Гончая
Шрифт:
– Але, Бек? Ты уже дома? Ага… Нет, задержусь… Не знаю. На твой выбор… Бек, послушай, я к тебе сейчас девочку одну пришлю, – скользнул по мне недовольным, как показалось, взглядом, – она только из девятичасового рейда, да и вообще тощая, как глиста… Ты уж накорми ее, как следует, солнышко… А? Ночевать? – еще один взгляд в мою сторону. – У нас, конечно. Ну все. Целую. До вечера.
Он разъединился и уверенно протянул мне плотный прямоугольник своей визитки.
– Тут адрес и домашний телефон. Жену зовут Ребекка. Или Бек, это как тебе удобнее… Ключ от гостиницы дай, я кого-нибудь за
– Да я в общем-то…
От такого сервиса даже растерялась немного. Еще никогда, ни одного гребаного раза семейные не приглашали меня к себе не то что на ночевку или обед, даже в гости! Они вообще старались нас, приютских, не замечать.
– Ключ! – Барристо нетерпеливо щелкнул пальцами. – Ну что ты ломаешься? В этом клоповнике, который Пончик гостиницей для командировочных называет, тебя сначала накормят тухлым дерьмом, а потом отдохнуть как следует не дадут. Там же стены из картона! А у нас выспишься и отдохнешь. В конце концов, если Алиса завела тебя в тупик, завтра придется возвращаться, а ты знаешь, что повторные визиты чреваты.
Я нехотя кивнула и, сдаваясь, протянула Охотнику ключ от комнаты в общежитии.
– Спасибо, Ларс.
– Потом поблагодаришь, – отмахнулся он, решительным шагом направляясь к выходу из прозекторской. – А вообще, конечно, на здоровье. Все, Иви, пожелай мне удачи, увидимся вечером.
– Удачи, – оторопело пробормотала, обнимая себя за плечи.
Ну, дела… Хотя в принципе Барристо был прав: в общаге выспаться не дадут, а если мне предстоит вторая встреча с Алисой… Нет, я все-таки надеялась, что ограничимся одной. Уж больно в странное место она меня привела.
Ребекка Барристо приняла меня с таким искренним радушием, что уже через пять минут я, позабыв о неловкости, перешла на «ты». Уплетая свежайший сочный стейк, болтала о последних новостях из Центра, ни капельки не раздражаясь из-за провинциального любопытства, и искренне наслаждалась удивительным теплом, которое исходило от очаровательной женщины.
Безумие последних двух суток настигло меня, когда Бек показала комнату, которую я на время своего пребывания в ее доме могу считать своей.
– Вещи твои пока еще не приехали, – с сожалением проговорила она. – Поэтому вот, возьми халат моей старшей дочери – он, правда, не новый, но чистый.
– Спасибо, – пробормотала я в смятении.
Честно сказать, в подобной ситуации я очутилась впервые в жизни, из-за этого слова простой благодарности казались ничего не значащим звуком. Разве простым «спасибо» можно выразить всю гамму чувств, возникшую в связи с тем, что совершенно незнакомая женщина отнеслась ко мне как... как... Не знаю, я бы так, наверное, заботилась об одной из близняшек или об обеих сразу – как ни крути, но другой семьи у меня никогда не было.
– Божечки! Да было бы за что! Это такая ерунда... – Бек ласково улыбнулась и махнула рукой в сторону ситцевого халатика. – Переодевайся, я пока тебе полотенце приготовлю и зубную щетку. Где-то у нас была одна нераспечатанная.
– Спасибо.
Женщина проворчала что-то о моей чрезмерной вежливости и вышла из комнаты, мягко прикрыв за собой дверь.
Я опустилась на кровать, провела рукой по белому покрывалу
Запах был нежным, приятным. Я еще раз глубоко вдохнула и решила, что ничего не случится, если я полежу пять минуточек, не больше, а потом уже переоденусь и пойду в душ, что бы смыть с себя усталость и душок морга.
Так и заснула – в одежде, поверх покрывала и с халатиком в обнимку.
Когда открыла глаза, за окном уже была ночь и, судя по тому, какой отдохнувшей я себя чувствовала, довольно глубокая. Сев на кровати, откинула в сторону толстый плед, которым меня кто-то заботливо укрыл – подозреваю, что Бек, и спустила ноги на пол. Хотелось пить, умыться и в туалет. Начать решила с последнего пункта. На цыпочках выскользнула в коридор и с удивлением обнаружила, что в кухне горит свет. Надо же... Так поздно, а кто-то не спит.
Навестив «комнату отдыха» – благо санузел здесь был совместным, удалось справиться сразу с тремя делами, я вернулась в коридор и, потоптавшись у дверей «своей» спальни, все-таки прошла дальше, к кухне. Тем более что оттуда доносились приглушенные голоса.
– ...абсолютная находка! Ты только представь, Бек! Прямо на лбу!
Ларс говорил вполголоса, но я его все равно узнала. Значит, вернулся. Интересно, с каким результатом? Обычно, если Охотник возвращался из рейда так рано, то с пустыми руками. И причины могли быть разными. Чаще всего маркеры оказывались тупиковыми. Или, к примеру, стерлись, что бывало реже. Или в том месте, куда Гончую завел призрак, находилось такое количество потенциальных «подозреваемых», что проще было обратиться к обычным следаками – в конце концов, им тоже надо было как-то отрабатывать свой хлеб.
В одном случае из десяти Охотник из первого же рейда возвращался с убийцей.
– Девять часов в лимбе! Наши девки, как лошади в мыле, а ей ничего, встала и сама пошла. А я как подумал, что она сейчас вернется в этот клоповник...
– Ларс, все в порядке, – перебила его Бек. – Она хорошая девочка. Ты все правильно сделал.
– Ну да...
Услышала, как ложка звякнула о дно тарелки, – Барристо, видимо, только что вернулся и теперь ужинает. Не хотелось ему мешать, но... Но и подслушивать тоже было неловко. Поэтому я негромко кашлянула, сообщая о своем появлении, и вошла в кухню.
– Добрый вечер.
– Скорее, утро, – ухмыльнулся Ларс, отправляя в рот огромный кусок мяса, а затем, радостно жуя, показал мне большой палец:
– Маркеры у тебя – во!!! Ничего подобного ни разу не видел! Такие и захочешь – не сотрешь. Заметные такие! Сразу меня на проспект Победителей вывели.
– И что там? Кладбище?
Я было облокотилась о дверной косяк, но Бек погрозила мне пальцем и жестом велела садиться за стол.
– Почему кладбище? – Ларс негромко хохотнул. – Хотя… Институт там.