Харизма
Шрифт:
Отхожу немного в сторону и сажусь за землю. Тоже, кстати, ощущение странное — на земле сидеть. Как свитер под голую попу подстелил и сел. В общем, сижу, оглядываюсь. Пытаюсь отдышаться от этих пробежек, открыл пасть, высунул язык — сразу легче стало. Гляжу вокруг — картина маслом: гибель дачного хозяйства. Помню, очень аккуратный был домик, трехэтажный коттеджик кирпичный, вокруг дорожки, кустики, все желтыми листьями усыпано, чистенько. Сейчас — словно танки катались, все перерыто, там, где были кусты, стоят эти грузовики-джипы, полубульдозеры. А перед ними на листве в лужах крови рядами лежат люди. Вот Гошу среди них я узнал и узнал парня, который меня
— Ну, пшла, пшла, — слышу вдруг над ухом. Оборачиваюсь — стоит спецназовец. Я отбегаю еще подальше, забегаю за джип. На меня никто не обращает внимания. В кабине кто-то сидит, разговаривает. Прислушался. Очень, кстати, хорошо получилось — только слух напряг и уши повернул. Вправо, влево пошевелил ушами, раз — и поймал точку. И звук сразу усилился раз в двадцать. Шевельнуть ухом — и пропадает эффект. Трудно это объяснить, какое-то очень собачье ощущение. Я раньше думал, что у них уши просто так, чем больше, тем лучше слышно. А оказалось, дело не в этом. Там точку надо поймать обоими ушами, потому они их и настораживают и водят ими, когда прислушиваются. Знаешь, как это по ощущениям? Вот закрой уши ладонями, поверти головой вправо-влево — и открой резко. Ясно? Я это называю — поймал точку.
Короче, поймал точку, и стало мне слышно, что там внутри, за темными стеклами, происходит. Разговаривают негромко по внутренней связи. А ответы слышны с искажениями.
— Артамонов, ну что там? Нашли его?
— Не нашли, Кэп. Тут в гараже ЧП, Кэп.
— Докладывай.
— Непонятно, Кэп. Выбежал человек и исчез. Нашли одежду. Пиджак, брюки, трусы, носки, рубашку. В карманах валюта и ключи. Мобильник к одной пачке пристегнут резинкой. Самого не нашли.
А у меня просто мороз по коже — ключи, черт бы их побрал! И сразу теплая волна по телу — хорошо, что паспорт с собой не брал сегодня.
— Ключи от машины? — говорит Кэп.
— Похоже, от квартиры. С брелком, квадрат черный с желтыми точками.
Квадрат! Идиоты. Это же процессор 486dx33! Ножки конечно, обломаны, а вовсе это не точки желтые. Посередине дырка — алмазным сверлом просверлено. Подарили мне хакеры из Минска, давно еще.
— Не наследите там, как в прошлый раз, — говорит Кэп. — Все мелочи чисто соберите. Человека найти. Kaк Петеренко?
— Петеренко нормально. Сквозное пулевое, бедро. страшно, кость не задета, нерв цел. Перевязываем.
— В сознании?
— В сознании.
— Что еще?
— В подвале, гараже — все.
— Работайте! — И щелчок. — Ким, что у вас?
— Без изменений. — Спокойный угрюмый голос. — Обыскали, связали. Дознание не проводили.
— Не трогайте их. Нашли заложников?
— Никого нет, Кэп.
И тут перебивка и другой голос:
— Все. Чердак взят, Кэп. Пусто. Кладовки.
— Ким, работай! Заболодин, что с чердаком?
— Пустой. Нежилой, никого нет. Смотрю инфру. Никого
— Третий кто контролирует?
— Касаев с ребятами. Никого.
— Оставь там Касаева с Геком, а сами спускайтесь в подвал, там проблемы какие-то.
— Понял.
— Задача — осмотреть все углы, мальчишку найти. В динамике раздается неразборчивый звук — то ли смешок, то ли икание.
— Заболодин! — рявкает Кэп. — Что там?
— Ничего, Кэп. Тут Гек спрашивает: “А был ли мальчик?”
— Скажи ему, чтоб не умничал! Сигнал был от уважаемого человека, задержанные подтвердили! Ищите! Приметы — на какой-то руке отрублен мизинец.
Я так машинально хвост поджал, встал, язык высунул и тихонько потрусил вдоль алеек, вдоль, подальше отсюда, к воротам. Ворота распахнуты, я выбежал… и остановился. Вот ситуация, прикинь? Куда мне идти? Пешком на своих четырех в Москву топать? Или человеком обернуться и в машину сесть? Какую машину? И как человеком обернуться? Нутром чую — обернуться-то не проблема. Проблема будет, когда окажется, что я голый. В общем, стою я перед воротами, ушами дергаю задумчиво, хвостом помахиваю. Думаю, короче. И по всему выходит, что надо мне как-то одежду свою обратно добыть, тем более там деньги крупные.
И я возвращаюсь на участок, хочу зайти на веранду, но там слишком многолюдно. Стою у крыльца, люди ходят, внимания не обращают, но я так понимаю, стоит сунуться мне на веранду — сапогами по заднице надают. Поэтому я обхожу дом кругом, сквозь кусты продираюсь и подхожу снова к двери гаража. Она распахнута, возле нее стоят и курят двое чертей с автоматами. Я молча и деловито мимо них — прямо в гараж. Слышу за спиной “Э! Э! Куда пшла, сука?!” Обидно, да? Какая я тебе сука? Кобель я. В общем, не обращаю внимания, в гараже сразу за машины, за машины, выглядываю — на том месте, где я собакой стал, одежды моей уже нет. Обхожу гараж аккуратно, пролезаю под машинами — нигде нет одежды. Вот гады! Хочу зайти в подвал через дверь, а она закрыта. Я ее сбоку лапой попробовал открыть — бесполезняк, только когти тупить.
Ну, делать нечего, разворачиваюсь и бреду назад. Выхожу из гаража. И тут вижу — вываливает из главного входа черт и несет мои шмотки в прозрачном полиэтиленовом узелке! Я сразу за кустик — и наблюдаю. Принес он их к одному джипу, постучал в темное стекло — нет ответа. Положил узел на землю, закурил. Ну, думаю, это мой шанс.
Аккуратненько так, за кустиками, пробираюсь, пробираюсь, машину обхожу. Смотрю направо, налево — никого. Йу, я — нырк под машину. Вот он, мой узелок, лапу протянуть! А рядом два башмака здоровенных. Но мне-то не видно, что он там делает! Может, курит и вдаль смотрит, о жене мечтает, а может, на мешок пялится и думает, как бы оттуда денег половину выудить тайком от начальства. Если еще не выудил, конечно. Тут шлеп — плевок на землю падает передо мной. Так, думаю, пока я торможу, он сейчас докурит, узелок поднимет и уйдет с ним куда-нибудь. Поэтому я еще мысленно сосчитал до десяти и кинулся вперед.
Не сказать чтобы у меня хорошо получилось, потому что как человек вперед кидается? Ногами. И вот я задние лапы по человеческой привычке резко выпрямил и задницей саданулся о днище джипа, так что стремительного прыжка не получилось. Но все равно морду высунул и цап зубами мешок! И лапами по земле упираюсь, обратно тянусь. Но у спецназовца тоже реакция будь здоров! Он тут же хвать — и в мешок вцепился. Я под машину тяну — он обратно, вверх. И главное — то ли от растерянности, то ли чего, — молча вся эта сцена происходит. Я тяну, всеми лапами упираюсь, уже сам почти под машиной, только башка торчит. Смотрю на него снизу вверх — рожа у него ошеломленная такая, смуглая, глаза узкие. И тут он, видать, в себя приходит и начинает — не просто мешок тянуть, а раскачивать его — вниз приотпустит и сразу вверх резко! И меня от этого бац — лбом об днище Машины! Больно, неприятно, чуть ли не искры из глаз сыплются; Раз, другой, третий. Бац! Бац! Бац! Все сильней и сильней.