Генезис
Шрифт:
— И что это ты такой спокойный? — прищурилась графиня Норман, оторвавшись от схемы, которую они так увлеченно чертили с рыжим.
— А мне волноваться надо? — вопросом на вопрос ответил я.
Сидя в кресле, я хрустел очередным яблоком и, закинув ноги на стол, бездумно пялился в окно.
— Мог бы, — скривился Кандид. Видят боги, этот парень начал меня доставать. — А то все вокруг тебя суетятся, а ты как вельможа сидишь. Хотя что с бегунка-то взять…
Вот этим он и достает. То на мой социальный статус намекнет, то по резерву проедется. С таким я бы даже чарку браги не распил, какой уж тут турнир, но выбора нет. Я еще раз окинул взглядом эту компашку. Сейчас они вчетвером сидели на полу и, обложившись пергаментными листами, пытались составить идеальный
— А-а-а-а-а-а!!!
Народ чуть было не попадал, хоть все уже и так сидели.
— Что это было? — спросила ошарашенная Лейла.
— Это я поволновался, — ответил я охрипшим голосом, все же такие крики вредны для горла.
Встав с кресла, я в гробовой тишине прошествовал к выходу. И лишь когда дверь захлопнулась за спиной, почувствовал облегчение. В коридоре было пустынно, поэтому недолго думая я спустился по лестнице, кивнул старичку-смотрителю и вышел на улицу. Вечерело. Солнце медленно опускалось за горизонт, а подступающая ночная прохлада приятно холодила запаренную кожу. Со лба пропала испарина, а в ногах появилась легкость.
Пройдя всего пару метров, я не удивился, когда на одной из лавочек обнаружил знакомую фигуру. Недолго думая я подсел и, точно так же закинув руки на спинку, обратил свой взор к небу.
— Тоже достали? — скучающим тоном поинтересовался Санта.
— Ага, — кивнул я.
Больше со скамейки под сенью клена не донеслось ни звука. И две фигуры молча и спокойно лицезрели, как небо меняет свой окрас с предзакатного алого марева на багряно-золотой, а потом и черный. И лишь когда в выси сквозь мглу прорезались первые звезды, одна из фигур встала и ушла. А спустя десяток минут поднялась и другая. Привычно отряхнув дешевые холщовые штаны, она двинулась следом.
Не стоит описывать, что за хаос творился по всей территории общежития на следующее утро. Предусмотрев подобный вариант, я попросил Дирга колдануть нам воды. И это помогло. Во всяком случае, мы не стали участниками лихой драки, возникшей вроде как на ровном месте в ванной комнате. В итоге сразу семеро магов из разных команд были вынуждены преждевременно отправиться к лекарям. Да и саму лестницу я резонно посчитал не самым безопасным выходом из общежития. Поэтому привычно сиганул в окно, рыжий прыгнул следом. На улице народу как будто было поменьше, но на самом деле здесь просто пространства больше, а ситуация ничем не отличалась. Такое ощущение, что вчера студиозусы просто разминались перед сегодняшней беготней. На миг мне показалось, что мы участвуем в некоей демонической эстафете. Проносящиеся мимо фигуры мелькали с такой скоростью, что можно было подумать, будто где-то из-под земли бьет золотой фонтан и народ торопится урвать свой кусочек желтого счастья.
— Давай поторопимся, — попросил Дирг.
Обреченно вздохнув, я устремил свой взор в сторону академских часов. Циферблат на башне показал, что сейчас только десять утра, а значит, до ближайшей — то бишь нашей — схватки целых три часа. Но если для меня это — «целых», то для остальных — «всего лишь». Убедить соратника в том, что носиться как ужаленным просто глупо, я не мог. Еще раз вздохнув, я кивнул, и мы побежали. Точнее, помчались, словно пытаясь укрыться от взора Темного Жнеца.
И пока мы бежим в сторону арены (крупнейшего полигона на территории), стоит поподробнее рассказать про этот самый Малый турнир. На самом полигоне зрителей не будет. Руководство решило, что ставить купол — слишком затратно да и не нужно. Над песком будет кружить дюжина следилок, транслирующих изображение на специальные экраны, расположенные в местном актовом зале. Понятное дело, никакого судьи тоже не предусмотрено. Самый верный рефери в этой ситуации — тот самый амулет с красным защитным полем. А рядом с местом действия будет дежурить команда быстрого реагирования — на тот случай, если у кого-то хватит сил
Но закончилась марафонская дистанция, и мы столпились в актовом зале. Это был большой овальный одноэтажный корпус всего с одним помещением. Раньше здесь преподавали танцы, но было это так давно, что даже в летописях такие занятия упоминаются вскользь. Огромная галдящая толпа в замкнутом пространстве — отнюдь не предел моих мечтаний, поэтому я грезил о моменте, когда объявят команды — участницы сегодняшнего тура и отпустят готовиться первую двойку. И когда на высокую трибуну взобрался заместитель ректора, человек-шар с вечно потным лбом, наша пятерка в полном составе уже готовилась отправиться переодеваться в камуфляж.
Конечно, было бы разумно привести ту напыщенную речь, сдобренную самыми слащавыми метафорами, но у меня от такого уши завернулись в трубочку, и я закономерно половину прослушал. И все же настал тот час, которого мы так ждали: едва прозвучал номер нашей пятерки, как мы уже помчались к арене. Минуя парки, пересекая дорожки, оставляя за спиной беседки, мы добрались до полигона, стены которого терялись в вышине. Там нас уже встречали следящие: они протянули нам амулеты и указали путь к раздевалке. Ребята по привычке побежали к раздевалке, я же неспешным шагом следовал за этими ужаленными. Вертя в руках амулет, я думал, каким гением надо обладать, чтобы сотворить такое волшебство и поместить его в невзрачный с виду кулон. Обычная капелька хрусталя в железной оправе, а надень — и один раз коса Жнеца пройдет мимо нити твоей души. Поразительное достижение не только мысли, но и искусства.
В помещении со шкафчиками, лавками и душевыми не было отделения для «мальчиков и девочек», но сейчас это мало кого волновало. Впрочем, наши девушки таки нашли себе небольшое укрытие в закутке, хотя никто, кроме меня, в ту сторону и не смотрел. И вовсе не потому, что некий Тим Ройс столь озабочен известными вопросами. Просто мне было больше нечего делать. Буквально за минуту скинув одну одежку и нацепив другую, я просто не знал, чем себя занять. И раз уж Лейла с графиней Норман так удачно запрятались в уголке, я расскажу вам о камуфляже.
Крепкие сапоги из кожи неведомого земноводного, штаны из крепкой ткани, способной выдержать высокие температуры, рубашка из того же материала, куртка, какие обычно используют охотники, и перчатки из кожи хмары. Как-то раз видел эту тварюгу на картинке, некая помесь гиббона со змей. Страшна до безумия. Встреть такую ночью, и пара седых прядей — это тот неизбежный минимум, с которым ты уйдешь с подобной свиданки. У девушек одежда ничем не отличалась, разве что куртки и рубашки оказались приталенными.
— Посидим? — неуверенно предложил Кандид, когда все были готовы.
— Посидим, — кивнул я.
И мы посидели. Часа эдак полтора. Не знаю, как я не заснул, но это стоило мне немалых усилий. Наконец за четверть часа до начала к нам зашел один из следящих. Он уведомил, что оружие одобрено и висит у выхода на арену. Ах да, совсем забыл поведать. Еще два дня назад нам пришлось сдать свой арсенал на проверку: вдруг кто решит использовать какой-нибудь убойный артефакт, а такое ни-ни — запрещено. И не стану скрывать, удивлен, что мои сабли прошли проверку. Уж как я над ними висел, как мучил Молчуна и Нейлу, когда они рисовали эти печати, а потом пытались скрыть их под вязью замысловатого узора. Да и про сам металл мало кто знает, даже Молчун развел руками, что на его языке означает: «В первый раз такое вижу». Но, как выяснилось после некоторых экспериментов Колдуньи, сабельки не были магическими, а металл хоть и неизвестен, но магией от него тоже не тянет. Уж не знаю, чем мне приглянулись эти малышки, но точно не волшебством.