаза. – Ольгой ее зовут… Она ни при чем?

– Как показал Ванильчиков, это Бурляев приказал ему начать разговоры о займе. Бурляеву нужно было из первых уст получить информацию о смерти шефа. Не терпелось ему…

– Ну это понятно, да. Я читал показания Ванильчикова, – заметил Орлов.

– Ну, короче, мы пошли, – Гуров встал и направился к дверям.