Фарос
Шрифт:
Внутри пещера представляла собой длинный зал, резко заканчивающийся тупиком: потолок неуклонно снижался, в дальнем конце опускаясь до половины человеческого роста. У пещеры был частично земляной пол из утрамбованной почвы и перегноя. Если ее когда-либо и соединяла с горой труба, как это было почти во всех тупиковых пещерах, то она давно забилась землей. Воздух был сизым от древесного дыма от небольшого костра, который они все-таки осмелились разжечь. Зеленый свет от входа был слаб, поэтому внутри стоял вечный сумрак, как в подземелье.
Мерик попросил мальчишек
Керик с намеком дернул головой в сторону входа.
— Вам лучше подождать у щели, — сказал Мерик скаутам.
Они не хотели уходить, но Тебекай все понял и ненавязчиво увел их от медстанции.
— Я останусь, — заявил Обердей.
Мерик положил руки на гигантские плечи космодесантника:
— Дай Керику сделать свою работу, Обердей. Я позову вас, когда он закончит осмотр, хорошо?
Обердей глядел поверх его головы в сторону Арка. Мерик решил, что скаут уже не слышит его или намеренно игнорирует, но тот все же молча повернулся и направился к братьям. Мерик смотрел, как они располагаются у ведущей наружу щели. Демефон подошел к ним с флягой воды и кучкой пайков. Поколебавшись, они приняли еду, и Мерик вернулся к медику.
Керит разглядывал гиганта с таким видом, будто понятия не имел, что перед ним за существо. Носилки сержанта закрывали весь блок.
— Он мертв? — тихо сказал Мерик.
— Не совсем. Он впал в анабиоз.
— Они так могут?
— Могут. Когда ранены.
— Как? — спросил Мерик.
Керит развернулся к нему.
— Иллирийское пекло, откуда мне знать?! Проклятье, Мерик! Я даже не настоящий медик! Я толком умею лечить лишь сломанные ноги у кварианов. — Он бросил на раненого космодесантника безысходный взгляд. — Не надо было мне говорить, что немного разбираюсь в медицине. Лучше б я с лазганом ходил. С обычными людьми и так сложно, но тут я вообще бессилен. Он легионер, Мерик! Думаешь, я в них что-то понимаю? Я даже не знаю, с чего начинать! Он здоровый, как фантин, а там… — Он показал на черную рану в боку Арка. — То, что там находится, едва ли имеет отношение к людям.
Мерик покосился на скаутов.
— Потише, Керик, не забывай, какой у них хороший слух. Ты можешь его вылечить?
— У него серьезные повреждения внутренних органов… — Керит покачал головой. — Если честно, выглядит так, будто в него из лазпушки выстрелили. Я ничего не могу сделать.
— По всей видимости, в него действительно выстрелили из лазпушки.
Керит оперся руками о каменный блок и закрыл глаза. В сумраке пещеры его бледное от усталости лицо казалось призрачным.
— Что ж, это многое объясняет. Пока что его организм держится. Если б можно было доставить его к легионерскому апотекарию, он бы его вылечил, но здесь? Смерть долго ждать себя не заставит. Думаю,
— А в горе есть апотекарий?
— Один, кажется. Но у них нет оборудования для лечения таких ран. Если б они не потеряли кастеллум, был бы шанс, но его все равно не получилось бы донести живым. Мне жаль, Мерик. Поразительно, что он вообще так долго продержался. Но его время подходит к концу.
— Что мы скажем мальчишкам?
Керит вытер руки грязным полотенцем и бросил его на пол.
— Они не мальчишки, Мерик. Может, выглядят как мальчишки, но они космодесантники. Сказать им можно только одно. — Керик поднял на него усталые, красные от недосыпа и дыма глаза. — Правду.
Но сам он сообщать ее явно не хотел.
Скауты сбились в кучу и не сводили глаз со стола, на котором лежал воин, заменивший им отца.
— Я скажу.
— Спасибо. Так лучше. Когда мы возвращаемся? Люди измотаны.
— Этим вечером. Врагов здесь не было видно уже несколько часов, но это скорее из-за скаутов, а не из-за нас.
Мерик пошел сообщать плохие новости. Они сразу поняли, что он собирается сказать и пораженно, неверяще молчали.
— Мы позже отправимся обратно наверх, — сказал он им.
— Мы должны сражаться дальше, — возразил Толомах. — Нет времени отдыхать.
— Если отнесем Арка в гору, может, местный апотекарий его вылечит, — предположил Тебекай.
— Кто он? — спросил Солон.
— Имперский кулак, один из смотрителей маяка. Я его не знаю.
— Обердей? Что решишь? — спросил Мерик.
Обердей с неловким видом перехватил болтер. Все обитатели пещеры смотрели на него.
— Обердей? Ты командир, — не отставал Мерик.
— Ладно, ладно. — Обердей посмотрел вверх, в сторону пика, который скрывался за стенами. — Мы пойдем наверх. Последуем за сержантом Мериком и его людьми.
Арк умер прежде, чем они добрались до вершины. Мерик так и не понял, пропустили скауты момент его смерти или просто молча продолжили нести командира.
Лишь когда они подошли ко входу в пещеры Фароса, юные Ультрамарины положили Арка на землю, встали вокруг него и склонили головы. В их действиях чувствовалось достоинство, глубоко тронувшее Мерика.
Врата «А», как назвали пещеру, скрывались среди растрескавшихся скал, уходящих под линию леса. Деревья росли еще на протяжении пары сотен метров склона, а у пещеры были такими высокими, что вход из-за них не было видно.
Пещера выглядела заброшенной снаружи, но не внутри. Воины в желтых цветах Имперских Кулаков Дорна охраняли вход, а по бокам от него стояли два грубых дота из профессионально подогнанных друг к другу валунов, с гарнизоном из Ультрамаринов в побитой броне. В центре входа стоял гигант, спокойный, как хозяин, ждущий на крыльце гостей. Золотисто-желтая броня была такой яркой и чистой, что в ней можно было идти на парад. В одной руке он держал огромный щит, а на другой был массивный силовой кулак с подвешенной мелта-пушкой. Непримиримый и стойкий, как сам Фарос, Полукс был истинным хранителем горы.