Флаг Командора

Волков Алексей Алексеевич

– Астахова убили! – кричит мне Гриша.

Еще один из наших. Будто мало нам всех тех, кто полег в схватках с сэром Джейкобом!

Мы угощаем англичанина новой порцией зажигалок, а его матросов – картечью.

Пожар на нем разгорается еще быстрее, чем на ранее взорвавшемся собрате. Далее следует тот же результат.

– Третий готов!

Это опять Ширяев. Как будто остальные не умеют считать!

Последний британец окончательно теряет боевой задор и пускается в бегство.

Первоначально я думал дать возможность одному уйти, дабы было кому поведать о печальной участи остальных. Однако должен

же кто-то ответить за нелепую гибель Астахова! Да и Биллу я обещал знатную добычу. Сам-то я могу быть бессребреником, но мои орлы предпочитают нечто существенное.

– «Вепрь»! Кончаем последнего!

Похоже, с Сорокиным мы думаем в унисон. Я не успел досказать три слова, как фрегат на всех парусах пускается в погоню. Ходок он превосходный, да только «Лань» все равно быстрее…

16

Мэри. Ожидание и встреча

День тянулся бесконечно. Такою же обещала быть ночь и следующие сутки.

Или все будет решено до завтрашнего вечера, и отец будет дома? Скорее бы!

Пока же леди Мэри решительно не знала, куда себя деть. Еще в полдень она наблюдала, как снимается с якорей эскадра командора Пирри. Все четыре фрегата один за другим поплыли туда, где ветер треплет флаг с улыбающейся кабаньей мордой. Хватит зверюге насмехаться над гордым британским знаменем!

Только почему несколько жаль невысокого командора? Он же враг. Подлый жестокий враг, и потому не достоин ни жалости, ни пощады.

Но все-таки…

Рука сама вспомнила короткое прикосновение губ перед вечной разлукой. Словно перед ней никогда не склонялись первые пэры королевства!

К счастью, в распоряжении леди Мэри имелось надежное средство от подобных недостойных воспоминаний. Девушка долго гоняла коня по окрестностям города. Еще лучше подошло бы фехтование. Досаду хорошо вымещать в безжалостных ударах, но, к сожалению, далеко не все мужчины подобны ее отцу. Очень многие до сих пор считают, что оружие и женственность несовместимы изначально. Словно никогда не было женщин-воительниц!

К дворцу губернатора, возведенному буквально накануне и еще не вполне обжитом, Мэри вернулась поздно. Один из слуг принял из ее рук поводья разгоряченного коня. Во взгляде слуги промелькнуло осуждение, мол, можно ли так нагружать несчастное животное, однако вслух сказать подобное он не решился.

Первым делом девушка проследовала в гостиную. О новостях думать было рано, только мало ли что?

К ее немалому удивлению, в уютных креслах у камина рядом с губернатором важно восседал командор Пирри.

– Что-нибудь случилось? – вопреки всем приличиям спросила Мэри с порога, даже не поздоровавшись с моряком.

– Нет, – после некоторой паузы, вызванной осмыслением вопроса, ответил губернатор.

– В таком случае, командор, почему вы здесь? – прямо спросила девушка.

– Но, прекрасная леди… – Чувствовалось, что вежливые слова с трудом даются крепкому, несмотря на немалый возраст, моряку. Проведя большую часть жизни на палубах, командор больше привык общаться с грубыми матросами, но никак не с благородными представительницами прекрасного пола. – Для какого-то пирата слишком много чести во встрече со мной. Вся Англия будет смеяться, когда узнает, что я лично возглавил эскадру, чтобы разделаться с заурядным флибустьером.

Но не волнуйтесь. У нас нет никаких поводов для беспокойства. Весь план рассчитан до мелочей. Там распоряжается капитан Стоун. Ему уже доводилось гонять Санглиера, словно трусливого зайца. Вот пусть он и покончит с наглецом раз и навсегда.

Мэри вспомнила, как Санглиер легко шел через толпу сопротивляющихся моряков к юту. Образ зайца никак не вязался с корсаром, неотвратимым, словно сама смерть.

– На вашем месте я бы не относилась так пренебрежительно к противнику, – холодно произнесла девушка.

– Да куда он денется? – отмахнулся командор. – Пусть только высадит пленных, а там его возьмут в такие клещи, что удивлюсь, если этот самозваный повелитель морей решится дать хоть один залп. Клянусь памятью своих доблестных предков, сегодня вечером, в крайнем случае завтра утром вы увидите Санглиера в последний раз. Он ведь, кажется, смог одолеть вас в поединке?

В последней фразе командора Пирри звучала скрытая насмешка. Он явно хотел подчеркнуть, что свои победы Санглиер одерживал лишь над противоположным полом.

– Да. И не меня одну. Смею вам напомнить, командор, что на целом фрегате не нашлось ни одного мужчины, который сумел бы на равных сразиться с презираемым вами пиратом, – гордо выпрямилась девушка.

Уже удаляясь, она расслышала голос губернатора:

– Вы знаете, в чем-то леди права. Санглиер не так прост, как хотелось бы думать. Не забывайте: ему удалось уйти отсюда. Да и Барбадос…

…Спалось плохо. Перина казалась жесткой, воздух – горячим. Даже снаружи, из открытого окна, ветерок не приносил прохлады. Леди Мэри без конца ворочалась, пыталась устроиться удобнее и только под утро забылась неглубоким сном.

Еще томительнее прошел день. Контрастом к настроению Мэри была беспечность горожан. Карибское море помнило столько знаменитых пиратов, что никто не собирался беспокоиться еще об одном. Даже если он играет на противоположной стороне.

Наступил вечер. Горизонт был до безобразия пустынен. Ни одного паруса не видно было в морской дали.

– Значит, Стоун придет утром, – объявил за ужином командор Пирри. – Должно быть, этот Санглиер заставил моряков немало побегать по волнам.

В голосе ветерана многочисленных сражений звучала уверенность, которую сполна разделял губернатор. Последнего не было здесь, когда немногочисленные беглецы сами перешли в нападение и эффектно покинули Порт-Ройал. В противном случае он, возможно, думал бы иначе.

Мэри видела корсара в деле. Нет, она тоже не сомневалась в успехе. При самом большом везении Санглиер имел разве что шанс удрать, но вдруг он успеет при этом что-то сделать с отцом?

Отца Мэри любила. Мать умерла рано, и лорд Эдуард был самым близким человеком для своей дочери.

Девушка так ждала известий от него, что решила не раздеваться на ночь. Она устроилась в глубоком кресле, взяла в руки книгу и попыталась читать.

Чтение не шло. Мысли витали где-то далеко, а потом… потом Мэри незаметно уснула.

Она проснулась внезапно, как показалось, от какого-то легкого шума. Судя по почти догоревшей свече, время потихоньку приближалось к утру. Чтобы не оказаться в темноте, девушка зажгла новую свечу и прислушалась.