Фонд
Шрифт:
Но дело было вовсе не в знании и не в занимаемой должности. Он прекрасно знал корабль. Он работал под непосредственным руководством святых людей из Фонда, ремонтировавших корабль. По их указанию он изучал двигатели. Он делал новые обмотки на визирах, обновлял систему связи, менял обшивку на поврежденном корпусе, укреплял несущую конструкцию. Ему даже позволили помогать мудрым людям из Фонда устанавливать устройство такое священное, что его прежде никогда не использовали на кораблях, сохранив его специально для этого, невероятно огромного крейсера. Устройство это называлось гиперволновым реле.
Неудивительно,
Однако теперь, когда он услышал распоряжения адмирала, все сомнения отпали.
Как мог Король, осененный божественной благодатью, совершить столь отвратительный грех? А может быть, Король здесь ни при чем? Может быть, это все интриги проклятого регента, Уайниса, а Король ни о чем не подозревает? Ведь именно сын Уайниса и был тем Адмиралом, который пять минут назад приказал ему:
— Занимайтесь своей паствой и молитвами, а я займусь кораблем.
Апорат криво усмехнулся. Он занимается паствой и молитвами, но не забудет и о проклятиях, и Принц Лефкин вскоре завоет от горя.
Вслед за своим помощником он вошел в рубку связи. Два дежурных офицера не попытались его остановить. Главный Жрец-Контролер мог беспрепятственно передвигаться по всему кораблю.
— Закройте двери, — приказал Апорат и посмотрел на хронометр. До двенадцати оставалось еще пять минут. Он прекрасно рассчитал время.
Быстрыми ловкими движениями он нажал на крохотные кнопочки и включил все системы внутренней связи, так что в каждом уголке двухмильного корабля услышат теперь его голос и увидят его на экранах телеприемников.
— Слушайте, солдаты королевского флагманского корабля «Уайнис». Говорит ваш Жрец-Контролер! — Он знал, что голос его слышен от кормы, где находился ужасный ядерный бластер, до командной рубки, расположенной в носовой части корабля.
— Ваш корабль, — кричал он, — используют для святотатства. Вас не поставили в известность, что грех, совершенный с его помощью, обречет душу каждого из вас на вечные скитания по холодному Космосу. Слушайте! Ваш командир намерен долететь на этом корабле до Фонда и подвергнуть бомбардировке этот источник Божественной Благодати. Его намерение греховно, и поэтому я от имени Галактического Духа отстраняю его от руководства, потому что без благословения Галактического Духа командовать невозможно. Без одобрения Духа даже Помазанник Божий, Король, не может сохранить свой сан!
Его тон стал еще более проникновенным. Помощник внимал ему благоговейно, а два офицера со все возрастающим ужасом.
— И поскольку этот Король выполняет поручение Дьявола, благословение Духа более не покоится на нем!
Он торжественно воздел кверху свои руки, и тысячи солдат в разных частях корабля съежились от страха перед экранами телевизоров. Он продолжал:
— От имени Галактического Духа и его пророка Хэри Селдона и толкователей его учения, святых людей Фонда, я проклинаю этот корабль. Пусть телевизоры, его глаза, ослепнут. Пусть манипуляторы,
При этих словах и с наступлением полночи человек, находившийся на расстоянии многих световых лет, в Арголидском храме, включил ультракоротковолновое реле, которое мгновенно, со скоростью ультракороткой волны, включило такое же реле на флагманском корабле «Уайнис».
И корабль умер!
Ведь главной чертой религии науки является ее действенность, а проклятия, подобные тем, которые произнес Апорат, представляют собой смертельную угрозу.
Апорат увидел, как темнота окутала корабль, и услышал, как внезапно прекратился ровный гул гиператомных двигателей. Он возликовал и вынул из кармана своей мантии атомный фонарик с автономным питанием, заливший рубку ярким светом.
В пароксизме страха офицеры скорчились у его ног, хотя оба, несомненно, были не робкого десятка. Он посмотрел на них.
— Ваше Преподобие, спасите наши души. Мы простые люди, мы не знали о преступных замыслах начальства, — заскулил один из них.
— Идите за мной, — сурово ответил ему Апорат. — Твоя душа еще не погибла.
На окутанном тьмой корабле царило смятение. Повсюду притаился жуткий ужас, испускавший, казалось, свой особый душевный запах. Завидев пятно света, солдаты бросились к Апорату, стараясь обступить его потеснее, коснуться каймы его мантии, моля хоть о капле сострадания.
Ответ был один и тот же:
— Следуй за мной!
Он нашел Принца Лефкина в офицерской каюте — тот на ощупь пробирался впотьмах, громко ругаясь и требуя, чтобы включили свет. Адмирал злобно посмотрел на Жреца-Контролера:
— Ага, вот вы где! — От матери Лефкин унаследовал голубые глаза, но крючковатый нос и косоглазие выдавали в нем сына Уайниса. — Что означает ваше предательское поведение? Включите ток! Я здесь командир!
— Уже нет, — мрачно сказал Апорат.
Лефкин дико оглянулся по сторонам:
— Схватите этого человека! Ради Космоса, арестуйте его, или я вышвырну из люка без скафандров всех, кто услышал приказ и не выполнил его!
Он замолчал, а потом истошно завопил:
— Вам приказывает ваш Адмирал. Арестуйте его!
Затем, окончательно потеряв контроль над собой, он закричал:
— Не позволяйте водить себя за нос этому шарлатану, этому шуту! Его религия — детские выдумки, а вы дрожите перед ним. Он обманщик, а Галактический Дух — это плод воображения, придуманный для того, чтобы…
Апорат гневно прервал его:
— Схватите богохульника. Слушая его, вы погубите свои души.
В титулованного Адмирала тут же вцепилась дюжина рук.
— Идите за мной и возьмите его с собой.
Апорат повернулся и пошел в рубку связи. Лефкина тащили за ним по коридорам, заполненным солдатами в черной униформе. В рубке он приказал усадить Адмирала перед единственным работающим телевизором.
— Прикажите остальному Флоту остановиться и приготовиться к возвращению на Анакреон.