Герой
Шрифт:
— Михаил всегда осторожен. А еще у него ясный ум. Все будет хорошо.
Теперь не смог сдержать улыбки уже я. Впрочем, веселье мое улетучилось столь же быстро, как и явилось. Стоило нам сесть в машину, как события ночи, как минувшие, так и грядущие, заняли все мои мысли без остатка. Почему предал Кочубей? Или умирающий убийца солгал нам? Если нет, то что дальше?
Автомобиль несся по подземному тоннелю так быстро, как только мог. Федор не жалел мотор. Серые стены и расположенные на них лампы освящения слились в одну размытую картинку. Отражающийся от бетонного
Мы пронеслись мимо нескольких развилок. Куда они ведут, я выяснять не стал. Федор отлично ориентировался на этой дороге, так что его опыту можно было всецело довериться. Но и расслабиться не получалось — приходилось то и дело пресекать попытки Златы высунуться из окна.
— И под землей, и так быстро, — восхищенно шептала дочь Великого Полоза, глазея по сторонам. — Как сама движусь, но не сама.
— Странно, что тебя удивляет эта скорость, особенно после катания на драгуне.
Федор бросил в нашу сторону вопросительный взгляд, но промолчал, вновь сосредоточившись на вождении. Думаю, он догадывался, что скрывающая лицо под вуалью девушка вовсе непростая, но, скорее всего, считал ее ворожеей.
— Вам нехорошо? — все же поинтересовался шофер. — Сбавить?
— И не вздумай. — Ответила Злата. — Как ветер летим!
Федор лишь покачал головой. Впрочем, скорость ему все же пришлось сбросить, чтобы вписаться в нужный поворот. Мы еще немного пропетляли по подземным развилкам, после чего достигли одной из платформ, доставивших нас наверх.
Автомобиль выехал под открытое небо, судя по всему, близь железнодорожной станции. Слева тянулись рельсы, по которым с натужным пыхтением проехал паровоз, оставив за собой в небе след из черного дыма. Мощная машина тащила пару десятков товарных вагонов. В одних лежал камень, в других — древесина, в третьих — какой-то непонятный металлолом.
Злата вновь припала к окну, разглядывая диковинную для себя машину. Мне и в голову не приходило, что она столько всего не видела. Только сейчас додумался, что змейка чаще всего передвигалась под землей, а там ни машин, ни поездов.
Наш путь вскоре разошелся с железнодорожным: рельсы ушли влево, а мы свернули направо. Федор снова сбавил скорость: из-за нешуточного снегопада управлять машиной стало сложнее.
Земля вдруг затряслась. Взвизгнули тормоза. Я удержался на месте, а Злата приложилась лбом о переднее сидение. Шляпка слетела с ее головы как раз в тот момент, когда встревоженный Федор повернулся к нам.
— Все в поряд… — слова встали у агента поперек горла, когда он увидел черные глаза и бледное лицо девушки.
— Все в порядке, Федор, поспешил успокоить я водителя. — Петр Аркадьевич позже расскажет тебе, кто такая Злата. Сейчас нельзя тратить на это время.
— А? — агент перевел на меня рассеянный взгляд и кивнул. — Ага…
Земля продолжала вздрагивать.
— Почему встали? — я повернул голову и увидел ответ — два императорских драгуна неслись вдоль дороги.
— Видать, дело дрянь, — нервно сглотнул Федор. — Они в направлении особняка Кочубея
— Тогда поднажми! — велел я.
Шофер послушался, и мы возобновили движение. Злата нашла под сидением свою шляпу и водрузила обратно на голову, попутно потирая ушибленный лоб.
— Не бойся меня, — сказала она Федору. — Я друг.
— Очень на это надеюсь… э… госпожа, — пробормотал шофер. — Врагов у нас и так в достатке.
Рассекая снегопад, автомобиль проехал по дороге, следуя за стремительно удаляющимися драгунами, которым непогода была нипочем. Вскоре впереди между пролеском замелькали огни имения. Боевые доспехи замерли неподалеку. Спустя минут пятнадцать, мы подъехали к колоссам. Они синхронно повернули головы в сторону приближающегося автомобиля, но никаких других действий не предприняли.
Федор остановил машину на подъезде к расположенному на холме особняку, вокруг которого рассредоточились отряды солдат. Даже пушки прикатили и, судя по грохоту, сюда направлялись новые драгуны.
— А я все гадал, когда же вы явитесь, — навстречу мне вышел хромающий Нечаев. Он все еще пользовался тростью, но походка его стала куда увереннее и тверже, чем прежде.
— Где Кочубей? — сразу спросил я, пожав протянутую руку.
— Заперся в особняке. Грозиться убить прислугу и жену с детьми, если попытаемся войти.
— Что?! — я ушам своим не поверил. Если дело дошло до этого, значит, убийца не лгал — советник Императора замешан в покушении на меня, главу Тайной канцелярии и, возможно, на кого-то еще. Но заботила меня сейчас не вовсе не это. — Своих жену и детей?! — это просто не укладывалось в моей голове. — Он с ума сошел? Или… — внезапная догадка обожгла сознание раскаленным прутом, — он…
— Он чист, — возразил мне Нечаев, жестом приглашая следовать за собой. — Как и все окружение Императора — его проверяли постоянно. Последний раз случился намедни, буквально несколько часов назад. Кочубей — точно человек.
— И что же может заставить человека угрожать смертью своей семье?
— Страх? — предположил Нечаев.
— Если так, то этот ваш Кочубей не достоин зваться человеком, — неожиданно процедила сквозь зубы Злата. — Он тварь, сродни полозам. Только те могут причинить зло своему же выводку.
— Тварь или нет, но он нужен нам живым, — продолжил Нечаев. — Скоро мы пойдем на штурм.
— Но он может убить заложников, — пылко возразил я, сверля взглядом погруженный во тьму особняк. Сквозь толщу камня не получалось разглядеть тепло или услышать что-нибудь.
— На кону жизни миллионов, — напомнил мне Нечаев. — Мы не можем рисковать. В особняке могут быть пособники Кочубея. Незаметно нам не приблизиться…
— Я смогу, — в моем голосе заскрежетала сталь. — Дайте мне немного времени.
Глава Тайной канцелярии посмотрел мне в глаза. Мы играли в «гляделки» несколько мгновений, после чего Нечаев все же согласился:
— Тридцать минут, — отчеканил он. — После этого я приказываю идти на штурм.
— Этого хватит, — я с благодарностью еще раз сжал его руку. — Спасибо.