Фокиниада
Шрифт:
Лаврухин показал Севке неприличный жест и плюхнулся в кресло.
– Итак, вы отказались от денег, но наверняка предложили свой выход из ситуации, – прищурился Фокин, глядя на Котову. – Какой?! Ведь вы с Говорухиной сидели на кухне и довольно мирно разговаривали, потому что Жанна хотела поставить чайник. Какую сделку вы предложили Говорухиной?
Котова, тряхнув рыжей гривой, захохотала.
– Я предложила ей отдать мне Сандро в обмен на мою книгу! – выпалила она.
– Что? – не понял Севка.
– В смысле? – обеспокоился Говорухин. – Что
– Я написала книгу, дорогой. Это документальный роман о наших с тобой отношениях, о том, как ты врал жене, как пытался выглядеть честным семьянином в глазах общественности, как крутил разные финансовые афёры со своим тестем-депутатом. Ты так много выбалтывал мне по пьяни, Сандро, что твоих тайн хватило на целую книгу! В моём романе много интимных подробностей, откровенных сцен и разоблачительной правды, убийственной для тебя, твоей жены и твоего тестя! Я написала эту книгу от своего имени и назвала всех своими именами. Роман называется «Шиворот-навыворот». Сразу три крупнейших издательства вцепились в него мёртвой хваткой, предложив мне большие тиражи и высокие гонорары. Но я не подписала ни одного контракта. Я принесла издательские договоры с собой и показала их Жанне. Да, мы сидели на кухне. Она просмотрела договоры и, усмехнувшись, спросила:
– Где доказательства, что это книга о тайнах моей семьи, а не сборник кулинарных рецептов?
Я процитировала ей на память несколько отрывков, из которых можно было понять насколько я в курсе интимных привычек её мужа, и как хорошо мне известны афёры её папаши.
Жанна побледнела, но ничего не сказала. Она поставила на стол две чайные чашки, налила в чайник воды и взяла зажигалку для газа. Я подумала, что Говорухина не может справиться со своими эмоциями и поэтому прикрывается ритуалом чаепития, но она вдруг абсолютно спокойно сказала:
– Ты не издашь эту книгу. А Саша останется со мной.
– Почему? – спросила я.
– Потому что рукописи горят. – Жанна стояла ко мне спиной, но по её тону я слышала, что она улыбается. Понимаете, эта богатая сука думала, что всё на свете решается с помощью денег и связей! Она была уверена, что власти и богатств её папаши хватит на то, чтобы перекрыть моей книге выход в свет!
Не знаю, что на меня нашло… Я вдруг поняла, что Жанна права – деньги и связи решают всё. Если она захочет, моя книга не выйдет, Сандро останется с ней, а земля в этом городе начнёт гореть у меня под ногами…
На стене висел топорик для рубки мяса. Я схватила его и ударила Жанну по голове. Кровища хлынула из раны мне на руки… Жанна рухнула как подкошенная. Помню, я очень удивилась, что так легко убить человека. Я думала, придётся рубить её топором ещё и ещё, но хватило одного удара. Говорю же, она была низкорослая и слабая как больная курица. Я даже засмеялась от счастья, почувствовав, что свободна, что Сандро мой и больше ничей. Я мелко-мелко порвала издательские договоры, пошла в туалет и спустила их в унитаз, ведь теперь не нужно было никого шантажировать этой книгой. Теперь я была хозяйкой
– Я же говорил аффект! – воскликнул Лаврухин. – Я всегда говорил, что Жанну убили в состоянии аффекта!
– Дрянь, – прошептал Говорухин. – Какая же ты дрянь, Вероника! Как ты могла писать пасквили на меня в то время, когда я любил и содержал тебя?!
– А ты думал, я всегда буду тряпкой, о которую можно вытирать ноги?! – прищурилась Котова.
– Я думал ты любишь меня.
– В последнее время я тебя ненавидела. Но я слишком много потратила на тебя времени, чтобы просто так отступить.
– Тихо! – приказал Севка, чувствуя, что у него сдают нервы от этих гнусных разборок. – Тихо. Вы смыли в унитаз издательские договоры, сняли кольцо, сполоснули его, потом отмыли от крови руки. Забыв про украшение, вы оттёрли от своих отпечатков топор и всё к чему прикасались, так?
– Так. А ещё я позвонила Гришке и сказала, чтобы он побыстрее сматывался, потому что я натворила дел. – Котова засмеялась. – Гришка толком ничего не понял, но очень испугался и быстро ушёл.
– Попросив по пути у водителя «Скорой» прикурить, – пробормотал Севка. – Телосложением, ростом и внешностью Котов отдалённо похож на Александра Петровича, поэтому водитель на опознании указал на банкира. А когда вы покинули квартиру? – обратился он к Веронике.
– Я не сразу ушла, – пожала она плечами. – Посидела, подумала и пришла к выводу, что ни о чём не жалею. Потом смылась, просто захлопнув дверь.
– Когда вы обнаружили, что забыли кольцо на месте преступления?
– Утром. Проснулась и обнаружила. Сказала об этом Гришке, он запаниковал. В квартире кишмя кишели менты, поэтому мы решили дождаться ночи. Надеялись, что кольцо никто не найдёт, потому что оно лежало в укромном местечке за краном.
– Откуда у Котова оказался ключ от квартиры Ксении Сергеевны?
– Вы не поверите! Ключ висел на крючке в прихожей, и я зачем-то прихватила его с собой! Сама не знаю, зачем… Кольцо забыла, а ключ прихватила.
– Да, действительно трудно поверить, – согласился Севка.
– Аффект, как говорит ваш приятель! – Вероника опять засмеялась, но вдруг нахмурилась: – Кстати, что вы будете делать с моими признаниями? Вы ведь просто сыщик, а не оперативный работник? Может… договоримся как-нибудь? – Она многозначительно подмигнула сначала Севке, потом Лаврухину.
– Он-то, может, и просто сыщик, а вот я… – Вася выпятил колесом грудь. – А я почти что оперативный работник!
– Ой, ну с вами-то мы точно договоримся! – беспечно тряхнула гривой волос Вероника. – Хотите мою машину? Она совсем новая, мне её Сандро месяц назад подарил. А хотите дачу возле реки? С баней и гаражом?
– Ну… знаете ли… – Оскорблено дёрнувшись, Вася выхватил из кармана телефон. – Але, это Лаврухин! – сказал он с металлом в голосе, набрав короткую комбинацию цифр. – Опергруппа на выезд! Пичужкино двадцать один. Я задержал убийцу Жанны Говорухиной! Какой к чёрту отпуск, когда в стране бардак! Отдохнёшь тут…