Фантастика 1985
Шрифт:
И в ту же секунду Клара преобразилась. От ее неуверенности не осталось и следа, движения стали четкими, лаконичными.
Оператор ловко опутал реципиента электродами, шлангами, датчиками.
– Я могу начинать?
– спросил доктор Хилл.
Вместо ответа Клара потребовала у Милдред скальпель.
По заведенному здесь порядку донора и реципиента резецировали одновременно. Но Клара поспешно взмахнула лазерным “ножом” и рассекла кожный покров…
– Так мне начинать?
– настойчиво повторил Хилл.
– Повремените!
–
– Вам ведь было сказано, во всем слушаться меня. Приступите к резекции через несколько минут… Доложите состояние реципиента, - потребовала она от оператора за стеклянной перегородкой.
– Незначительная синусовая тахнаритмия, - последовал ответ через динамик.
– Артериальное давление упало: девяносто на сорок. Дкастолическое продолжает снижаться. Компьютер принимает соответствующие меры. Через венозный катетер введено…
– Остановитесь!
– резко крикнула Клара.
Рука Хилла повисла в воздухе.
– Подождем с донором, - более спокойно добавила она.
– Меня тревожит состояние реципиента. Если нарушения будут прогрессировать, трансплантация может не состояться. В опаcности мозг…
– Я не согласен, - возразил через микрофон Роджер.
– Нарушения в пределах нормы и пока что не представляют опасности для жизни.
– Случай у нас сегодня, как вы понимаете, исключительный, - отрезала Клара.
– Я не могу рисковать.
В операционной наступила тишина, тревожно пульсирующая ударами двух сердец, многократно усиленными тахометрами.
– Как сейчас? Есть перемены?
– Диастолическое давление не падает, но и не поднимается.
– Не поднимается, - проворчала Клара.
– Ваш компьютер ни к черту не годится! Сестра! Pea семь с хлористым натрием!
– четким, властным голосом потребовала она.
Милдред бросилась к столику с медикаментами, зная наизусть, в какой ячейке находится какой препарат. Выхватив две ампулы, наполнила баллон шприца,.
– Введите раствор, - распорядилась Клара…
Милдред уверенно вонзила иглу в резиновый шланг катетера, закрепленного в вене на руке.
Все произошло так внезапно, что присутствующие в первый момент окаменели от неожиданности. Один из двух тахометров сбился с ритма, захлебнулся и умолк. Теперь в операционной ритмично и бесстрастно стучало только одно сердце.
Казалось, замешательство длилось бесконечно.
Все, что возможно предпринять в целях реанимации, безотказно выполняет компьютер. Но даже он оказался бессилён - тахометр Гроссе молчал.
Сотрудники окружили бездыханное тело, не смея верить в саму возможность летального исхода для человека, бывшего богом, дьяволом, кем угодно, только не обыкновенным смертным.
“Конец… конец… конец…” - стучало у Клары в висках.
– Конец?
– не то вопросительно, не то недоуменно произнесла она вслух.
Медленно подошла к изголовью Гроссе, устремив тоскливый Цзгляд на его застывшее лицо, плотно сомкнутые губы и веки.
– Это она! Она
– вдруг вонзился в звенящую напряжения тишину злобный вопль Милдред.
Сотрудники, выведенные из шокового состояния, все, как oдин, обернулись в направлении ее простертой руки.
Клара не удостоила Милдред даже взглядом. В эту минуту нa нее никого не существовало. Склонившись над Гроссе, она прижалась щекой ко все еще теплой щеке и беззвучно прошепгала ему на ухо:
– Прости, я сделала это из любви к тебе…
Она выпрямилась, обвела равнодушным взглядом безмолвно застывшие, вопрошающие лица… задержалась на Милдред… Казалось, только теперь до нее дошел смысл ее слов.
– Подайте сюда пустые ампулы, - тихо проговорила Клара.
– Прочтите вы.
– Она передала склянки Хиллу.
– Хлористый кальций!
– прочел тот с содроганием.
– Силы небесные! Pea семь с хлористым кальцием вызывает моментальную остановку сердца!
– Этого не может быть!
– истерично крикнула Милдред, выхватывая из рук Хилла злополучные ампулы. Тупо уставйлась на них… - Я сама перед операцией перебрала все медигкаменты. Хлористый кальций лежит у меня в третьем ряду, втoрая ячейка слева. Вот здесь!
– Она извлекла из указанной ячейки ампулу и изменившимся голосом прочла: - Хлористый натрий…
Последовала долгая пауза. Милдред стояла белая, как кабельные стены операционной. Потом лицо ее покрылось багровыми пятнами.
– Ампулу подложили!
– убежденно заявила она.
– Это Клара поменяла их местами!
У брызжущей ненавистью Милдред не было прямых улик.
При желании Клара могла напомнить, что не прикасалась к шприцу, что инъекцию Милдред делала собственноручно, что прямая обязанность хирургической сестры тщательно проверять препараты, прежде чем вводить их больному, а не доверяться своей памяти.
Но для Клары сейчас существовала лишь одна-единственная реальность, которая потрясла ее. Гроссе мертв! Его больше не существует.
До самого последнего момента трагической развязки она не могла бы с уверенностью ответить себе на вопрос: желала ли она его смерти? Не знала наверняка и тогда, когда меняла местами ампулы на хирургической тележке Милдред. Она не хотела смерти, даже когда услышала свой собственный голос, твердо произнесший: “Введите раствор”.
– Мисс Клара, объясните, что все это значит, - услышала она голос доктора Хилла.
Клара нехотя оторвала взгляд от Гроссе и с вызовом посмотрела на враждебно подступавших коллег.
– Во-первых, - очень медленно заговорила она, - не мисс Клара, а миссис Гроссе. Мне глубоко противна вся ваша шайка убийц и это омерзительное логово, в котором человеческой жизнью распоряжаются как своей собственностью, Я, не задумываясь, уничтожила бы его вместе с вами.
От такой неслыханной дерзости лица сотрудников вытянулись.
– И что же вас удерживает?
– проговорил Батлер сдавленным от ярости голосом.