Город собак
Шрифт:
Часто, когда Мальчик дремал, баба Клава слышала, как он тихонько повизгивает во сне.
«С дедушкой говорит», — старушка тяжко вздыхала.
Мальчик лежал во дворе, как обычно, думал о дедушке. Он больше не ходил на шоссе, но ждать не перестал.
Распахнулась калитка, и во двор вбежала румяная девушка Татьяна. Мальчик её знал. Татьяна работала на почте, не раз приносила дедушке письма из города.
— Здравствуй, — ласково обратилась она к собаке.
Пёс не встал, лишь вяло постучал по земле хвостом.
— Чего грустный? — девушка
Родным, любимым запахом повеяло на Мальчика. Вскочил, с жадностью обнюхал конверт.
— Смотри, что написано: «Алтайский край, деревня Бобровка, улица Сосновая, дом 5, Мальчику», — Татьяна распечатала конверт. — Это тебе письмо. От дедушки.
Пёс давно всё понял сам. Нюхал пустой белый лист и понимал: хозяин где-то есть, он помнит о нём и обязательно вернётся.
Ровно через неделю Татьяна появилась вновь. На этот раз от нетронутого листка лекарствами пахло сильнее, но пёс всё равно прочёл родной запах.
Прошла ещё неделя. Не в силах ждать больше, Мальчик сам пришёл на почту. Стоял у порога, переминаясь с лапы на лапу, не смел войти.
— Ах, ты, Господи, — всплеснула руками Татьяна, — полюбуйтесь, кто пожаловал!
На её голос из почтамта выглянули сотрудницы.
— Умница какой! — хвалила Татьяна Мальчика, гладя по голове. А тот с нетерпением принюхивался к увесистой брезентовой сумке.
— Вот твоё письмо, — Татьяна вытащила конверт, пёс бережно взял его в зубы.
— Совсем народ обнаглел! Почта и так под завязку загружена, а они собакам письма шлют! Ни стыда, ни совести — на пороге появилась начальница почтамта Нина Ивановна — известная сплетница и скандалистка. В деревне её недолюбливали — много гадостей людям сделала. То слух нехороший о человеке пустит, то кляузу напишет. А однажды, когда Нина Ивановна подсматривала через забор, что у соседей делается, покусал её дворовый пёс. С тех пор собак она терпеть не могла, глядела на Мальчика со злостью. — Псам надо не по деревне разгуливать, а на цепи сидеть!
— Зачем вы так? — заступилась за собаку Татьяна. — Он по хозяину скучает.
— Чтоб я его здесь не видела больше! — распорядилась начальница, яростно хлопнув дверью.
Ровно через неделю Мальчик пришёл вновь. Постепенно люди привыкли к необычному поведению собаки. Слухи о псе, получающем из города письма, расползлись по деревне. Несмотря на запрет начальницы, Татьяна всегда с радостью встречала Мальчика, вручала очередной конверт. Их было уже восемь. Пёс осторожно, и чтобы не помять, в зубах приносил письмо до мой. Баба Клава распечатывала его и давала Мальчику «почитать», затем аккуратной стопочкой складывала в комод.
В тот день Мальчик проснулся раньше обычного. Запросился на улицу. Старушка, услыхав, отворила.
— Не спится? Письма ждёшь? — проворчала добродушно и выпустила пса во двор. Мальчик стремглав бросился на улицу.
Еле вытерпел, пока нерасторопный сторож отпирал двери почты, но было рано — Татьяна ещё не пришла.
— Опять ты? — подошла Нина Ивановна. — Я же сказала: не приходи! А ну сгинь! — замахнулась рукой.
На всякий случай пёс отошёл в сторонку, но поста своего не покинул.
Татьяны всё не было, но Мальчик терпелив.
— Ты уже здесь! — наконец появилась она. — Рано сегодня. Подожди, сейчас вынесу.
В предвкушении пёс топтался на месте. Каждого письма, каждой весточки ждал он с нетерпением. Получать конверты стало смыслом жизни, невидимой нитью, что соединяла с дедушкой. Пусть он далеко, пусть они не вместе, но хозяин помнит о нём.
Вышла Татьяна. На лице читалось недоумение:
— Тебе ничего нет…
Мальчик насторожился, уловив в голосе тревожные нотки.
— Давай-ка подождём, может, вечером… Ступай домой.
Он не ушёл, до заката сидел под окнами. Изредка Татьяна выглядывала в окошко. Мальчик ни разу не шелохнулся — ждал…
— Сегодня уже ничего не будет, — не выдержала девушка. — Приходи завтра, авось, объявится письмо, — в голосе не было уверенности.
— Да чего ты с ним нянькаешься, точно с дитём малым? — процедила Нина Ивановна, выйдя на крыльцо. — Сказала бы прямо: помер хозяин! Вон умный какой, поймёт, небось, — глаза начальницы сузились, ноздри раздулись. — Нет твоего хозяина больше, усёк? И не ходи сюда!
Мальчик поднялся, с удивлением посмотрел на Татьяну: та молчала, а глаза блестели влагой.
Пёс дёрнулся, точно сквозь него пропустили электрический ток, сорвался с места и бросился прочь. Подгоняемый одному ему известной мыслью, он летел стрелой. Инстинкт, неведомая человеку интуиция гнали собаку вперёд, и сердце билось в унисон с новым чувством.
Он мчался по отлогому склону низкого холма и уже подходил к линии окаймляющего его неба. Солнце неясно обозначалось вблизи горизонта, почти скрытое за туманом и паром, поднимающимся от вечерней реки. Эти туманные облака были густыми и плотными, очертания их напоминали бегущих по небу собак. Ленивые, они никак не поспевали за Мальчиком. А бассет-хаунд, нерасторопный от природы, летел, точно на крыльях, не разбирая пути. Он не поверил словам недоброй женщины. Дедушка обещал вернуться, и пёс твёрдо знал: хозяин не обманет.
Во дворе в закатных лучах сверкал новенький джип. Калитка была открыта. С радостным пронзительным визгом Мальчик бросился в дом.
За столом сидел дедушка.
Счастливчик
Опять был январь, сугробы, ветер и мороз, странным образом проникавший под шкуру. Не спасал даже канализационный люк, на котором я грелся.
Улица, где я жил последние два года, была такой же, как всегда. На скамейках, нахохлившись, сидели неподвижные старухи, которых я знал в лицо. Ничего хорошего они мне не делали, но и ничего дурного тоже. Бесстрашным старухам мороз был нипочём.