Грехи прошлого
Шрифт:
Алла задумалась - понимала ли она его в той степени, какой ему хотелось. "Я называла его неисправимым романтиком, хотя на первый взгляд он казался банальным ловеласом. Бабы на нем висли, и Серж, казалось, не упускал свой шанс. Мог бы найти жену поинтереснее Риты - возможность имелась. А Сергей, оказывается, искал женщину-друга... Значит, и я до конца его не понимала. Почему же Сережа был со мной? Тоже искал во мне друга?.."
Она постаралась припомнить, как завязался их роман. Кто был инициатором? У неё тоже был неограниченный выбор - любой из студенческой братии с превеликим удовольствием
"Почему же его не отпугнула моя репутация? Неужели он уже тогда видел больше, чем остальные?.. Сам неисправимый романтик, узрел и во мне родственную душу?"
О погибшей жене любовника Алла знала немного - та училась на два курса младше. Рита Незнамова - одна из самых преданных поклонниц Сергея Мартова, - вот, пожалуй, и все, что было о ней известно. Она не пропускала ни одного концерта с его участием, но не лезла к нему в толпе фанаток с истеричными воплями, а скромно стояла в стороне с неизменным букетом темно-вишневых роз на очень длинных стеблях.
Ее непохожесть на остальных развязных поклонниц не могла остаться незамеченной. Пробившись сквозь толпу восторженных обожательниц, Сергей подходил к ней, Рита вручала ему букет, тихо роняла: "Спасибо...", - и тут же уходила. Этим она тоже отличалась от остальных фанаток - те провожали барда до машины и были готовы оторвать её дверцы на память.
И вдруг весь институт облетела весть, что всеобщий любимец Сергей Мартов женится на серой мышке Рите Незнамовой. "Измором взяла", злословили завистницы.
Алла несколько раз видела её на студенческих вечеринках. Рита тушевалась в среде "золотой" молодежи, где каждый старался переплюнуть других по части острословия, выглядела растерянной. Впрочем, на неё почти не обращали внимания.
Ярких личностей в их кругу было немало, а любимое занятие - шутливые пикировки. Порой дружеские подколки были весьма болезненны для самолюбия, но обижаться, само собой, не полагалось.
Застенчивая Рита не вписывалась в их компанию. Ее попросту не замечали.
Сергей тоже не ас по части острословия, но у него другое амплуа. Когда мастера разговорного жанра выдыхались, а вдохновение уже было подогрето соответствующей порцией спиртного, он брал гитару, и все затихали.
Рита не лезла к мужу, когда тот пел, а тихо сидела где-то вдали, не сводя с него обожающего взгляда. Завистники, коих у Сергея, как у любого талантливого человека, было немало, ехидничали: "Он намеренно выбрал такую жену, вечную поклонницу. Когда Серж Мартов надоест всем остальным, хотя бы эта останется".
– Наверное, истинному художнику нужна именно такая подруга...
– Ты хочешь сказать, что на её фоне я самоутверждался?
– Вовсе нет. Уж кому-кому, а тебе не нужно самоутверждаться за счет бесталанной личности.
– Еще раз спасибо за комплимент, но в оценке Риты ты не права.
– Пожалуй, для того, чтобы быть спутницей жизни творческой личности и в самом деле нужен талант... На это способна не каждая. Ты - дерево, устремленное кроной ввысь, а твоя жена - гибкая лиана, обретшая в тебе опору...
Сергей кинул
– Не предполагал, что ты прибегнешь к метафоре.
– Не вписывается в мой циничный имидж?
– Нет, я имел в виду, что ты не питала к Рите симпатии.
– Это слишком сильно сказано. Я её просто-напросто не замечала.
Тут Алла покривила душой и сама себя на этом поймала. Так она говорила раньше: "Ритка - пустое место, я и не помню, как она выглядит. Смотрю и вижу не её, а тех, кто за ней, будто она прозрачная". Алла и в самом деле убедила себя, что Рита - никто, всего лишь тень, следующая за мужем.
К чему теперь скрывать - притаилась в душе ревность. Раньше Алла не желала этого признавать и бравировала, что Серж Мартов ей уже безразличен. А небезразличный ей человек взял да и женился на невзрачной Рите, стал верным мужем и прожил с ней столько лет...
– Да, по сравнению с тобой, она казалась безликой.
– Я предпочитала общество более ярких представительниц моего пола, но в данном случае дело не в этом.
Он молча смотрел на нее, ожидая продолжения, и Алла неожиданно для самой себя отваживалась на откровенность:
– Я ревновала её к тебе, Сержик. А потому убедила себя, что она никто, будто рядом с тобой никого нет, это всего лишь твоя тень.
Выражение его лица неуловимо изменилось, но Алла не успела понять обрадовался ли он? Или всего лишь удивился?
– Как жаль, что я не знал этого раньше...
– тихо промолвил Сергей.
"Значит, все в прошлом..." - подумала она и промолчала, не желая сбивать его своими вопросами и ожидая ответной откровенности.
– Мне было бы легче жить с сознанием, что ты меня ревнуешь. Тем более, к Рите. Честно говоря, я её тоже почти не замечал.
– Ты женился назло мне?
– Нет. Я никогда не поступал "назло", даже в детстве. А уж по отношению к тебе - и подавно. Я встретил единственную женщину, которую смог полюбить, но она сказала, что я не герой её романа...
Повисла пауза, но в ней было особое значение. Алла с трудом могла бы подобрать определение для своего душевного состояния. Сожаление о прошлом? О своей жестокости? О том, что могло бы между ними быть, но она обрубила все концы?
Пожалуй, да.
Хотя не в её характере виниться и каяться, но сейчас, оглядываясь на свою бурную событиями жизнь и хоровод любовников, Алла думала, что понапрасну теряла время. Что ей дали эти постельные партнеры, ничего не значащие в её жизни? Ничего. Он больше теряла, нежели приобретала. Каждый новый одноразовый любовник невольно отнимал частичку её души, разочаровывая и опустошая, а она все больше ожесточалась, одев защитную броню и убедив себя, что с мужчинами ничего, кроме постельных или деловых отношений, быть не может. "Мне никто не нужен, я сама по себе!" - заявляла прежняя Алла. А ведь это не так. Оказалось, что мужчины ей нужны, теперь таких в её жизни стало немало, и они уже не отнимают, а щедро вознаграждают. Может быть, любовь, духовная близость, эмоциональное тепло - это её награда за многие прежние годы?.. Ведь все в этом мире уравновешено, каждому человеку отмерена определенная пропорция счастья и несчастья.