Город Драконов

Хобб Робин

— А вы ничего не хотите рассказать Совету? О калсидерийцах, а не о том, что Малта его убила?

— Я уверен, что они и сами скоро узнают. — голос Рейна был мрачен. — Как только он будет найдет — кому-то придётся отчитаться за это перед Советом.

— Было бы интересно понаблюдать за этим. Заметить, кто вздрагивает, понять, кто знает больше, чем должен.

— Но это может быть опасным. — Рейн издал звук, который был чем-то большим, чем короткий смешок. — И мне действительно не все равно. Но их грязная политика не имеет для меня значения, а мой сын — имеет. И Малта — тоже.

Лефтрин коротко кивнул.

— Я понимаю Вашу точку зрения. Но мы вернулись

сюда по нескольким причинам. Хранители и Элис хотели, чтобы их семьи были поставлены в известность, что они живы. Я хотел сообщить, что выполнил условия контракта. Но главная причина в том, что я хочу получить плату и пополнить запасы судна. И поэтому мы ещё здесь. Нам нужны эти деньги. Купцы отпустили мне товар сегодня в кредит и он покрыл расходы на мою команду на судне, но это — капля в море по сравнению с тем, что нам нужно. У нас есть кое-что, что позволит основать небольшое поселение вверх по реке, туда не очень далеко добираться, но на носу зима. Там очень холодно. Нам нужны тёплые вещи, еда, охотничьи принадлежности, материалы, чтобы отстроиться. Тот город — Кельсингра — не для нас, а даже если бы и мы захотели в нём остаться, это пустое место. Если мы не получим денег, нам придётся задержаться здесь, чтобы найти возможность купить все необходимое, а это требует времени, и вряд ли мы сможем собрать все даже в течение зимы.

Рейн пристально посмотрел на него, и лицо его вдруг стало торжествующим.

— Деньги — не проблема. Дайте им возможность сохранить свои деньги.
–

Увидев беспокойство на лице капитана, он отмел возражения легким щелчком пальцев. — У Купрусов огромный кредит. Я оснащу баржу всем необходимым и считайте это лишь небольшим вознаграждением за то, что я прошу. Жизнь моего сына для меня дороже всего. Я понимаю, куда мы собираемся, там опасно и очень суровые условия. Но если мы останемся здесь, мой сын умрёт. — Он пожал плечами. — Так что мы все равно поплывём с вами, даже если вы и не хотите брать нас.

На камбузе все затаили дыхание, ожидая ответа капитана. Он подумал об Элис, о том, что она ждёт его, и как она отреагирует на его рассказ. Она должна им гордиться.

— Я обменялся кровью с этим ребенком. Его мать уже поручило его мне. И я возьму его к драконам!-

Так прямо корабль редко говорил с Лефтрином. Он посмотрел на остальных, думая про себя, а слышали ли они Смоляного так же ясно, как он, но все смотрели только на него. Элис как-то спросила его, хотел бы он, чтобы его корабль был похож на дракона. И он ответил ей, что — нет, но теперь он пожалел об этом. Но только на мгновенье. и потом он произнёс вслух то, что сказал ему Смоляной. И добавил:

— Семья есть семья. И кровь гуще воды, даже если это вода из реки Дождевых Чащоб. Мы постараемся отплыть завтра в течение дня. — Видя, каким облегчением и радостью загорелись глаза Рейна, капитан осадил его:

— Многое зависит от Вашей возможности найти денег для загрузки корабля. И мы должны взять все, что у них есть здесь, и что можно быстро доставить сюда из Трехога, и будем благодарны за это. — он покачал головой, зная, есть есть кое-что, чего он не сможет достать так быстро. — Черт, — сказал он вслух, обращаясь скорее к себе, чем к Рейну, — Я рассчитывал взять некоторый запас живности: несколько овец, кур, пару коз..

Рейн уставился на него так, как будто капитан сошёл с ума:

— Зачем?? Свежее мясо для путешествия по реке?

Лефтрин только покачал головой, думаю обо всем том, чего он не сказал Совету, о том, о чем ещё никто

не знал.

— Чтобы подняться по ней и там начать все с нуля. Там есть земля, Рейн Купрус. Луга. Густая трава на сузой земле. Горы и холмы вдалеке. Если мы сможем это достать, там мы будем процветать.

Рейн ответил скептически:

— Тогда вы должны были бы заказать семена и скот в Бигтауне и скорее всего, не получили бы этого до самой весны!

Лефтрин нетерпеливо кивнул:

— Я знаю это. Но чем скорее я их закажу, тем быстрее мне их доставят. Я найду время сделать это — так или иначе. Я пришлю известие тому, кто знает, что я всегда плачу свои долги. Этот человек мог бы мне помочь.

Так говорил Лефтрин, но сам сомневался в своих словах: никто не стал бы так гнать животных, чтобы они упали замертво в дороге.

— Нет, — решительно показал головой Рейн. — Вы забыли, что в семье моей жены тоже есть живой корабль. Я напишу сообщения для Трэлла и Алтии. Если хотите, они привезут Вам все, чего Вы пожелаете. Вы назначите дату и они буду ждать Вас в Трехоге. Я даю Вам слово. Это будет частью оплаты нашего проезда по стране.

Медленная улыбка разлилась по лицу капитана Лефтрина.

— Молодой человек, мне нравится, как вы ведете дела. Тогда сделка заключена. Для вас будет достаточно рукопожатия, как достаточно для меня?

— Конечно!

Пока Рейн говорил, он наклонился через стол, чтобы пожать руку Лефтрину.

— Я заставлю вращаться все колёса, я разбужу всех кладовщиков и владельцев всех товаров, которые здесь есть, ещё до рассвета.

Лефтрин не отпускал руку Рейна:

— Не так быстро. Я думаю, не стоит привлекать столько внимания к нашему отплытию. И будет лучше, если никто не заметит связи между Вами, Вашей леди и моим кораблём. Кто-то уже пытался убить её и Вашего сына и она отомстила за это. Мы знает, что в городе есть ещё один калсидериец, а может быть, и больше. Могут попытаться отомстить. Не стоит им знать, где вы. Вы вдвоём останетесь на борту и спрячетесь. Вы исчезнете.

— Втроём!

Женщина в углу камбуза сидела так тихо, что Лефтрин почти забыл о её присутствии. Она была в вуали, как было принято в Дождевых Чащобах, и там это не вызывало удивления, но в Кассарике или Трехоге это было необычно. Теперь же она легко подняла вуаль и показала своё лицо. Это был символ доверия и признания.

— Я пойду с поплыву с вами. Моё имя — Тилламон Купрус. Я сестра Рейна.

— Тилламон! — Лефтрин поприветствовал её коротким поклоном.

— Поплывешь с нами? — Рейн был поражен. — Но… Тилламон, ты должна обдумать это. Мама будет беспокоиться, если мы все исчезнем. Я хотел отправить тебя обратно, чтобы ты рассказал всем, что тут произошло. И ты могла бы сопровождать капитана Лефтрина, чтобы подтвердить законное использование им кредита семьи Купрус, чтобы убедиться, чтобы….

Он медленно замолк. При каждом его слове она качала головой и с каждым его предложением — все решительней.

— Нет, Рейн! Я не вернусь в трехог. Я и не собиралась. Я думала, что мне будет свободнее здесь, в Кассарике, но я ошиблась. Джае в Дождевых Чащобах я не могу избежать взглядов и насмешек незнакомцев. Я знаю, мама думала, что пригласить Татуированных приехать к нам и жить среди нас, стать часть нашего общества будет правильным. Но они ненавидят нас! Нам говорят, чтобы мы не обращали внимания на то, что они были рабами, а многие — преступниками, и на то, что все они отмечены как движимое имущество. Но они считают своим правом издеваться надо мной и сделали меня чужой на моей земле.