Горизонты любви

Картленд Барбара

— Вы, возможно, и правы, Джордж, — заметил с улыбкой маркиз, — но когда ваша племянница жила со своим отцом, она повидала совсем другой мир и приобрела опыт, который я нахожу захватывающе интересным.

— Безусловно, это мир, который вы никогда не видели, — согласился лорд Уимонд.

При этом он вспомнил трущобы в Риме и ту девочку, полуитальянку, полумавританку, которую рисовал его брат.

С удивлением услышал он в ответ слова маркиза, которые прозвучали необычайно серьезно:

— Возможно, этого мне и не

хватает.

Немного погодя лорд Уимонд отправился спать. Он знал, задержись он подольше, Люси обвинит его в том, что он ее разбудил, когда она уже начинала засыпать, а это означало многочасовую ссору. Поэтому он решил не будить ее, если она уже спит, а провести ночь в своей туалетной комнате, как случалось ему не раз.

Когда он тихо вошел в будуар, он увидел, что из-под двери Люси льется свет, и с волнением открыл ее. Люси еще не ложилась и сидела перед зеркалом, тщательно изучая свое лицо.

Это было занятие, за которым он слишком часто наблюдал свою жену, чтобы оно могло привлечь его внимание.

— Это вы, Джордж? — спросила она.

— Да, дорогая. Я пришел спать.

— И вовремя, — пробормотала она. — Я была бы в ярости, если бы вы меня разбудили.

— Я собирался лечь в своей туалетной комнате.

— В любом случае это хорошая идея. Я собираюсь спать допоздна завтра утром, чтобы вечером выглядеть как можно лучше.

— Пускай так, моя дорогая, — согласился лорд Уимонд.

Последовало молчание, словно каждый из них мучительно думал, что еще можно сказать. Люси заметила:

— Не забудьте завтра сказать своей племяннице, чтобы она не навязывала свое общество маркизу. Не могу даже представить, что могла подумать о ней Элис, когда девчонка задержала его в нише салона сегодня вечером, вместо того, чтобы дать ему возможность развлекать гостей.

— Я полагаю, под гостями вы подразумеваете себя, — перебил ее муж.

Его тон заставил Люси понять, что она сглупила, напав на Лину. Следовало предположить, что муж встанет на защиту ребенка.

Она просто рассвирепела, когда, оглянувшись, увидела, что Айна и маркиз беседуют наедине в нише. От ее глаз Не укрылось, с каким интересом Ирвин слушал девчонку.

— Он просто по своей доброте проявил внимание к ней, — говорила себе Люси.

В то же время она отнюдь не сомневалась в юном очаровании Айны, хотя скорее умерла бы, чем признала это, зная, что девочка в скромном белом платье не могла оставить равнодушными мужчин.

«Какую чудовищную ошибку я совершила, привезя ее сюда!»— размышляла Люси.

С того момента, как она поднялась к себе в спальню, Люси не переставала ломать голову, как держать Айну подальше от маркиза.

Поскольку эти мысли никак не оставляли ее, она, рискуя рассердить мужа, заговорила снова:

— Элис сообщила мне, что среди тех, кто приглашен к обеду завтра вечером, есть несколько приятных молодых людей, и я убедила

ее посадить вашу племянницу рядом с самым достойным молодым холостяком в графстве. Я уверена, вы и она останетесь довольны.

— Я хочу только, чтобы было хорошо ей, — сказал лорд Уимонд упрямо.

— Конечно, Джордж, это так похоже на вас, ваше доброе благородное сердце заставляет вас волноваться о молодой девочке, хотя, судя по тому, что я видела сегодня, она вполне способна сама о себе позаботиться.

С прозорливостью, обычно не свойственной его натуре, лорд Уимонд догадывался, что большинство мужчин, увидев Айну, захотят защищать ее, уверенные, справедливо или нет, что без их помощи она совершенно беззащитна.

Но он не мог сказать этого жене, поэтому он только придвинулся к ней и обнял за плечи.

— Доброй ночи, моя дорогая! Счастливых сновидений! Я постараюсь не потревожить вас, когда встану утром.

— Спасибо, Джордж. Вы всегда так чутки и внимательны.

Он поцеловал ее в щеку, ощутив экзотический аромат и нежность ее кожи.

Его пальцы напряглись, и он глухо проговорил:

— Вы были так красивы сегодня вечером, моя дорогая. Я очень, очень гордился вами!

Он хотел поцеловать ее снова, но Люси резко отодвинулась.

— Я устала, Джордж, — сказала она, — просто валюсь с ног.

На мгновение лорд Уимонд замер.

Затем его рука соскользнула с ее плеча, он встал и пошел к выходу, обогнув кровать с пологом, мимо атласных занавесок с соблазнительными рисунками и плотных гардин.

Открыв дверь к себе, Джордж Уимонд оглянулся.

Его жена в очередной раз разглядывала в ручном зеркале свое прекрасное лицо.

Лорд тяжело вздохнул и вошел в свою туалетную комнату.

Глава 4

Маркиз ехал верхом на своей великолепной лошади, размышляя о том, что в мире нет ничего прекраснее, чем весна в Англии.

Он отдавал себе отчет в том, что эта мысль была неоригинальна, поскольку многие до него, и сам лорд Байрон в том числе, уже приходили к такому же выводу. Но невозможно было не восхищаться бледно-желтыми нарциссами, которые образовали золотой ковер под деревьями, и не ощущать дыхание свежести и молодости вокруг.

Оно напомнило ему Айну. Многие вчера вечером на балу отметили, как хороша была эта юная девушка.

Маркиза это поразило. На приеме присутствовали по меньшей мере три самые красивые дамы в Лондоне. То были зрелые и, несомненно, более опытные женщины.

Люси была особенно великолепна. На ней была диадема с бирюзой и бриллиантами, и, казалось, камни отражали сияние ее голубых глаз, стоило маркизу подойти к ней.

Когда они танцевали, он чувствовал, как волнует ее их близость, и ему льстило это возбуждение женщины, которую его друзья по клубу называли не иначе как «айсберг».