Эхо времен
Шрифт:
Дама же была Россу незнакома: невысокого роста, пожилая, седая, в скромном костюме из синего льна, она неуловимо напоминала Милларда.
«Кем бы она ни была, — решил Мердок, — это важная особа».
— Росс, Эвелин, — поприветствовал вошедших хозяин кабинета, — позвольте представить вам полковника Зинаиду Васильеву.
«Неужели русская?..»
Миллард же обратился к женщине:
— Полковник Васильева, это Эвелин Риордан и Росс Мердок — наши лучшие «чрезвычайщики».
Полковник коротко кивнула и улыбнулась.
— Я много читала о вас.
Её английский казался удивительно естественным, несмотря
«Это как раз понятно, — мрачно подумал Росс. — Интересно другое: вы читали наши отчёты или отчёты о нас, написанные вашими шпионами?»
— Прошу садиться, — сказал Миллард и указал на два свободных стула. — Кофе? Перекусить?
Только тут Мердок почувствовал плывущий по комнате аромат свежесваренного напитка. Он встал и, наливая себе и Эвелин кофе, обернулся, чтобы посмотреть на Эша. Тот с едва заметной улыбкой наблюдал за ним.
— Русская? — спросил Росс одними губами, зная, что больше на него никто не смотрит.
У Гордона вокруг глаз образовались весёлые морщинки.
Шеф между тем продолжал:
— Мы ожидаем коллег полковника Васильевой и одного из наших сотрудников. Они задержались из-за непогоды в Вашингтоне. Полковник прибыла заранее, чтобы мы могли начать предварительные переговоры. Майор расскажет в общих чертах, с чем нам придётся иметь дело.
Он кивнул Келгэрризу и сел. Майор обратился к Васильевой:
— Может быть, начнёте вы, полковник?
Русская кивнула и сложила руки перед собой.
— Мы прибыли, чтобы просить вас о помощи, — проговорила она медленно, с сильным акцентом. — В прошлом из-за политики наших властей мы были соперниками, и, пожалуй, и ваши и наши агенты времени продолжали своего рода интеллектуальную гонку уже после того, как завершилась гонка вооружений.
Келгэрриз усмехнулся. Васильева смешливо прищурилась.
Росс неожиданно для самого себя улыбнулся. На раннем этапе деятельности проекта «Звезда» пошедшая уже на убыль холодная война держала две могущественные нации Земли по разные стороны баррикад, хотя и русские и американцы сражались с одним и тем же врагом. Позже, когда отношения на официальном уровне потеплели, началось соперничество между учёными, больше похожее на спорт, чем на политику. Забавно было наблюдать, как учёные, соревнуясь между собой, стараются быстрее выяснить назначение того или иного прибора. Вот только это был очень и очень опасный спорт.
— Но прежде вы остерегались обращаться к нам.
Дипломатичность высказывания Милларда вызвала у Мердока улыбку. Он поспешно сделал глоток кофе, чтобы никто не заметил выражения его лица.
— Это так. — Полковник снова отрывисто кивнула. — В самом начале, когда мы впервые столкнулись с существами, которых у вас прозвали «лысоголовыми», мы ошибочно предположили, что они — ваши союзники. Их действия — уничтожение наших баз без малейшего повода с нашей стороны — заставили правительство сделать напрашивающиеся, но нелицеприятные для вас выводы. Мы решили, что лучше доверять только самим себе.
Росс почувствовал, как у него задрожали руки при воспоминании о тех днях. Он мрачно кивнул.
— Вижу, вы согласны со мной, агент Мердок, — сказала полковник и посмотрела на Росса с явным сочувствием. — Эти чужаки опасны, и даже после того, как мы убедились, что вы тоже сражаетесь против них, мы не могли установить,
Мердок наконец подал голос:
— Ну, так какой же счёт? Лысоголовые нас сделали?
— «Сделали»? — переспросила полковник и слегка нахмурилась.
— Это бейсбольный сленг, — пояснил Келгэрриз и обернулся к Россу. — Нет, — сказал он. — По крайней мере, не напрямую. Речь не об этом. Сейчас наша цель — планета, а не люди, хотя, весьма вероятно, выяснится, что лысоголовые в этом замешаны.
— Но… — Мердок перевёл взгляд с майора на бывшего напарника. — Доминион…
— По-прежнему в порядке, — спокойно отозвался Гордон Эш. — Помнишь планету, к которой мы впервые подлетели на брошенном звездолёте, с Тревисом и Ренфри?
Росс скривился, вспомнив кошмарный полет на борту корабля, система управления которым оказалась чуждой и малопонятной для людей. Он помнил все планеты, на которых они тогда побывали, так как каждое приземление было смертельно опасным и они не раз чуть не погибли.
— Разве такое забудешь?
Васильева сказала:
— Все отснятые вами плёнки были после вашего возвращения распределены между правительствами тех стран, которые пожелали их исследовать. Так получилось, что нам досталась запись, на которой была запечатлена именно эта планета.
— Помню, — сказал Росс. — Я тогда ещё очень обрадовался тому, что мы официально избавились от этого места!
Полковник улыбнулась и продолжала:
— Мы — как, вероятно, в своё время и вы — предположили, что разрушенный город, найденный вашей экспедицией, некогда был крупным космопортом, местом встреч множества различных рас, овладевших межзвёздными перелётами. В первую очередь мы стремимся как можно больше узнать о чужаках, чтобы защититься от новой атаки, поскольку первая оказалась для нас чрезвычайно тяжёлой. Расшифровка записей продвигалась удручающе медленно, а финансирование науки в нашей стране всегда было проблемой. Поскольку мы — я говорю о Проекте — должны оставаться тайной для основной массы населения, с точки зрения правительства баловать нас особо не за что. От нас ждут максимальных результатов при минимальном финансировании.
Келгэрриз и Миллард кивнули и переглянулись. Росс ощутил неожиданное сочувствие к русским.
— Правительства, видимо, везде приблизительно одинаковы?
— Видимо, так, — ответил майор.
Полковник снова усмехнулась. На этот раз улыбка у неё получилась ироничной.
— Что ж, тогда вы правильно поймёте, если я скажу вам, что на самом высоком уровне было принято решение — ускорить исследование вопроса путём отправки научной экспедиции в те времена, когда космопорт на планете ещё активно действовал, с целью сбора дополнительных данных.
Росс понимающе присвистнул. Полковник Васильева вздёрнула брови.
— Да нам это тоже показалось… преждевременным. Мы планировали более осторожный подход. Наш отряд путешественников во времени отправился в то время, когда башня, обозначенная вами как библиотека, ещё работала — или, по крайней мере, была цела, — но уже после того, как перестал функционировать космопорт. В конце концов, мы имели полное право предположить, что космопорт окажется битком набит лысоголовыми, и нам казалось, что они вряд ли встретят людей с распростёртыми объятиями.