Государь

Браун Саймон

– Давай! – крикнула она, вскакивая на ноги.

Враги посмотрели в ее сторону как раз вовремя, чтобы увидеть тридцать стрел, со свистом полетевших в них. Большинство не попало в цель, но три нанесли смертельные или увечащие раны, а еще десять вонзились в руки и ноги. Сразу же после этого выкрикнул команду и отец Херн; ошеломленный и сбитый с толку неприятель любезно посмотрел в другую сторону – и получил еще тридцать стрел; эти, будучи лучше нацеленными, нанесли больше вреда.

Когда по колонне с обеих сторон хлестнул второй залп стрел, строй распался, превратившись в беспорядочно мечущуюся толпу. Большинство ударилось в панику,

причем некоторые потому, что в них попали. Никто не отдавал приказов. Еще один залп. К этому времени поразили уже половину шедших в хвосте колонны. Солдаты катались по земле, стеная и крича от боли.

– Вперед! – приказала Чариона, и ее тридцать лучников полупробежали вперед к югу и принялись стрелять по авангарду колонны.

Херн дал своей группе еще пару раз выстрелить по арьергарду, прежде чем направить их туда же. Всего через несколько минут неприятель обратился в бегство. Побросав оружие, новоиспеченные солдаты бросились бежать обратно тем же путем, каким пришли. Ждавшая этого Чариона приказала лучникам сосредоточиться на животных, тянущих телеги и фургоны обоза. Многие стрелы угодили в цель, но лишь немногие нанесли смертельные раны. Большинство животных вставало на дыбы и заворачивало обратно, загораживая дорогу своим грузом. Стремясь убраться прочь, солдаты авангарда перелезали через них и друг через друга. Теперь Чариона подала последний сигнал – и две стрелы полетели к устью сухого русла.

Секунду спустя оттуда вырвались Гален и его сорок воинов и врезались в бегущих солдат. Они не знали пощады, без колебаний поражая врагов в спину и отшвыривая в сторону трупы, спеша добраться до новых противников. Покуда пехота, рубя, продвигалась с севера, две группы лучников перебежали на свою первоначальную позицию и осыпали новыми стрелами все еще дезорганизованный арьергард. Некоторым солдатам из самого конца колонны повезло избежать этой бойни, но из остальных это мало кому удалось.

Бой быстро закончился, и теснина наполнилась запахом крови и смерти. Над ней уже кружили вороны и даже ястребы, дожидаясь начала пиршества.

Чариона присоединилась к Галену у обоза. Тот держал горсть золотых монет.

– Деньги! – крикнул он. – Хаксусское золото и серебро. Хватит для набора небольшой армии!

Он бросился к паре разбитых ящиков; из них на дорогу высыпалась солома, быстро пропитывающаяся кровью; среди соломы валялись мечи. В фургонах поблизости стояли ящики таких же размеров.

– И у нас теперь хватит оружия снарядить ее!

Чариона кивнула.

– Нам надо уходить, – спокойно сказала она. – Возможно, четты отправили отряд проводить эту колонну на последнем отрезке пути.

– Если нет, то в будущем станут отправлять! – усмехнулся Гален.

– И это еще больше замедлит наступление Линана.

Гален похлопал ее по плечу.

– Можешь, по крайней мере, хоть немного улыбнуться. Это же замечательная победа! Посмотри, чего ты добилась всего лишь с сотней необученных новобранцев!

– В бою с такими же необученными, захваченными врасплох и очень усталыми новобранцами, – уточнила она. – Но да, победа эта важна. Она поможет поднять боевой дух и увеличит приток добровольцев.

Гален сделался серьезней.

– И гарантирует, что Линан явится за нами.

Теперь уже улыбнулась Чариона, но без веселья.

– Если хоть чуточку повезет.

Эйджеру разрешили проехать со своим кланом до самой границы Чандры. На дорогу туда

из Даависа уйдет три дня – три дня, которыми он собирался насладиться сполна. В первые несколько часов он установил быстрый темп, стремясь освободиться от паутины, опутавшей его разум и разум его воинов. У городской жизни были свои преимущества, но она ограничивала взгляд на мир и на свое место в нем. А верхом на лошади, с развевающим волосы ветром, запахом деревьев и земли в ноздрях, птичьим пением в ушах, ощущением прямых солнечных лучей на коже, жизнь с каждым мгновением делалась все шире – так же, как и усмешка Эйджера по мере того, как город оставался все дальше и дальше позади.

Незадолго до полудня Эйджер осознал, что от земли идет тяжелый, глухой гул, словно поверхность, по которой он скакал, изменилась. Затем он почувствовал перемену и в своих воинах; по колонне от арьергарда до авангарда пробежал шепот. Он оглянулся через плечо и застонал, увидев фигуру, несомненно принадлежащую скачущему к ним Линану.

«Он передумал и собирается попросить меня вернуться в Даавис уже сегодня», – подумал он. А затем заметил и другие детали.

Позади Линана трепетал на ветру его стяг – золотой круг на темно-красном поле – и тянулась колонна всадников, заметно более широкая, чем ей следовало быть, четыре лошади вряд вместо двух.

– Он привел с собой Красноруких, – вслух подивился он.

– Линан? – Мофэст посмотрела на него.

Вместо ответа Эйджер поднял руку, останавливая свою колонну и принялся ждать, пытаясь игнорировать сотню вопросов, крутившихся в голове.

Через пару минут Линан догнал их. Он натянул узду, и бок о бок с ним высился б седле Гудон, весело ухмыляясь, словно ярмарочный болванчик.

– Решили присоединиться к нашему рейду по Чандре, ваше величество? – легковесно спросила Мофэст.

– Хотелось бы, – улыбнулся ей Линан. Он откинулся в седле и глубоко вздохнул. – Клянусь богом, очень хотелось бы.

– Что случилось? – спросил охваченный нетерпением Эйджер.

– Мы потеряли колонну, – ответил Линан.

– Где?

– В теснине примерно на день пути к северу отсюда. Перерезано свыше ста бойцов подкрепления из Хаксуса, и забраны все сопровождаемые ими припасы и деньги.

– Когда?

– Три дня назад. Некоторые из уцелевших добрались до Даависа как раз после того, как ты выехал с кланом.

– А кто?

– Никто не смог нам этого сказать, – пожал плечами Линан. – Это была хорошо подготовленная засада. Лучники по обеим сторонам теснины, спрятанный в сухом русле пехотный резерв. У них не было никакой надежды на спасение. – Он на миг поднял взгляд к небу, а потом снова опустил его на свои руки. – Дела начинали складываться слишком просто, не правда ли, дружище? Мне следовало знать, что обязательно должно произойти что-то подобное. Просто во всех прочитанных мной исторических сочинениях взятие столицы королевства прекращает всякое сопротивление.

– Это ведь гражданская война, – указал Эйджер. – У нас нет никаких исторических сочинений о гражданских войнах, за исключением легенд о самых древних временах. – Он увидел по лицу Линана, что присутствовало еще что-то. – Продолжай.

– Единственное, о чем в один голос говорили все уцелевшие, так это о том, что засаду спустила с цепи темноволосая женщина.

– Чариона. Мы знали, что она скрылась из города.

– И бежала, как мы думали, в Чандру, а потом в Кендру.

– Прочь с нашего пути, – добавил Гудон.