Хамза

Яшен Камиль Нугманович

Тёмная душа гражданина Капланбекова была порождением какого-то неизрекаемого зла, с которым даже товарищу Назири в последние годы, при Советской власти, как-то не часто приходилось сталкиваться. Это зло было рождено иной, практически уже исчезнувшей жизнью, когда зло было самой жизнью, когда такое зло было ненаказуемо, ибо оно составляло саму кровь и плоть той, ушедшей жизни. И поэтому сейчас оно не вызывало к себе даже гнева. Из-за своей беспредметности, бестелесности, бессмысленности, безадресности. Оно было уже внеисторическим анахронизмом.

И все эти мысли

окончательно расхолодили Алчинбека. Он опустил наган. Какой, в самом деле, толк был в том, чтобы убивать этого живого мертвеца? Лишний труп никому ещё не помогал.

– Запрягай, поедешь со мной, - сказал Алчинбек.
– И не вздумай шутить по дороге. Получишь пулю в затылок без предупреждения.

И он вышел из конюшни.

Хамза только ещё собирался зайти к Юлдашу Ахунбабаеву, когда председатель Центрального Исполнительного Комитета республики вызвал его к себе сам.

– В нашем городе произошла трагедия, - сказал Ахунбабаев и рассказал Хамзе историю гибели Ташпулата, дехканина из Шахимардана.

Хамза напряжённо слушал.

– Убийцу нашли?
– отрывисто спросил он.

– Нет, не нашли, - вздохнул Ахунбабаев.
– Ташпулат приехал ко мне, он хотел поговорить со мной... Но его направили к Алчинбеку Назири, который до этого уже занимался Шахимарданом.

– К Алчинбеку?
– нахмурился Хамза.

– Я попросил вас зайти ко мне вот по какой причине. За голенищем сапога Ташпулата нашли тетрадь, в которой подробно описаны события, происходившие в Шахимардане после гибели там во время пожара гробницы святого Али кавалерийского эскадрона седьмой Туркестанской бригады...

– Этим эскадроном командовал Степан Петрович Соколов, - тихо сказал Хамза.
– Это был мой друг. Он привёл меня в революцию и в партию. Я был женат на его племяннице... Он тоже сгорел заживо в мазаре.

Ахунбабаев молчал.

– Я не знал этого, - произнёс он наконец после долгой паузы.
– Извините...

– Прошло уже много лет, боль утихла.

Ахунбабаев встал, подошёл к окну.

– Как всё тесно переплетено в жизни, - задумчиво сказал он.
– Революция проходила через наши сердца и души...

– Что написано в этой тетради?

– Это потрясающий документ нашей истории. Его писали простые люди, свидетели тех событий. Я знаю, что у вас сейчас совсем нет времени... Но в связи с чрезвычайным характером всей этой истории, не смогли бы вы подготовить тетрадь Ташпулата для печати со своими комментариями? Такая публикация в газете имела бы огромное агитационное значение. Подумайте, Хамза... Вот она, эта тетрадь... А чтобы вам сразу всё стало ясно, прочитайте сначала коллективное заявление от дехкан Шахимардана, которое привёз с собой покойный Ташпулат... Если хотите, можете читать прямо здесь. Я вернусь через час.

Он вышел.

Хамза взял коллективное заявление.

"Лично в руки нашему бесценному Юлдашу Ахунбабаеву.

Мы, батраки Шахимардана, отослали Вам, уважаемый товарищ Ахунбабаев, послание о тех преступных делах, которые творятся в нашем кишлаке. Но наше послание

осталось без вашего ответа. Возможно, с ним что-то случилось или оно попало в руки какому-нибудь ленивому человеку. Поэтому теперь мы направляем к вам нашего друга Ташпулата, просим вас верить его словам. Он вас не обманет.

Мы все решили войти в артель по совместной обработке земли, но вблизи нас нет такой артели, хотели бы создать сами, да шейхи препятствуют. Обо всём этом также расскажет вам подробно Ташпулат.

Ночами из гробницы святого Али Шахимардана доносятся голоса, уговаривающие дехкан не сеять хлопок, не вступать в колхоз, не покушаться на собственность баев. Не знаем, чьи эти голоса. Но мы полагаем, что всё это хитрости людей, которые боятся лишиться своих богатств. Обо всех наших подозрениях на этот счёт расскажет Ташпулат.

Валихан, пробравшийся в кишлачный Совет, сам является тайным муллой и шейхом, поэтому он поступает по-ихнему. Как скажут шейхи, так он и делает, если даже это вредно для Советской власти. Он расположен не к Советской власти, а к шейху Исмаилу. Об этом вам подробно расскажет Ташпулат. Валихана надо снять с работы. Кишлачный Совет должны возглавлять батраки.

Товарищ Ахунбабаев, окажите нам помощь, передайте через Ташпулата, что мы должны сделать, чтобы вступить в колхоз.

С этим заявлением согласны все мы, батраки и большинство бедняков Шахимардана. Мы не подписали его по причине своей неграмотности. Поэтому прикладываем только пальцы. Простите нас за это".

Хамза открыл тетрадь. На первой странице было написано:

"Эти воспоминания Ташпулата по его просьбе и с его слов записал член комсомола Алиджан в январе 1927 года... Вот уже почти десять лет прошло, как победила Советская власть. Но у нас в горах ничего не изменилось. Шейх Исмаил и его сторонники восстановили гробницу. Они восстановили также полностью и свою прежнюю славу. Шейх Исмаил, будто бы ничего не случилось, снова превратив Шахимардан в гнездо предрассудков, живёт себе, наслаждаясь вовсю. В Шахимардане властвует и распоряжается судьбами людей по-прежнему богач, тиран и фанатик Исмаил, предводительствующий сворой себе подобных убийц, людоедов и паразитов, для которых религия только повод, способ наживы и отравления сознания народа. Вот такие-то дела... Никто у нас вроде бы уже и не помнит, что мазар восстановлен на костях и пепле бойцов Красной Армии, погибших за трудовой народ. С этим мириться больше нельзя, надо что-то делать. Неужели никто не поможет нам прогнать шейхов и баев?

Ведь были же люди, которые совершили революцию. Куда же они все делись?.. Получили большие должности и сидят себе спокойно в городах на своих стульях, так говорит Валихан. Но я в это не верю. Есть люди, которые помогут нам. Надо их искать. Надо сделать, чтобы в Шахимардане стоял памятник погибшим красноармейцам и их героическому командиру товарищу Соколову, который один из пулемёта скосил несколько сотен басмачей...

Теперь начинаю по порядку рассказывать, как снова пришёл к власти шейх Исмаил, как он обманывал Советскую власть..."