Глушь
Шрифт:
Джуди трясло.
— Спасибо, что приехала. Я просто... Я чувствую, что разваливаюсь. Все время сплю, постоянно чувствую себя уставшей. В доме беспорядок. Я даже не смогла прибраться.
— Дом выглядит прекрасно, Джуди, — заверила ее Патриция. — Ты пережила такое... Но все наладится.
— Надеюсь...
Патриция почувствовала легкий алкогольный душок: когда Джуди впадала в депрессию, она пила, что только ухудшало ситуацию.
— Пошли, ты вся извелась. Давай уложим тебя в кровать.
Джуди не возражала. Она устало
«Она похудела», — заметила Патриция. Ключицы резко выдавались вперед, кожа на скулах натянулась. Патриция тащила сестру по темному коридору, проходя мимо картин, которые должны были быть ей знакомы, но почему-то не казались таковыми. В доме было слишком тихо, разве что ворчливо поскрипывали доски пола да жалобно вскрикнули дверные петли, когда сестры добрались до спальни.
— Прости, что я в такой ужасной форме, — сказала Джуди. — Не стоило пить вино. Но мне сейчас так одиноко... Я просто ничтожество!
— Конечно, нет! Ты переживаешь потерю. На это требуется время. Сейчас тебе больше всего нужен хороший сон.
Джуди измученно кивнула. Патриция сняла с нее домашнее платье и увидела, насколько отчаяние подточило ее сестру. Она смогла бы пересчитать ребра Джуди, даже не прикасаясь к ней, а ее грудь, похоже, уменьшилась минимум на один размер. В глазах сестры стояли слезы.
«Джуди не скоро оправится, — подумала Патриция. — Она просто разваливается».
Патриция уложила сестру в постель, накрыла одеялом, села рядом и взяла ее за руку.
— Хочешь молока, воды? Я принесу.
Джуди посмотрела на Патрицию. Взгляд у нее был тусклый, но она наконец-то улыбнулась.
— Нет. Ты приехала, и мне уже лучше. Наверное, я просто не справляюсь с одиночеством.
Да уж, этого она никогда не умела делать.
— А где Эрни? — спросила Патриция о работнике, который помогал им с хозяйством, сколько она себя помнила. — Только не говори, что ты его уволила. Я не могу представить, чтобы он работал где-то еще.
— Он здесь, но присматривает только за садом. Он не нравился Дуэйну, поэтому после свадьбы Эрни работал снаружи и больше ничего не делал в доме.
— Самое время пересмотреть это решение, не так ли? Дом огромный, Джуди. Ты не в состоянии поддерживать его одна. Тем более управляя компанией.
— Я знаю и... поговорю с ним. — Ее утомленная улыбка посветлела. — Сегодня утром я попросила его заняться газоном перед домом. Не хотела, чтобы он выглядел запущенным. Ты бы видела, как загорелось лицо Эрни, когда я сказала, что ты ненадолго приедешь.
Патриция зарделась. Эрни Гудер был ее «парнем» в седьмом классе. Они были не разлей вода в детстве, но годы летели, ее тело рано созрело — и она потеряла всякий интерес к Эрни и возможным проявлениям его робкой любви. Эрни был из настоящих аборигенов Аган-Пойнта. Он не мыслил себя без этих мест и, как большинство местных, пошел по дороге настоящего сельского жителя:
«Они даже не подозревают, что могут переехать и сделать свою жизнь лучше», — подумала Патриция. А может, она много о себе возомнила? Не было ничего плохого в том, чтобы держаться своих корней и честно работать на земле. Хотя Патрицию такая жизнь не устраивала. Может быть, она просто родилась более предприимчивой?
В любом случае увлеченность Эрни Патрицей никуда не делась, и он был разочарован, когда она уехала в колледж.
— Он все еще по тебе сохнет, — сказала Джуди. — И до сих пор красавчик.
— Не сомневаюсь, — подыграла Патриция, — но мой муж меня полностью удовлетворяет.
— О, я знаю, и я рада, что у вас все хорошо. Кстати, как он?
— В порядке. А ты выжата как лимон, так что... — Патриция выключила прикроватную лампу. — Ложись спать и ни о чем не беспокойся. А утром я приготовлю нам старый добрый большой завтрак.
Она поцеловала сестру в лоб и встала. Джуди не отпускала ее руку.
— Патриция, — раздался шепот. — Ты понятия не имеешь, как много это значит для меня... Твой приезд, твоя поддержка.
— Ты моя сестра, и я люблю тебя. А сейчас спать!
Джуди уставилась в потолок.
— Я... я так и не рассказала тебе...
— Не рассказала что?
— Как... умер Дуэйн.
— Конечно, рассказала, — схитрила Патриция. На самом деле ее сестра не вдавалась в подробности. — Произошел несчастный случай.
Джуди проговорила высоким, словно детским голосом:
— Ему отрезало голову, и никто не может объяснить, как это произошло.
Патриция молчала, не в силах произнести ни слова.
«Она не шутит», — возникла в голове мысль.
Патриция понятия не имела, что сказать в ответ.
— Его голову так и не нашли, — со стоном выдавила Джуди.
Убийство. Не несчастный случай. Как же ее утешить?
Но когда Патриция снова посмотрела на сестру, та уже спала.
Господи.
Песня цикад проникала в открытые окна зала. Колоритный колониальный декор заставил Патрицию почувствовать расстояние, отделявшее ее от Вашингтона. Она вошла в свою спальню, почувствовала себя не на месте и вышла. Не хотелось лишний раз будить воспоминания о детстве. Заночевать в комнате родителей? Еще хуже.
«Гостевые комнаты внизу», — решила она и спустилась вниз, чтобы забрать сумки из кадиллака. Мрачные мысли не давали покоя.
Голова Дуэйна. Что сестра имела в виду, когда сказала, что кто-то отрезал его голову?
Патриция остановилась на полпути вниз.
Что за...
Ее чемоданы стояли у подножия лестницы.
— Не знал, где ты будешь спать.
Эрни Гудер вышел на свет, поднял голову.
— Мы ждали тебя еще днем, — сказал он, кивнув на окно. — Похоже, ты едва успела к закату.