Фехтовальщица

Смородина Татьяна

— Да. Об этом еще известно Франкону и одному солдат из охраны дома. Франкон — свой человек, а Эжен… он тоже не проговорится.

— Хм, весьма занятно, но я видел вас на занятиях… Не похоже, что вы затеяли это только для того, чтобы спрятаться от маркиза де Шале.

— Вы правы, я фехтую с десяти лет.

— Хм, так вот почему у вас такое наполненное сердцебиение! Очень интересно! Еще в «Привале странников» я заметил, что у вас довольно крепкие бедра!..

— Не хватите через край, сударь, — сурово посмотрела фехтовальщица. —

То, что вы видели мою голую задницу, не дает вам права….

— Я говорю только, как врач и знаток анатомии, сударыня. Вы интересны мне, как довольно редкий пациент.

— Я не больна и не вижу здесь ничего редкого. Моя хозяйка Жильберта тоже сильная женщина!

— Это дело житейское, а вы пытаетесь взять какой-то другой вес, где скорее можно надорваться.

Из кабинета вышел де Санд.

— Что-то вы слишком долго общаетесь с господином де Жано, Лабрю. У вас мало работы? Сейчас будут подходить ученики первой группы. Их тоже надо будет посмотреть.

— Не сердитесь на Лабрю, господин де Санд, — сказала Женька. — Лабрю знает меня.

— Знает, что вы…

— Да, мы жили в одной гостинице.

— Вот как? Ну что ж… тем лучше, но впредь, господин Лабрю, прошу без необходимости не общаться с господином де Жано.

Лабрю поклонился и ушел.

— Вы что, думаете, что Лабрю будет играть на моем положении? — спросила де Санда девушка.

— Кто его знает? Мне достаточно хлопот с Эженом. Вы знаете, что он все время подсматривает за вами во время занятий?

— Ну и что? Он же не болтает обо мне.

— Его счастье. Если не наделает глупостей, рекомендую его в охрану коменданту Шатле.

— Не лучше ли держать его на виду?

— Не лучше. Это вам надо держать его на виду.

— А что такое Шатле?

— Тюрьма.

Другой вес

Утром фехтовальщица проснулась от знакомой деликатной боли внизу живота. Она взглянула на заляпанную простыню и поморщилась. «Ну вот… Опять… Как теперь фехтовать?.. Ванной у де Санда нет, а за конюшню каждый раз не набегаешься. И еще Жильберта… Как отдавать белье в стирку? Прачка сразу поймет, что…» Женьке ничего не оставалось, как позвать наверх Жильберту и признаться в том, что она не юноша. Та на ее признание улыбнулась.

— Я давно это знаю, госпожа.

— Откуда?

— Это видно, когда близко живешь. Господа и пахнут не так, и слуг в другую комнату спать не отсылают, а у изножья кладут. Вы та девушка, которая у меня квартиру торговала, — улыбнулась хозяйка. — Я так и подумала, что прячетесь от кого-то.

— Да, прячусь, — не стала вдаваться в подробности смены своего костюма фехтовальщица. — Меня один кавалер преследует.

— Зачем же от кавалеров бегать? Или он недоброе хочет сделать?

— У меня дело в Париже, он будет мешать.

— Какое же дело может быть у девушки? Замуж надо вам выйти, вот

тогда все дела и сладятся.

— Жильберта, вы ничего не понимаете.

— Может, и не понимаю. Я женщина простая, а только чудно это и опасно. Смотрите, проведают у нас, что вы штаны носите, как мужчина, шуму не оберешься.

— А дети ваши знают обо мне?

— Нет, только я. Зачем так детей путать?

Сама Жильберта, несмотря на тревоги, конечно, смирилась со столь опасной «переменой пола» своей необычной жилички. Проживание «господина де Жано» сулило ее дому дальнейшее благополучие, поэтому она обещала и дальше сохранять его инкогнито. Де Санд в ответ на скомканные объяснения и просьбу Женьки пару-тройку дней пропускать разминку усмехнулся.

— Боитесь опозорить ваши мужские штаны?

— Я же не виновата, то есть, не виноват…

— Вот именно, виноват, господин де Жано! Разве вы еще не поняли, что мужские штаны нельзя носить безнаказанно? Чем я объясню такое попустительство в вашу сторону остальным фехтовальщикам? Это не пойдет на пользу общей дисциплине на площадке. Вам следует пропустить не разминку, а занятия. Поезжайте домой. Я скажу, что вы больны.

— Я хочу остаться.

— Ну, если только вы сами будете командовать разминкой вместо меня.

— Вместо вас?.. Я согласна.

Де Санд захохотал.

— Вы серьезно, Жано?

— Да, я проведу разминку, но только если вы не будете мне мешать.

— Не буду мешать? Нет, вы только посмотрите, что здесь делается, Франкон! Ален, вы слышите?

Франкон как раз в это время спустился в гостиную и, узнав, в чем дело, тоже рассмеялся.

— Кажется, вас хотят подвинуть, Даниэль!

Тем не менее, де Санд согласился и дал своей случайно брошенной шутке ход.

— Идемте, де Жано! Я очень хочу на это посмотреть!

Выйдя на улицу, де Санд построил фехтовальщиков и громко сказал:

— Сегодня, господа, урок до парных боев вместо меня проведет господин де Жано.

— Что? — переглянулись самолюбивые дворяне.

— Мы не ослышались? — уточнил с неприятными нотками в голосе де Зенкур.

— Командуйте, де Жано! — велел де Санд и отошел.

Женька откашляла сухой ком в горле и довольно уверенно произнесла:

— Начнем, господа! Ведет де Боме!

Фехтовальщики развернулись и, продолжая быть в легком недоумении, побежали за де Боме.

— Не оглядывайтесь, а то споткнетесь! — напутствовала их девушка. — Жакоб, дайте два удара.

Жакоб ударил в колокол.

— Отлично! Хороший темп, де Боме!

Фехтовальщица понемногу освоилась и держала жезл старшинства, который шутя, сунул ей в руки де Санд, все крепче. Одних это насмешило, других заинтересовало, третьих озадачило, а де Зенкура, конечно, разозлило. Когда же девушка добавила пару новых упражнений, он просто взорвался:

— С какой стати нами командует этот стручок?!