«Если», 2012 № 11
Шрифт:
Где-то год назад я сидел на кертианской станции в длинной комнате с низким потолком, которая служила здесь баром, не спеша цедил минеральную воду и ожидал посадки на рейс до Земли, где меня должны были отдать под трибунал, и тут к моему столику подошел человек в серой форме.
— Амир Таркос?
Я едва не отшатнулся от него, понимая, что ничего хорошего от этого типа ожидать не приходится. Я только что вернулся после весьма грязного дельца: сначала на Поргаторио, адском газовом гиганте в чертовой дыре Галактики, а потом на Верте — еще одном газовом гиганте
— Я Конор Мак-Доноу, — представился мужчина. У него и в самом деле был сильный ирландский акцент. — Можно присесть?
— Если найдете куда.
Он ткнул пальцем в карманный компьютер, и прямо из пола вырос стул.
— Вы поняли, кто я?
Я кивнул. Хотя я первый раз видел такую форму на человеке, но серый цвет и эмблема на груди в виде грех треугольников были известны всем.
— Вы предатор… То есть, я хотел сказать, гармонизатор.
— Да. В Корпусе всего восемнадцать землян, я один из них.
— Слушайте! Я знаю, что по уши в дерьме, и меня ждет военный трибунал. И даже понимаю, что я позор космофлота, притча во языцех, и так далее, и тому подобное. И все же никаких преступлений против Законов Жизни я не совершал.
Он остановил поток моего красноречия одним лишь взглядом своих голубых глаз, от которого мне стало совсем не по себе.
— Конечно, не совершали. Собственно говоря, я здесь не по этому поводу. Наш разговор, гм-м… не официальный. В данном случае, я выступаю как вербовщик, и у меня к вам только один вопрос: не хотите ли вы поступить в Корпус?
Я размышлял над этими словами очень долго. Сначала чуть было не ляпнул, что это вовсе не смешно. Потом мне захотелось узнать, в чем подвох. Примерно через минуту мне пришло в голову, что самым разумным было бы потихонечку смыться. Затем я решил, что делать это нужно как можно быстрее. И все это время я бестолково шевелил губами, словно вдруг разучился говорить. Наконец смог выдавить:
— Вы хоть знаете, кто я такой?
— Амир Таркос, уроженец Западного берега реки…
— Палестины, — поправил я.
— Это одно и то же. Впрочем, ладно, пусть Палестины, — согласился он. — В пятнадцать лет вы перебрались в Турцию. Потом получили стипендию в Калифорнийском политехническом. Затем поступили на службу в…
— Я имею в виду, знаете ли вы, что случилось со мной недавно? На Верте.
— Вы позволили себе некоторую вольность, командуя кертианским крейсером.
Это мне понравилось.
— Вольность?!
— Ну да. И теперь на Земле вас ждут, гм-м… неприятности.
— И вы тем не менее беседуете со мной?..
Он вздохнул.
— На Верте вы допустили действия, которых достаточно, чтобы вас с треском вышвырнули из вооруженных сил. Но у нас несколько другие интересы.
Он повернулся на стуле и обвел рукой помещение.
— Скажите, Амир, что вы здесь видите?
Парочка кертов у низенькой стойки, заваленной
В другом углу два нили, шестиногие ланеобразные создания, шушукались о чем-то с выводком похожих на птиц существ, расовую принадлежность которых я определить не смог. Один из нили держал на голове лучащийся мягким сиянием шар, из которого лилась тихая изысканная музыка. Рядом с этой группой завис у иллюминатора галдящий рой светящихся брайтов.
— Галактийцы, — вздохнул я. — Образованные, культурные, преуспевающие.
Мак-Доноу согласно улыбнулся.
— Так и есть. А скажите, что, по-вашему, станет делать прославленный кертианский дипломат, художник-нили или философ-брайт, если окажется свидетелем насилия над Законами Жизни?
— Сообщит об этом.
— Ну да, возможно. Проблема, однако, в том, что эти создания живут в городах столь цивилизованных, мирных и тихих, что при виде преступления они могут просто не поверить собственным глазам. Они подумают, что это все померещилось! Но даже если они поймут, то, скорее всего, решат, что заниматься подобным — обязанность профессионалов. Вот как они считают — и знаете что?.. В большинстве случаев они совершенно правы.
Мне как-то не очень понравилось, куда ведут эти рассуждения.
— Вы хотите сказать, что ловить вора должен профессионал. То есть другой вор?
— О, конечно же, нет, дружище. Я имел в виду: у тех, кто уже сталкивался с преступлениями со злонамеренными действиями, имеется важное преимущество. Они не гадают, а действуют. Вот в чем штука, приятель…
Замолчав, он с минуту смотрел на брайтов. Те были очень красивы: сияющие и полупрозрачные. Сквозь них было видно звезды.
— Впрочем, сейчас речь о другом, — добавил Мак-Доноу после паузы. — Чтобы выявлять и пресекать преступления в нашей великой и прекрасной Галактике, нужно быть готовым самому преступить закон. Тебе придется стать бойцом, сознающим, что никто не поможет, никто не прикроет твой тыл и не решит проблему за тебя. Такой человек склонен действовать быстро, решительно, не считаясь с потерями и порой не выбирая средства. Именно так ты действовал на Верте.
— Расскажите это моему командованию.
— Я так и сделаю, если ты поступишь в Корпус.
От этих слов я невольно улыбнулся.
— Скажите мне… Правда, что предаторов набирают из представителей только молодых рас?
— В основном да, — ответил он. — А что?
— Нас, вероятно, считают расходным материалом?
Он медленно покачал головой.
— Нет. Дело в том, что мы молоды, а значит, ближе к своим корням. Мы не слишком далеко ушли от всего страшного и тяжелого, что было в нашем прошлом, и поэтому лучше других понимаем, что к чему.