Gothick
Шрифт:
Что же касается дешевого оружия, то я не совсем понял, зачем Старому Лагерю держать двоих кузнецов. Драться - все равно, ни с кем не дрались; плугов и подков кузнецы не производили, а на заточку ножей с головой хватило бы и одного мастера. Обнаруженными мною мечами, луками и доспехами можно было вооружить добрую сотню головорезов, обучить их простейшему бою и повести в атаку на город орков. Дело лишь упиралось в отсутствие волонтеров.
Вспомнив о кузнецах, я вспомнил и о запертом Стоуне. Пришлось наведаться в казарму, из которой шел ход в подвал, являющийся по совместительству для покойного Гомеза и тюрьмой.
Стоун отыскался в самой последней и известие о своем освобождении выслушал с истинным спокойствием урожденца Северных Земель. На вопрос о причине заключения его под стражу, кузнец сплюнул едкою слюной и отозвался нехорошо о предках покойного Гомеза. Засим предложил мне навестить его в кузнице, чтобы он мог в полной мере отблагодарить меня за свое освобюождение. Я не отказался и, покинув подвалы, нанес ему визит вежливости.
В качестве благодарности Стоун предложил укрепить мои рудные доспехи очень старым, но верным способом. Я согласился, и кузнец за каких-то пару часов произвел усовершенствование доспехов. Время было довольно позднее, а мне предстояло еще обшарить Замок Баронов до логического конца. Стоун получил свою порцию благодарностей и ушел мародерствовать во владения Скипа, который сложил голову где-то при битве за Свободную Шахту.
Обреченно открывая казавшиеся бесконечными замки и отворяя двери, я добрался, наконец, до смотровой площадки на самой верхней башне Замка. Осмотрел пристальным оком прилегающие территории, полюбовался на равномерность свечения купола и всполохи, сопровождающие его существование; спустился вниз. Не нужно мне это все. Устал я от бесконечных боев и авантюр. Душа моя уже давно и громко просила релакса, но я упорно не предоставлял ей такой роскоши. Мне хотелось есть, поэтому я подошел к столу в главных покоях и присел на табурет. Что сказать? Жратва Баронов не отличалась разнообразием, но состояла из лучших кусков того, что добывалось внутри Колонии и поставлялось Робаром Вторым в обмен на магическую руду.
Нигде я не нашел и тарелки супа, хотя на кухне у Баронов всегда кипел котел с каким-то варевом. Желудок жаждал горячего - привычка дурацкая, что ли? Поэтому я наведался на кухню, пронаблюдал задницу драпающего повара и налил себе половником самую большую миску варева. Вернувшись в зал, поставил ее на стол, а затем оттащил оба мертвых тела в подсобку. Нечего валяться здесь, пока я ем!
– Марвин! Эй, Марвин!
– раздался внезапно где-то в глубине здания знакомый голос.
– Торус, ты что ли?
– заорал я.
– Я, Марвин! Ты что это затеял?
– Дайте человеку спокойно пожрать!
Раздался довольный смешок, и в главные покои вошел Главный Стражник. Осторожно зашел с другого конца стола, присел и потянул к себе блюдо с мясом.
– Пожрать и я не против!
– заметил он, - может, выпьем?
– Отчего не выпить?
Мы с ним осушили по бутылке вина прямиком из горлышка (не до манер) и несколько минут молча жевали. Вернее, он жевал, а я хлебал.
– Что же ты наделал, Марвин?
– покачал головой Торус, -
– Они первые начали!
– буркнул я, таща на себя жирный окорок, - я только защищался!
– Да ну?
– поднял бровь Торус.
Я вкратце рассказал ему историю моих скитаний и обрисовал свои главные приоритеты. В число их не входило истребление Старого Лагеря, поэтому Главный Стражник несколько воспрял духом.
– Марвин, лично я против тебя ничего не имею, - сказал он медленно, но пойми - я не могу тебя пустить во внешнее кольцо. Там тебя многие боятся и ненавидят. Может завязаться фатальная для лагеря потасовка.
– Больно мне надо твое внешнее кольцо!
– буркнул я, - сейчас вот поем и отправлюсь дальше. Я вообще случайно сюда попал - руны перепутал. А Бартоло со своими головорезами тут как тут. Мир их праху!
– Мир их праху!
– подхватил Торус.
Мы выпили, не чокаясь. Затем еще минут двадцать говорили о всяких пустяках. Наконец, я сказал:
– Мне пора. У тебя остается неплохое наследие, постарайся использовать его с умом. Если у меня не получится справиться со Спящим, будь хорошим правителям этим людям. Как ты считаешь, потянешь такую работу?
– Я то потяну!
– ухмыльнулся он, - начнем разрабатывать новую шахту - руды здесь немеряно, попрошу у короля новых работников взамен погибших. Но если ты все-таки справишься с этим бедолагой Спящим, и Барьер рухнет?
– Вот когда он рухнет, тогда и поговорим.
– Удачи тебе, чертяка!
– улыбнулся Торус.
– И тебе того же!
Он проводил меня к выходу из главного здания и крепко стиснул мою кисть. Я кивнул на прощание и прочел заклинание переноса в башню некроманта. Помнил я уже его наизусть, руна была в рюкзаке (в бардачке, как я иногда шутил), погода была великолепной - наступал вечер, и зажигались первые звезды. Мужественное лицо Торуса в последний раз мелькнуло передо мной, а в следующий миг я очутился внутри массивных стен среды обитания Ксардаса - Некроманта и главного героя местного эпоса. Не смотря на то, что Маги обоих кругов сделали все, чтобы о нем позабыли. Но человеческая память - штука хитрая и упрямая. Чем больше стараешься из нее вычеркнуть, тем сильнее помнится.
Ксардас стоял с философским видом у книжной стойки и медленно загибал пальцы.
– Слушай, тебя варикоз не мучает?
– спросил я.
– Чего?
– не понял колдун.
– Ноги не болят? Сколько помню, ты все стоишь и стоишь у этой стойки. Как тебе это удается?
– Первые лет двадцать тяжело, а потом привыкаешь! Шучу... заклинание понижения гравитации. Мой вес составляет ровно одну треть от массы тела - так значительно удобнее.
– Ага, удобнее!
– буркнул я, - чтобы ветром сносило!
– Где ты видел ветер?
– удивился Ксардас.
– Ветер невидим. Это любой школяр знает. У тебя в башне, не спорю, полный штиль. Но вот прикинь: я со смещенным центром тяжести... тьфу, с уменьшенным весом гуляю по Колонии. Тут начинается ваш любимый дневной бриз - и меня уносит нафиг, в море.
– Я, кажется, не говорил, что обучу тебя этому заклинанию!
– сухо заметил Ксардас.
– А придется! Кто его знает, что там - в главной спальне Спящего. Так что показывай мне формулу этого счастья.