Елена
Шрифт:
— Знаю. И умный.
— И не говори. Грамотенки у него, по-честному, небогато. Так и не довелось по-настоящему учиться. Только курсы механизаторов. А вот другому грамотному — сто очков наперед даст. Это я не как жена говорю, а по справедливости. Одну отсталую бригаду вывел в люди. Так его в другую, еще хужую. По правде сказать, так сам напросился. Как Гаганова, слыхала про такую известную стахановку? Ну а сейчас какая тяжелая работа. Прийдет усталый, покушает. Ему б отдохнуть, а он за книгу. И меня зовет. Давай, говорит, разом. Я тебе честно скажу, Леночка, техническими всякими книжками я не очень, чтобы… А Костя и их одолел. На политзанятия ходит. Куда он, туда и я. Все
Шура влюбленными глазами посмотрела на фотографию еще совсем молодого Кости — чубатого большеглазого паренька с сержантскими ленточками на погонах…
— Счастливая вы, Шура, — Елена свернулась калачиком и доверчиво положила голову на Шурину руку, закрыла глаза. У входа раздались чьи-то шаги. Лена подняла голову, увидела фотокорреспондента Петю и услышала его бодрый и звонкий голос:
— Есть новости, Леночка, — торжественно объявил он. — Константина Алексеевича выдвинули кандидатом в депутаты Верховного Совета СССР.
XX
В комнате заводского общежития тишина. Все на работе. Саша сидит у стола, перед ним чистый лист бумаги. Всего, что хочется сказать, не напишешь, да и куда адресовать письмо? Если в редакцию, конверт распечатают прежде, чем он дойдет до сельхозотдела. Послать по домашнему адресу? Неизвестно, как относится к их встречам отец. Ведь сколько времени встречаются, а Лена ни разу не пригласила к себе домой.
Быховский взял авторучку, написал: «Дорогая Аленушка», затем, вспомнив, что письмо может прочесть кто-то третий, зачеркнул оба слова и вывел: «Уважаемая Елена». Но это сразу же показалось ему слишком официальным, казенным (еще не хватало поставить исходящий номер и штамп). Письма так и не получилось.
Ночью Александр часто просыпался, ворочался, долго не мог уснуть, а утром побежал к телефону-автомату, опустил две копейки и, набрав номер, твердо сказал: «Здравствуйте. Примите, пожалуйста, срочную телефонограмму». «Вы ошиблись, гражданин, это не учреждение, а квартира», — услышал он старческий женский голос — очевидно, Лениной соседки. «Все равно, — быстро проговорил Быховский, боясь, что повесят трубку. — Примите телефонограмму, — настойчиво повторил он. — В сельскохозяйственном отделе редакции никого нет, а здесь живет сотрудник отдела». «Живет, но ее нет, милок, сейчас». — «Неважно, придет — вручите. Запишите, пожалуйста: „уезжаю подшефный колхоз строительство кормоцеха тчк Вернемся через месяц тчк, — Александр подумал и для большей правдоподобности добавил — обязуемся с честью и досрочно выполнить стоящие перед нами задачи, рабкор судостроительного С. Б.“». Когда Саша закончил диктовать, в трубке раздался хрипловатый баритон:
— Здравствуйте, Саша. Так куда вы уезжаете?
— Я? Я… Иван Федорович, извините за беспокойство, меня срочно посылают в подшефный колхоз. В Чижевский район.
— И вы обязуетесь с честью выполнить задание? — с благожелательным юмором спросил отец Лены. — Хорошо, Саша. Я передам вашу депешу, когда Лена вернется. А вообще не чурайтесь. Выберется времечко, забегайте. Посидим, чайку попьем. Мне Лена о вас много хорошего говорила.
—
— Жду вас, Саша.
…Ежедневно над строящимся кормоцехом алеет флаг. Он сообщает всему селу, что сегодня дела на стройке и монтаже идут с опережением графика. Сашу и его друзей-судостроителей уже знают в колхозе «Путь Октября». С ними почтительно здороваются, завязывается разговор, приглашают в гости. А сегодня очередная встреча с молодежью. Вечером зрительный зал клуба переполнен. Агитбригада передает привет сельским сверстникам. Стихотворное торжественное и веселое приветствие встречают шумно и радостно. Члены агитбригады рассказывают о кораблях и корабелах. Но не только о них. Заводские ребята уже успели побывать в бригадах и на фермах хозяйства, в мастерских и кое-что взять на карандаш. Тепло говорят со сцены о доярках Коптеловой и Линичук, механизаторе Таратуте, слесаре Остапенко. Но досталось и доярке Лиде Негоде за недобросовестный труд, и бригадиру Старчуку, разрешающему кое-кому без уважительных причин не выходить на работу. Самодеятельных артистов долго не отпускают со сцены.
Саша по случаю встречи выпустил специальный номер стенгазеты «Дружба». Тут заметки и стихи, дружеские шаржи и эпиграммы. В антракте вокруг нее толпятся девчата и хлопцы.
— А мы с вами уже встречались, — услышал Саша знакомый голос.
К нему вместе с председателем колхоза пробирался Виталий Шабадаш.
— Товарищ корреспондент приехал из района осветить в нашей газете работу шефов. Прошу любить и жаловать, — представил его председатель.
— А мы уже немного знакомы, — напряженно откликнулся Александр. — Я даже вспомнил, где встречались — в парке культуры и отдыха.
— Абсолютно точно, — весело подтвердил Шабадаш.
Быховскому хорошо запомнилась та встреча, хоть и была она очень короткой. Оценивающий взгляд Виталия, мгновенно осмотревшего с ног до головы внезапно покрасневшую Елену, многозначительная реплика «развлекаетесь?», а затем смешок: «старых друзей не замечаешь?» Всю дорогу тогда они с Леной шли молча. У подъезда он спросил о парне. Лена безразлично ответила — «сокурсник» и, спустя минуту, добавила: «Слово чести, он не стоит того, чтобы о нем говорили». И вот сейчас Виталий стоит перед ним изысканно одетый, снисходительно рассматривая собеседника. Председатель отошел к группе механизаторов, чтобы не мешать корреспонденту.
— А ты, оказывается, простой работяга? — иронически скривил губы Шабадаш. — Гайки в кормоцехе закручиваешь? А я тогда, ей-богу, думал, что какой-нибудь писатель… будущая знаменитость.
— Я что-то вас не пойму, — тихо ответил Быховский, снимая очки.
— Извини. Действительно что-то не то, — опомнился Виталий. — Ты мне расскажи, как вам, судостроителям, работается здесь на монтаже, как живется, о дружбе с сельскими ребятами.
— Нормально живется, — сдержанно ответил Александр. — Ты об этом у старшего мастера порасспроси, он у нас главный.
— А он к тебе послал. Саша, говорит, знает, что газете нужно.
— Так что же рассказывать?
— Назови хотя бы фамилии отличившихся, их специальности, процент выполнения, а беллетристику я сам придумаю.
— С ребятами, может, поговоришь?
— Обойдется, — махнул рукой Шабадаш, — две колонки и так напишу.
— Как знаешь…
— Пойдем лучше по кружечке пивца за продолжение знакомства выпьем, — предложил Виталий.
За столиками в маленькой чайной уже сидели посетители. Быховский и Щабадаш устроились в углу за столиком у окна.