Харизма
Шрифт:
В общем, собрал отец Амвросий свои вещи, подошел ко мне, обошел вокруг дивана, осмотрелся — видать, решил, что все готово.
— Поехали! — сказал отец Амвросий, махнул рукой и начал трясти веревками с бубенцами. — Изыди, нечистый Дух! Освободи место духу святому! Изыди, нечистый дух! Освободи место духу святому!
Ну, я чего? Я лежу, прислушиваюсь к ощущениям. Ощущений особо никаких. Был один момент, когда показалось, будто где-то в душе, как бы это сказать… ну, типа как щекотно вдруг стало. Я обрадовался, но пропало ощущение сразу, может, действительно показалось? А отец Амвросий все больше заводится, а по ходу дела зажигает вокруг свечки, расставляет. Свечки — ну, явно из маркета “ИКЕЯ”, не знаю уж, святые они там или нет. И благовония всякие зажигает. Ну и бегает вокруг, трясет веревочками, звенит бубенцами. Помню, я еще подумал, что работа у него не сахар. Это мне-то чего, я лежу, спокойно мне так, ничего делать не надо, а бесы изгоняются тем временем. Ощущения как в парикмахерской, только еще спокойнее, не боишься, что тебе ухо отрежут. Я даже прикрыл глаза и лежу, слушаю звон. Не заметил, как заснул. Не знаю, сколько прошло времени, трясут за плечо. Открываю глаза — отец Амвросий, мокрый уже такой, раскрасневшийся.
— Одержимый! Ты что, сюда спать пришел? Не спать!
— Извините, —
— Молись! — говорит отец Амвросий.
— Я не умею, к стыду своему.
— Просто обращайся к Господу! Своими словами!
— Господи! — говорю. — Прости, что я…
— Про себя! — говорит отец Амвросий и снова начинает веревками трясти.
“Господи! — говорю про себя. — К тебе обращаюсь! Пожалуйста, не спеши отвергать мое обращение, дослушай сначала до конца и сам реши, пустая моя просьба или нет. Прости, что не знаю, как к тебе правильно обращаться — какими словами и в какой последовательности. Пойми правильно — я не профессионал общения с Господом, не учился в семинарии, не стажировался в церквах, я рядовой пользователь. И как любому пользователю, мне хочется одного — чтобы все работало. Желательно само по себе и без всякой настройки. А уж как оно устроено — это уж не мое дело, так я считал. Ну, пойми меня правильно, Господи! Мне казалось, что мир вокруг меня установлен и настроен безупречно. Это комплимент сейчас был. Господи! Я слышал, что ты, как и любой программист, любишь, когда пользователи хвалят твою работу. Так вот, мне казалось, что система, в которой я живу, отлажена настолько хорошо, что нет необходимости беспокоить Создателя с просьбами изменить то, доработать это, исправить такой-то баг, ну, ты понял, да? Можно на “ты”? Нет, наверно, лучше на “вы”… Так вот, скажу больше — система казалась мне настолько безупречной, что порой возникала мысль, что она такой была всегда и никто ее не создавал! По крайней мере наш мир ни разу не падал и не зависал, хотя, как я понимаю, мог, и неоднократно. Нет, я, конечно, не идеализирую, не утверждаю, что нам слишком хорошо живется, и все такое. Но мне кажется, если мы живем плохо, если у нас типа войны, или беспредел, или беды другие, личные всякие, то это не потому, что система кривая, нет! Это потому, что это мы сами кривые жизненные задачи пускаем в системе. А система как раз ничего, держится молодцом, несмотря на наши кривые руки и все сознательные попытки ее повалить. Может ли быть лучший комплимент для Создателя? Да, я не задумывался о Боге, о том, кто создал этот мир. Каюсь, Господи. Но пойми — я же рядовой пользователь, а они никогда не помнят копирайтов, им главное, чтоб программа работала, и желательно на халяву. Каюсь”.
— Про себя бормочи! — перебивает отец Амвросий. — А то талдычишь что-то себе под нос, меня сбиваешь.
— Пардон, — говорю, — задумался. Буду про себя. “А поскольку система в целом не сбоила, то мне, как любому пользователю, не приходило в голову сесть и почитать документацию на систему в целом, то есть на Вселенную, поинтересоваться, кто ее Создатель. Я слышал, что документация есть и в открытом доступе. Библия, например. Или вот отец Амвросий какой-то Требник упоминал, а я вообще про такой не слышал. Да и пойми меня правильно, Господи, слишком умного вокруг документации, слишком многие претендуют на авторство системы. Тут не поймешь. Я слышал, что есть Будда, Кришна, Аллах, Иисус Христос и еще множество имен, а также, например, античные-создатели, типа древнегреческих. Кстати, они там в своей версии документации фигурируют именно как группа разработчиков, причем четко распределено, кто за что отвечает, ну, типа Афродита — за любовь, Зевс — громовержец, кто-то там еще — за искусство, сорри, не помню точно. Честно говоря, мне порой действительно кажется, что создать такой мир одному не под силу, поэтому группа разработчиков, каждый из которых работает над своим модулем, — это мне всегда казалось более похожим на правду. Возможно, я ошибаюсь. Говорят, что это все самозванцы, и Будда, и Кришна, и Зевс. Говорят, что надо обращаться непосредственно к Иисусу Христу и самая правильная документация — это Евангелие. Но здесь тоже непонятно, ведь Иисус совсем не Создатель нашего мира, он только сын Создателя. И судя по документации, он фигурировал лишь в тестировании готовой системы, причем кончилось не очень удачно. Оставил свои комментарии, описания, как надо жить правильно. Какой смысл обращаться к нему с просьбами пофиксить и улучшить? Или он просто передает все просьбы и пожелания отцу, который так крут, что простым пользователям связаться напрямую с ним невозможно? В общем. Господи, кто бы ты ни был, просто Создатель, если ты меня сейчас слышишь, пойми меня правильно — я не знал, кому слать свои благодарности за устройство мира, ну честно не знал! И к кому обращаться с просьбами о доработках, если нашел баг, — тоже до сих пор не знаю. Виноват”.
— И не кивай головой! — прерывает меня Амвросий. — Не на всенощной! Молись тихо.
— Пардон, — говорю. — Это я машинально, увлекся беседой.
— С кем? — изумляется Амвросий и прекращает махать бубенцами.
— С Богом, с кем еще…
— Ну если с Богом — тогда продолжай с Богом, — успокаивается Амвросий.
“Так нот, Господи! Я сам люблю, когда мне шлют радостные отзывы о моих творениях, это очень повышает настроение, пусть я даже не всегда запоминаю имена приславших благодарности. И когда шлют толковые багрепорты, типа в такой ситуации с такими данными твоя программа выдает такой сбой, исправь, пожалуйста? — это, конечно, настроения не повышает, но я все равно люблю такие послания. А вот чего не люблю — это когда шлют матюги, типа почему твоя программа такая кривая? Или всякие бесформенные сообщения, типа ай-ай-ай, как плохо работает программа, чего-то у меня с ней работать не получается. А что именно не получается и как это выглядит — не пишут. Вот это да, гнилой отзыв. Короче, Господи, во-первых, пользуясь случаем, хочу выразить благодарность за мир, который ты создал. Спасибо! Действительно, крутая штука! А во-вторых, у меня просьба личного характера. К самому Создателю системы или к его сыну. Если я правильно понял, сын администрирует систему? К миру у меня претензий нет, там ничего править не надо, хвала Создателю. Просьба к администратору: у меня как у отдельной личности и программной задачи возникла проблема. Пожалуйста, проверьте, все ли со мной правильно настроено, а если с настройками все о'кей, то подскажите, чего мне делать, чтобы выйти из ситуации? И чего делать, чтобы этого больше не повторялось? В смысле, что я сделал, что со мной такое произошло? Только не надо ругаться, что у меня руки кривые, что я ламер и живу неправильно — это я и так знаю. И не надо на меня кричать, мол, иди читай документацию
— Уф-ф-ф… — говорит отец Амвросий и останавливается, утирая пот со лба. — Хорошо ли ты молишься, одержимый?
— Стараюсь как могу, — говорю. — Может, и неправильно, зато искренне.
— Искренне — это самое главное, — говорит отец Амвросий. — Только вот никакого результата пока не видно.
— А какой должен быть результат?
— Ты понимаешь, что мы сейчас делаем?
— Ну, в общих чертах. Бесов гоним. А что конкретно делаем — не очень понимаю.
— Мы пугаем бесов. Бесы не любят благовоний, не любят шума, громких звуков. Ну и молитв тоже не любят. Поэтому бесы в твоем теле должны пугаться и кричать разными голосами. Может быть, даже на нечеловеческих языках.
— Это каких?
— Нечеловеческих. Бесовских. Ты разве знаешь какие-нибудь нечеловеческие языки?
— Знаю.
— Как это? — удивляется отец Амвросий.
— Паскаль знаю немножко, Си хорошо знаю, Ассемблера — два знаю, но немножко. Конечно, Ява, Перл, ну и всякие мелочи, Бейсик там, Рекс.
— Спаси господи! — говорит отец Амвросий. — Бесовщина какая!
— Каюсь, — говорю. — Работа такая.
— Так, — говорит отец Амвросий. — Зовем твоих друзей на помощь. Сейчас все вместе будем гнать бесов.
Он, значит, зовет Аришу с Габриэлычем, вручает им кастрюли — натурально кастрюли, я не вру! — и объясняет, что надо стучать и кричать. Ну и начинается. Бегают вокруг меня они втроем, бьют в кастрюли и кричат “изыди, нечистый дух, уступи место духу святому”, а Габриэлыч, по-моему, еще что-то на французском или на какой-нибудь там латыни бормочет, потому что периодически от него “аве, Мария” доносится. В таком шуме у меня уже по-хорошему обращаться к Богу не получается, ну и я прекратил. Чего, думаю, буду такой важный разговор вести второпях? Это ж как на собеседовании при устройстве на работу — ляпнул чего-нибудь не то, и хана, репутация испорчена. Так что я молчу, ну, изредка мысленно повторяю “изыди, нечистый дух”. Потом заметил, что в этом шуме сбиваюсь и пару раз у меня проскочило “изыди, святой дух”. Ну, я совсем огорчился, стал просто молчать. Смотрю, как вокруг меня стучат и бегают. Потом заметил, что на Аришу смотрю все больше. У нее такие черты лица тонкие, а тут она возбужденная, разрумянившаяся. А кофточка у нее обтягивающая, и грудь колышется в такт взмахам сковородки… Поймал я себя на этих мыслях, ну, думаю, приплыли. Типичное “смотреть с вожделением” получилось.
Я по— быстрому мысленно покаялся и стал в потолок глядеть. Продолжалось это все, чтоб не соврать, часа два. Ну и никакого результата. А время уже не детское, половина двенадцатого. И я вдруг слышу сквозь шум такое металлическое -дюм! дюм! дюм!
— Стоп! — говорю. — По батарее соседи стучат. Все притихли, уселись вокруг.
— Перерыв, — говорит отец Амвросий. — Всем спасибо. Всем до завтра. Завтра продолжим.
— Во сколько завтра приезжать? — говорю.
— Как это приезжать? — удивляется отец Амвросий. — Тебе надо здесь остаться. Здесь святое место, хорошо обработаное, тайное. Именно здесь, в этой комнате, поспишь, а с утра новыми силами начнем гнать. И надо, чтоб кто-нибудь с тобой остался.
— Я останусь! — вдруг говорит Ариша.
— О'кей, — кивает Амвросий. — Это очень хорошо, мне надо домой съездить, передохнуть, щей хлебнуть.
— Хорошо, — говорит Габриэлыч, — конечно, оставайтесь.
И я остался в доме Габриэлыча. Мы перекусили на кухне, Габриэлыч классно готовит. У него, конечно, там свои заморочки, вегетарианство, мяса нельзя, рыбы нельзя, но зато из овощей он такие штуки сооружает! Особенно с индийскими специями — куркума там какая-то у него, ванилы и прочий баран-тарзан. Впервые попробовал чечевичную похлебку. Скажу тебе, клевая штука! Габриэлыч, конечно, упомянул, что именно за нее, по Библии, кто-то продал первородство. Что такое первородство и в чем его кайф, я не очень понимаю, наследство, что ли? И не очень понимаю, как такие юридические штуки можно продавать за тарелку еды, ведь когда еда съедена, можно запросто отбрехаться, что ничего подобного не было. Но в целом метафору понял; действительно, чечевица — штука очень стоящая, попробуй обязательно при случае.
Вообще Габриэлыч молодец, а вот Амвросий… Ну не то, чтобы он мне неприятен, он в принципе толковый мужичок, но какой-то… Не понимаю его, он совсем в другом мире живет, на другом языке говорит и в другую сторону мыслит. Типа как случайный попутчик в купе — дежурными фразами обменяться легко, а вот адресами-телефонами — совсем незачем. Казалось бы Габриэлыч — он и негр, и профессор, а я его понимаю прекрасно.
И еще я одну штуку понял — в общем-то, между нами, никакой он не гуру. Он, по-моему, только в глазах Ариши гуру. Или я не понимаю ничего в жизни. Мне кажется, что гуру — это тот, который всегда точно знает, что надо. Скажет слово — все вынут блокнотики и запишут. Махнет рукой — все построятся. И побегут выполнять. И такой гуру не стал бы слушаться Амвросия. И Амвросий в присутствии гуру не стал бы так командовать. Габриэлыч — нет, не гуру. Просто интеллигентный, умный дядька. И как большинство интеллигентов, рулить ситуацией отказывается. То ли ленится, то ли играет в демократию.