Эль-Ниньо
Шрифт:
«Вот и в империи Тан ничего не предвещало катастрофы. Просто в один прекрасный год южный муссон пришел с опозданием и принес меньше дождей, чем обычно. От этого в северной части Китая случился неурожай и голод. Казалось бы, ничего страшного, неурожаи случались и раньше. Император Чжао-Цзун, которому суждено было стать предпоследним в династии Тан, распорядился послать на север корабли с зерном, правда, для этого ему пришлось немного увеличить налоги. На следующий год южный муссон пришел раньше срока и принес еще меньше дождей. Чжао-Цзун отправил на север еще больше кораблей и еще больше увеличил налоги. Еще через год муссон пришел позже и почти не принес дождей. На севере вспыхнули голодные бунты, люди требовали больше хлеба, на юге зрело недовольство непомерными налогами и поборами, хлеба здесь едва хватало самим. Корабли на север пришлось отправлять уже не с хлебом, а с солдатами, чтобы накормить недовольных кнутами.
Чжао-Цзун собрал у себя во дворце лучших звездочетов и предсказателей
Все закончилось плохо. Хлеба не было ни на юге, ни на севере, налоги не собирались, армия роптала. В конце концов, в 904 году самого Чжао-Цзуна убил один из придворных. Трон занял его сын, двенадцатилетний мальчик, а еще через три года некогда блистательная империя сгинула в хаосе междоусобиц.
На другом конце света, в Центральной Америке, катастрофа произошла еще быстрее. Индейцы майя построили высокоразвитую цивилизацию, создали уникальную письменность, придумали свою систему летоисчисления, умели наносить на карты движение планет и звезд. Построили среди джунглей огромные города, с дворцами, храмами и гигантскими пирамидами. В этих городах проживала значительная часть населения империи, и это сыграло роковую роль в ее истории. Большие города наиболее уязвимы перед лицом неурожаев и голода. Великая Засуха 900-х годов была всемирной, но Европа от нее практически не пострадала. Наверняка и здесь был голод, были жертвы, но это все не приняло масштабов катастрофы, процент городского населения в Европе был незначителен, а деревенские жители лучше защищены от голода, у них есть запасы, есть альтернативные источники добывания пищи – охота, рыболовство, собирательство.
У правителей майя было только одно оружие для борьбы с голодом – человеческие жертвоприношения. Реки крови полились по ступеням их великолепных пирамид, но это не спасло цивилизацию. Огромные многолюдные города превратились в смертельную ловушку для их строителей. Майя исчезли, выпали из истории. Те, кто не умер от голода, навсегда покинули города и бесследно растворились в джунглях».
В полной тишине Цагин сделал несколько шагов вдоль карты и повернулся к аудитории.
«А теперь перенесемся на пару тысяч миль южнее границ империи майя. Юго-восточная часть Тихого океана. Побережье Перу. Места, исключительно богатые морскими ресурсами, одна из мировых рыбных житниц. Однако же, примерно один раз в шесть-восемь лет в этом районе происходит удивительная вещь – рыба полностью исчезает. Вместе с нею исчезают обитатели отмелей и даже птицы, которые гнездятся на прибрежных скалах. Океан в этом районе становится совершенно безжизненным. Зловещая картина! Перуанские рыбаки окрестили это явление «Эль-Ниньо», что значит «младенец», в честь младенца Иисуса, так как происходит оно, как правило, под Рождество. Немного странно, конечно, связывать светлый образ младенца с наступлением голодного сезона, но это название закрепилось и из местного фольклора перекочевало в научные отчеты. К сожалению, ученые очень долго не обращали внимания на Эль-Ниньо. Подумаешь, раз в несколько лет температура поверхности океана увеличивается на несколько градусов! Считалось, что это аномалия местного значения, интересная разве что для перуанских промысловиков. Только в восьмидесятых годах кому-то пришло в голову сопоставить по времени увеличение температуры поверхности океана у берегов Перу и погодные отклонения от нормы в других частях света. Ученые проанализировали данные за несколько десятилетий и схватились за голову. Картина вышла необыкновенно интересная. Получалось, что «Эль-Ниньо», аномалия местного значения, служит сигналом, или, если хотите, спусковым крючком для природных катаклизмов по всему миру. Засухи в Африке, снежные ураганы на восточном побережье США, наводнения в Азии – все это оказывалось мистическим образом связанным с Эль-Ниньо. Ученые бросились изучать механизм взаимосвязи. Прежде всего необходимо было выяснить, что такое собственно Эль-Ниньо. На первый взгляд тут не было ничего мистического и сколько-нибудь необычного.
Причина рыбного изобилия у побережья Перу кроется в апвеллинге, своего рода вертикальном течении, которое поднимает к поверхности глубинные воды. Глубинные воды по содержанию биогенных элементов гораздо богаче, нежели поверхностные. Ведь жизнь большинства морских организмов зарождается и протекает у поверхности, а заканчивается тем, что их бренные останки в глубине распадаются на биогены – фосфор, кремний, нитриты. Эти вещества необходимо снова доставить наверх, чтобы под воздействием солнечного света запустить фотосинтез и дать начало новой жизни – фитопланктону, зоопланктону, которые служат пищей тем, кто пока еще держится у поверхности. И вот апвеллинг –
Как я уже сказал, это происходит один раз в шесть, семь или восемь лет. Некая периодичность здесь присутствует, но носит нестрогий характер. Интенсивность явления тоже может быть различной. В один год апвеллинг ослабляется незначительно, температура поверхности увеличится лишь на пару градусов – и на всей земле в этот год будет более-менее спокойно. В следующий раз «младенец» разгуляется не на шутку, температура подскочит резко, тогда жди беды. Рыбаки останутся без рыбы, а по планете пронесется вихрь погодных катаклизмов».
Цагин достал из кармана бумажку и надел очки.
«В 1985 году на международном научном конгрессе в эквадорском городе Гуаякиль ученые подвели итоги Эль-Ниньо 1983 года: 22 тысячи погибших от наводнений и ураганов, полмиллиона переболевших холерой и малярией – болезнями-спутниками природных катастроф, 117 миллионов пострадавших от недоедания. Общий убыток 50 миллиардов долларов.
Да, после таких цифр можно поверить, что этот «младенец» способен на многое. Геральд Хауг и его коллеги, исследовавшие содержание титана в осадочных породах, выдвинули предположение, что Великая Засуха 900-х годов тоже была вызвана Эль-Ниньо, очень мощным, гораздо мощнее, чем в 1983 году.
Сопоставьте масштаб: повышение температуры воды на несколько градусов в дальнем уголке мирового океана – и две рухнувшие империи на разных концах света. Сотни тысяч, а может, и миллионы погибших. Почему так происходит? Этот вопрос задавал несчастный китайский император, предпоследний в династии Тан, и этот вопрос зададим мы. Скажу сразу, за тысячу лет мы ненамного продвинулись в поисках ответа.
Есть версия, что ослабление апвеллинга происходит из-за того, что в восточной и центральной части Тихого океана периодически происходит перераспределение гигантских масс воды, их смещение друг относительно друга. Это не похоже на океанские течения, как мы их привыкли понимать, это напоминает скорее смещение тектонических плит в земной коре. В чем причина такого смещения? Нет ответа. В чем причина того, что с каждым разом это происходит с разной интенсивностью? Нет ответа. Почему, в конце концов, это вызывает такой масштабный, глобальный отклик? Нет ответа. Похоже, что от мудрецов империи Тан мы отличаемся лишь умением формулировать вопросы. Медленно, ступенька за ступенькой, поднимаемся мы по лестнице причин и следствий, преодолев одну ступеньку – обнаруживаем другую, более высокую. Причины и следствия, причины и следствия…»
Декан Цагин вздохнул, снова снял очки и прикусил дужку – сигнал к началу лирического отступления.
«Возможно, эта лестница поднимет нас в заоблачную высь, и мы столкнемся с причиной, Причиной с большой буквы, о которой мудрецы империи Тан знали без лабораторных экспериментов и флотилий научно-исследовательских судов. Или же эта лестница не приведет нас никуда. Она окажется бесконечной, закрученной в спираль, как лента Мебиуса.
Возможно, нам не хватает широты взгляда, мы видим перед собой лишь лестницу со ступеньками, а надо видеть мир, во всей его красоте и сложности, мир, где бушуют стихии, а не царствуют формулы. После крушения империи Тан прошла тысяча лет, у современных людей есть технологии, мощные машины, есть оружие, способное многократно уничтожить планету Земля. Казалось бы, в наше время можно уже не оглядываться на стихии, сбросить их со счетов. Но это не так, друзья мои. Мы лучше защищены перед лицом стихий, чем подданные империи Тан, но только немногим лучше. А кое в чем даже более уязвимы, чем они. Это подтверждает пример Чернобыльской АЭС и другие ужасные техногенные катастрофы, с которыми мы столкнулись в последние годы. Поэтому загадку Эль-Ниньо нужно решать. Это наш долг как ученых.
Кто знает, может быть, в этой аудитории сидит сейчас молодой человек, который сможет сделать это?»
Цагин обвел взглядом аудиторию, встретился глазами со мной, и меня словно током ударило.
«Я смогу! Я! Смогу!» Чтобы не выкрикнуть это, пришлось до боли прикусить губы.
Назовите это озарением или как угодно. Все, что сказал Цагин на лекции про майя, китайских мудрецов империи Тан, лестницу причин и следствий – все отпечаталось в моем мозгу, как следы сапог на мокром бетоне. И над всем этим – горящие неоновыми огнями слова: «Это сделаю я, Константин Левшин».Жизнь положу, зароюсь в библиотеках, буду спать по три часа в сутки, ликвидирую все академические задолженности, но я сделаю это. Не ради славы, званий или денег. Я сделаю это ради моей сестренки Нюши, ради матери и отца. Словно принося клятву, я дотронулся до нагрудного кармана рубашки, в котором лежало Нюшино письмо. Я получил его накануне вечером, несколько раз перечитывал, перед началом лекции прочитал еще раз.