Голод
Шрифт:
Федор Иванович поселился здесь еще три года назад, вместе с женой и двумя сыновьями. Он, опытный физиолог, перебрался сюда из столицы, став профессором Боровского медицинского колледжа.
Этот, обычно, уверенный в себе человек казался сейчас совершенно растерянным и сбитым с толку.
— Петр, вы же в полиции работаете?
— Пока только один день отработал, — удивленно ответил парень.
— Не важно… Можете помочь? — прошептал его сосед.
Пожав плечами, Петр кивнул. Еще раз оглянувшись по сторонам, профессор жестом позвал своего спутника за собой.
Дверь
— Там моя жена, — прошептал профессор. — Ей очень плохо…
— Ее укусили? — с любопытством переспросил его сосед.
— Укусили? Нет, — вздохнул Федор. — Какой-то бомж у входа в торговый центр поцарапал ее, чем-то металлическим… Поможете мне?
С этими словами, профессор показал собеседнику моток разорванных одеял и простыней. Оттащив комод, Федор и его сосед спешно отступили назад. Считанные секунды затишья показались целой вечностью. Прошла лишь минута, и дверь ванной открылась — навстречу к ним вывалилась тяжелая фигура.
В зараженной женщине легко узнавалась жена профессора. Розоватое лицо женщины было осыпано бесчисленными черными точками, а из ее приоткрытого рта, тонкой струйкой, стекала слюна, успевшая смешаться с кровью.
Она тяжело дышала, уставившись на своего мужа. Прошло не более минуты, и зараженная перевала свой взгляд на стену. Вновь переведя взгляд на профессора, она сорвалась с места. Федор и его сосед попятились назад.
Ударившись о комод, женщина свалилась на пол. Дождавшись подходящего момента, полицейский и его сосед навалились на зараженную. Потратив считанные мгновения, они связали ее. Пытаясь покусать их, она извивалась и вырывалась.
— Туда… — тихо произнес профессор, указав в сторону спальни.
Затащив зараженную в комнату, они, не теряя времени, уложили ее на кровать.
— Подожди, — прошептал Федор, выйдя из комнаты.
Женщина была крепко привязана к ножкам кровати, и уже едва ли могла представлять опасность для его соседа. Но Петр не хотел оставаться в одной комнате с ней. Не оборачиваясь в сторону зараженной, он вышел из комнаты.
Со стороны кухни легко можно было расслышать звуки беседы. Тихо пройдя через коридор, Петр заглянул на кухню. Взволнованный Федор давал какие-то указания мальчику-подростку, своему младшему сыну. Рядом же, на приземистом стуле, сидел юноша. На его голове виднелись несколько ран, неровные края которых сейчас обрабатывал мальчик-подросток.
Юноша дремал — без сомнения, он находился под действием сильных обезболивающих средств.
— Это был ее «первый приступ», — обернувшись к Петру, произнес его сосед. — Потом она пришла в себя… ничего не помнила, — вздохнув, продолжил он. — После этого она заснула, а потом… А потом нам пришлось закрыть ее в ванной.
— Это она его покусала? — спросил Петр, указав на юношу. — Он станет таким же.
— Ты ничего об этом не знаешь, — огрызнулся Федор.
— Оно как вирус какой-то передается… —
— Вирус? — резко перебил его профессор. — Ты знаешь хоть один вирус, который мог бы привести к таким изменениям психики? А? Не говори глупости, мальчик.
— Но я видел… Я видел, как людей кусали утром, а к вечеру они становились такими же.
— Глупости, — отмахнулся Федор. — К тому же ее никто не «кусал». Да и бомж тот, наверно, не имеет к этому никакого отношения, — вздохнув, он продолжил. — Ну, нет таких «механизмов» в природе.
Услышав стук в дверь, собеседники обернулись. Пройдя через прихожую, профессор с безразличием распахнул не закрытую на замок дверь. На пороге стоял жилистый молодой человек, в синих спортивных штанах и черной футболке.
— Мне нужен ваш сосед, — выдавив из себя подобие улыбки, незнакомец кивнул в сторону стоявшего в коридоре Петра.
Не тратя время на раздумья, полицейский вышел на квартирную площадку.
— Твоя мама сказала, что ты здесь.
— Слушай, Косой, ты… — издалека начал Петр. — Евгений Петрович мертв…
— Я знаю, — кивнул его собеседник. — Почти всех ваших ребят под себя подмял какой-то урод.
— Всех? — изумленно переспросил Петр.
— Нет, не всех — многие или засухарились как ты, или просто бежали из города.
— Бежали?
— В Боровске что-то странное творится. Все в среду началось, во второй половине дня. На людей нападают сумасшедшие. Кого покусают, или поцарапают — сами в таких превращаются, — прервавшись на несколько секунд, Косой продолжил. — Видишь, что с городом творится? Полиции нет; станция скорой помощи закрыта; в больнице, в амбулатории, никого не принимают; городские телефонные линии перекрыты; магазины закрыты, а троллейбусы на линию маршрута не выходят…
— А выезды из города?
— На них менты стоят так, как будто с начальством ничего и не произошло.
— Сами?
— Нет, конечно. С ними «дорожники» и какие-то вооруженные мужики… наверно, из службы охраны «центра».
— Никого не выпускают?
— И не впускают. Сначала они трафик «фильтровали», а теперь, просто, перекрыли… Нет, ну жителям западных и заречных кварталов повезло. Почуяли рано — многие свалили. Остальные, просто, выжидают… Про мэра слышал?
— А что с ним? — переспросил Петр.
— Он жил в моем доме. Только, вход в квартиру со стороны двора, а не из подъезда… Ночью его завалили какие-то бандиты в камуфляже — сейчас даже труп забрать некому.
Петр молчал, внимательно слушая своего собеседника.
— И нам нужно валить отсюда.
— Как?
— У одного серьезного человека есть небольшой автобус — он сможет вывести наши семьи… Твой ствол, табельный? Ты же утащил его с собой?
— ПМ? Ага. Да и «калаш» у меня остался…
— АКС? — загоревшись интересом, шепотом переспросил Косой. — Тебе повезло.
Промолчав, его собеседник растерянно кивнул в ответ.
— Отдашь им автомат — они вывезут твою маму, — еще более тихим голосом произнес Косой. — А табельный пистолет оставь себе…