Фантастика 1985
Шрифт:
– Безразличие… На этом свете мне нужен лишь одинединственный человек, Эрих Гроссе. Ну а ему нужны были вы. И жертвы. Много жертв. Им владела мания бессмертия. Мне же не было места в его жизни.
– Так что же вы выиграли, убив его, безумная женщина?!
– воскликнул Хилл.
– Что я выиграла?
– Какое-то время Клара рассеянно смотрела на Хилла, вернее, сквозь него, не понимая смысла его слов.
– Что я выиграла… - задумчиво повторила она.
И, словно очнувшись, стремительно подошла
И тут все увидели лицо самого Гроссе, спокойное, молодое.
Сходство усиливалось одинаково застывшими позами и сомкнутыми веками, четким, в мельчайших подробностях повторенным силуэтом профиля.
Сгрудившись вокруг операционного стола, сотрудники в растерянности разглядывали неожиданное, невероятное явление.
Воспользовавшись общим замешательством, Клара лихорадочно обдумывала свой следующий шаг. Уйти живой из этих зловещих казематов, к тому же не одной уйти, а вдвоем - вот что сейчас самое главное. И она заговорила. Голос ее звучал твердо и торжественно:
– Этот юноша - его сын!
– Будто актриса на сцене, Клара выдержала эффектную паузу.
– Больше того. Он - наш сын! Мой и Гроссе. И он, - она указала пальцем на тело Гроссе, - на ваших глазах с вашей и моей помощью намеревался убить сына, чтобы за счет его жизни продлить свою собственную… Мы все здесь давно забыли о чести и совести. Мы все - преступники. Но такое злодеяние чудовищно даже для нас.
Никто не пытался ее перебивать. Собравшихся потрясло признание Клары не меньше, чем гибель Гроссе.
– Он сам поставил меня перед необходимостью выбора. Он хотел принудить меня этими самыми руками убить собственное дитя… Как, по-вашему, мне следовало поступить?!
Люди хранили мрачное молчание. Клара заставила их задуматься и содрогнуться. Ведь если их грозный, не ведающий сострадания шеф для достижения своих личных целей не пожалел собственного сына, на что можно было рассчитывать остальным…
Почувствовав, что обстановка благоприятствует ей, Клара решительно перешла к заключительному акту представления.
– Отключите мальчика от систем. Снимите с наркоза, - властно потребовала она и не без удовольствия отметила, с какой поспешной готовностью оператор и ассистент Хилла бросились исполнять ее приказание.
Прошли долгие, невыносимо томительные минуты, прежде чем веки юноши дрогнули и затуманенный взор скользнул по напряженно взволнованным лицам людей в белых халатах, столпившихся вокруг него.
С материнской нежностью Клара взяла Гроэра за руку:
– Вставай, мой мальчик. Нам пора.
По мере того как сознание возвращалось к Гроэру, взгляд его становился все более тревожным. Наконец он узнал Клару.
– Где я?! Что происходит?…
Люди
– Успокойся, дорогой.
– Клару переполняло торжество собственника, отстоявшего в неравном бою объект своих притязаний.
– От голода у тебя закружилась голова, и ты потерял сознание.
Свесив босые ноги, Гроэр сидел на операционном столе, с любопытством озираясь по сторонам.
Сотрудники смотрели на него затаив дыхание, боясь верить своим глазам: Гроссе восстал из мертвых, оставив по ту сторону черты половину прожитых лет.
Блуждающий взгляд Гроэра натолкнулся на неподвижное тело Учителя - Милдред успела прикрыть его простыней, но голова осталась открытой.
– Что с ним?!
– воскликнул юноша в странном смятении.
– Ничего страшного, - голос Клары звучал ровно, спокойно.
– Он тоже почувствовал себя плохо, и ему дали снотворное. Пусть поспит. А мы поедем домой. Нас ждет хороший ужин. Тебе нужно подкрепиться и отдохнуть.
Отыскав глазами сестру Хилла, Клара потребовала тоном, не терпящим возражений:
– Элизабет, подайте ему одежду. Он может простудиться.
Сестра бросилась в донорскую.
С той минуты, как Гроэр пришел в себя и заметил неподвижное тело Гроссе, его взгляд постоянно возвращался к нему. Это был странный, необъяснимый взгляд: без любопытства или удивления, без страха, без волнения, без участия.
– Идем.
– Клара взяла его за руку.
Он последовал за ней с безвольной покорностью. Никто даже не сделал попытки преградить им дорогу.
Клара привезла свою добычу в дом Гроссе, который теперь по праву могла считать своим собственным.
Двери отворила всклокоченная заспанная экономка. И, не заметив подмены, проворчала:
– Ужин на столе. Я накрыла в гостиной, как вы приказали.
– Благодарю, вы свободны, - холодно сказала Клара.
Гостиная тонула в красном полумраке. Клара не стала включать верхний свет, решив, что так уютнее и спокойнее.
– Клара! Ты всегда будешь помогать мне постигать этот огромный мир?
– с серьезной торжественностью спросил Гроэр.
– Ведь Учителя больше нет. Он - мертв.
Она опешила.
– Откуда ты знаешь?
– Ее голос дрогнул.
– Откуда?… - Казалось, он сам размышлял над этим вопросом.
– Я почувствовал. Сразу же как проснулся. Возникло такое ощущение, будто во мне что-то сломалось. Ну как если бы меня вдруг разделили пополам… Я физически ощутил его смерть. Каждой клеточкой своего тела. И будто что-то от него перешло ко мне, будто он во мне или я - это он. Мне даже кажется, что я стал намного взрослее, чем был еще вчера. Все очень странно, правда?