Ферма
Шрифт:
— Пристреливается, гад! В господский дом метит… Чтоб твои кости собаки грызли, нечисть проклятая!
Да не до проклятий сейчас! Суетливо оббегая застывших в шоке людей, я кричала:
— Да очнитесь же!.. Детей… уводите детей к лесу! К лесу!..
Люди, словно проснувшись, зашевелились. Кто-то рядом страшно закричал:
— Воды… несите воды! Сгорим все!
Из одного из горевших домов вытащили окровавленного мужчину.
— Помогите… — шептал он. — Там жена и дети…
Семен опомнился,
Я собрала вокруг себя учеников и их младших сестер и братьев, и с мамами, теми, что были на сносях, и нервно оглядываясь, повела всех к лесу.
Вдруг часть стены взорвалась, каменные осколки взлетели вверх, словно струи фонтанов в фильмах Корбана.
В первый миг все в ужасе застыли. Стена… надежная стена, защита и безопасность… Вот и конец… В образовавшемся проеме хорошо стал виден лес за забором. Потом началась паника… Кто-то причитал, кто-то пытался сбежать, кто-то застыл в ужасе… Мне показалось, что это все, конец. Сейчас сюда хлынут упыри… Мужчины и женщины, кто тушил горящие дома, замерли, в отчаянии опустив ведра.
— Семен! — Появление взбешенной Марины привело всех в чувство. — Какого черта! Я же приказала раздать оружие и расставить охрану!! Куда ты дел оружие?!
Гнев обычно невозмутимой Марины немного привел в чувство жителей фермы.
— Мужики, бросайте свой скарб, сейчас не до него! Семен, быстрее! Ивета, оставь детей матерям, они здесь лучше ориентируются, а сама помоги мне. — Я вручила малыша, что был у меня на руках одной из мамочек, и кивнула Марине.
Очередной взрыв разнес дорожку, по которой я ежедневно ходила к амбару.
— Недолет… Девушки быстрее! — Кое-как похватав на руки кричащих от испуга детей, женщины повели детей к конюшням у леса.
Из тех мужчин и женщин, которые остались, кто-то взял оружие со знанием дела, а кто-то с опаской, и теперь неловко крутил его в руках.
Собрав их вокруг себя, Марина спокойно сказала:
— У вас только две задачи: не ранить друг друга, и задержать врагов у входа. Надо дать нашим войскам немного времени! А теперь внимательно смотрите сюда… — Комментируя каждое свое действия, словно мы находились в спокойно комнате, а не под обстрелом, она уверено передернула затвор, пускаясь в краткие объяснения, показывая, как надо пользоваться оружием, подстегивать магазин и прочее.
Когда защитники, неуверенно держа оружие, пригнувшись, рассредоточились напротив проема, ожидая прорыва упырей, Марина проводила их раздраженным взглядом.
— Это все Георг, я говорила ему, надо готовить к обороне не только упырей… а он… «вот пополню боезапас, тогда…», а теперь они не знают с какой стороны к автомату подойти!
Повернувшись к Семену, Марина приказала увести отсюда людей, которые пытались потушить относительно целые дома с этой стороны улицы.
Тут раздался еще один взрыв, окатив нас землей с кусками льда. Защитники попадали на землю, укрываясь от очередной атаки упырей за обломками бревен. Бронемашина, которую было отчетливо видно через проем, повернув башню в нашу сторону, стала
Я укрылась за небольшим обломком крыши, который вяло тлел, и не от чего не закрывал, кроме вражеского взгляда.
— Не высовывайтесь!
Приказ Марины был явно лишним.
Все давно разбежались и попадали на землю, вокруг никого не осталось. В считанных метрах по земле хлестнула пулеметная очередь, и меня обдало градом ледяных осколков и земли.
Марина выругалась и поползла к горящему дому, возле которого упал раненый.
Стрельба на какой-то миг затихла, но я была оглушена и потеряна, не в состоянии понять куда бежать, при этом осознавая, что засиживаться здесь, прямо перед проемом, смертельно опасно.
Рядом что-то кричали, за стеной вновь начали стрелять.
Молодой светловолосый парень, который отвечал на ферме за лошадей, видимо выскочивший из дома в одной рубашке довольно ловко управлялся с автоматом и другим оружием. Используя стену как прикрытие, он подполз сбоку к пролому, и что-то швырнул в сторону военной машины… Раздался взрыв. Обстрел резко закончился. Звук стрельбы на миг затих даже в лесу.
Вдруг в еще светлом небе взлетела ракета. Как я помнила из пояснений Кнута, зеленая ракета означала: «Начинаем атаку». Оставшиеся в подвалах, должны перевести пушки на ручное управление, чтобы не ранить своих.
Наконец!
Поискала глазами Марину. Она давно была около раненых, которых в ряд сложили на шубы, и этого не видела, так что атаке Кнута радовалась я одна. Вернее, хотела радоваться. Страх, что они ничего не смогут сделать был слишком силен, чтобы заглушить его только надеждой.
Судя по перестрелке и взрывам, за стеной шел жаркий бой. Здесь же все стихло. Тихо потрескивали бревна горящих домов, переговаривались испуганные люди, стонали раненые.
Я с трудом поднялась и побрела к стене, всматриваясь в свежий пролом…
— Даже оружие тебе не дала, чтобы не лезла в гущу, а ты сюда выползла! — Я обернулась к рассерженному доктору и растеряно растянула губы в улыбке.
— Я не успела никуда уйти. Раненых много?
Марина тяжело вздохнула, и к ней вернулось всегдашнее спокойствие.
— Не очень… Э-э, да у тебя кровь? Ты ранена? — Я удивленно посмотрела на себя. На самом деле мои плечи, руки и даже ладони были в крови.
— Наверно осколками льда порезалась… — Несмотря на это, почему-то боли я не чувствовала. — У меня ничего не болит!
— Поговорим об этом позже, когда шок отойдет, — с легким раздражением отозвалась Марина. — Но раз можешь ходить, сбегай ко мне в дом…
— Хорошо, а что сделать? — хрипло отозвалась я. Хотя мне сейчас хотелось прижаться к надежной Марине, и никуда от нее не отходить.
— Мне нужна моя самая большая медицинская сумка, в которой хранятся антисептики и бинты. Принеси…
Я поспешно кивнула, и с опаской оглядываясь на ходу, — пулемет больше не стрелял, взрывов не было, слышны были только автоматные очереди и визжащие звуки настенных пушек Георга, — побежала к домику Марины.