Фауст

фон Гёте Иоганн Вольфганг

Не знаю, что с ними со всеми.

Фауст

И мечутся стаей вперед и назад.

Мефистофель

Такое уж ведьмино племя.

Фауст

Кадят перед плахой, кропят эшафот. [114]

Мефистофель

114

Эшафот

и вообще место казни, по средневековому представлению, является «нечистым местом». Ведьмы, колдующие у эшафота («кадят перед плахой, кропят эшафот»), пародируют католическое богослужение.

Вперед без оглядки! Вперед! [115]

Тюрьма [116]

Фауст со связкой ключей перед железной дверцей.

Фауст

Сжимается от боли сердце, Грудь скорбью мира стеснена. За этою железной дверцей, Ни в чем невинная, она. Ты медлишь, ты войти не смеешь, С ней встретиться лицом к лицу? Живей! Пока ты цепенеешь, Ты близишь жизнь ее к концу!

115

Образы мчащихся сквозь ночь Фауста и Мефистофеля запечатлены в известной гравюре французского художника Делакруа, о которой Гете восторженно отзывается в беседах с Эккерманом.

116

Сцена в настоящем ее варианте является позднейшей поэтической обработкой прозаической сцены, написанной еще до 1775 года. Из изменений, произведенных в этой сцене, стоит отметить прибавление (в окончательной редакции) ранее отсутствовавшего возгласа: «Спасена!» (Голос свыше.)

(Берется за замок.)

Голос внутри

Чтоб вольнее гулять, Извела меня мать, И отец-людоед Обглодал мой скелет, И меня у бугра Закопала сестра Головою к ключу. Я вспорхнула весной Серой птичкой лесной И лечу.

Фауст (отворяя дверь)

Ей невдомек, что я сломал засов И слышу песнь ее и шум шагов.

(Входит в камеру.)

Маргарита (прячась на подстилке)

Идут за мною! Скоро под топор!

Фауст (вполголоса)

Молчи, мы увезем тебя и спрячем.

Маргарита (у него в ногах)

Будь милостив! Смягчи свой приговор!

Фауст

Ты спящих сторожей разбудишь плачем.

(Старается разбить ее цепи.)

Маргарита (на коленях)

Кто дал тебе, мучитель мой, Власть надо мною, бесталанной? Дай до утра дожить! Постой! Казнь

завтра ведь! Что ж ты так рано За мной врываешься сюда?

(Встает.)

Я молода, я молода И умираю так нежданно! То был моей красы расцвет, Она меня и погубила. Со мной был милый, ныне нет. Опал венок, увял букет. Не жми меня с такою силой, А лучше б от могилы спас! Я зла тебе не причинила, Тебя я вижу в первый раз.

Фауст

Как эту боль мне превозмочь?

Маргарита

Сейчас пойду, лишь миг отсрочь! Я б грудью покормила дочь. Мне дали ночь проплакать с нею, А утром отняли, злодеи, И говорят, — мои дела, Сама-де в лес ее снесла, Как в сказке есть про двух малюток. [117] Я вся дрожу от этих шуток И оттого невесела.

Фауст (на коленях перед нею)

117

Сама-де в лес ее снесла,

Как в сказке есть про двух малюток. — Безумной Маргарите кажется, что песня «Чтоб вольнее гулять,

Извела меня мать» сложена про нее.

Твой милый рядом и мгновенно Освободит тебя из плена.

Маргарита (падая рядом с ним на колени)

Скорей вдвоем На колени станем И к небу взовем Пред святым изваяньем! Смотри, под стенами Этой темницы Всеми огнями Ад дымится, И смеха раскаты Его, супостата!

Фауст (громко)

Гретхен! Гретхен!

Маргарита (прислушиваясь)

То голос друга, как когда-то! Спасенье! Наше место свято!

(Вскакивает. Цепи падают.)

Не страшно ничего ничуть! Ушам поверить я не смею, Где он? Скорей к нему на шею! Скорей, скорей к нему на грудь! Сквозь мрак темницы неутешный, Сквозь пламя адской тьмы кромешной И улюлюканье и вой Он крикнул «Гретхен!», милый мой!

Фауст

Я тут.

Маргарита (обнимая его)

Ты тут? О, повтори! Он тут! Он тут! Он все исправит! Где ужас завтрашней зари? Где смерть? Меня не обезглавят! Я спасена! Я в мыслях у того угла, Где встретила тебя впервые. Вот сад и деревца кривые, Где с Мартой я тебя ждала.